Я смогу... Книга 2
Шрифт:
– Вот об этом я и хочу с тобой поговорить, - перетянул внимание девушки на себя доктор Клайс.
– Скажи мне, девочка, ты ощущаешь сейчас свои щиты?
– Щиты?
– переспросила Камилла и только в эту минуту поняла, что та незримая плёнка, в виде которой она с детства представляет свои щиты, ощущается ею разодранными кусками. Хотя Камилла готова была поклясться, что в первый раз, когда она пришла в себя, щитов не было вовсе.
– А вот с этого момента поподробнее, - уловил её мысль леориец.
– Ты уже приходила в себя?
– Да.
– И тогда
– Не знаю. Я очнулась ненадолго. Мало, что осознавала.
– Томаш был рядом?
– Да.
– Помимо воли Камилла вспомнила своё первое пробуждение.
– Интересно, - зацепился за эту мысль собеседник, - Томаш значит.
Поток информации, вернее её сумбурное поступление вводило девушку в недоумение. Она уже перестала понимать, к чему все эти вопросы. И как все между собой связано: её обморок, Томаш, щиты, и лихорадочный исследовательский блеск в глазах доктора.
В сознание мелькнула догадка.
– Я...
– Да, Камилла, - подтвердил доктор Клайс.
– Ты за один удар полностью израсходовала энергетический запас, выложившись на грани своих возможностей. И как мне поведали, ты не раз была у грани.
Бросив укоряющий взгляд Рену, больше никто, кроме него, не мог поведать такие подробности, Камилла обратилась к доку:
– И что теперь?
– ей не хотелось думать, что она навсегда потеряла свои псионические способности. Щитов нет. Иначе леорийцы не читали бы с такой лёгкостью её мысли. Теперь она не псионик. Но, если это так, то получается...
Доктор Клайс, по всей видимости, перестал прислушиваться к внутренним метаниям девушки и сосредоточился на своей исследовательской работе.
– Камилла, - тоном заботливого отца проговорил пожилой леориец, - только вчера я был настроен более пессимистично, а сегодня даже не знаю, что тебе сказать. Я такого увидеть не ожидал.
– Док, поясните! Я совершенно ничего не понимаю.
– Ты исчерпала себя. По всей видимости, выплеснула всю энергию, даже щиты уничтожила. Мозг такой перегрузки просто не выдержал. И, если быть честным, об этом я уже говорил Томашу, то шанс, что ты выйдешь из комы без последствий для мозговой активности был минимален. Но то, что я сейчас вижу... Это не укладывается у меня в голове...
– А что вы видите?
– зацепилась за слова доктора Камилла.
– Вижу? Боюсь ошибиться, но твои псионические способности сейчас в активной начальной фазе. А это наталкивает меня на некую гипотезу.
Все, что говорил леориец было и предельно понятно, и в тоже время так запутанно, что головная боль напомнила о себе. Это не осталось не замеченным.
– Цветочек, последний вопрос, - док замялся.
– А вы с Томашем... как бы это сказать... Вы... с Томашем... Э-э-э-э...
– Супружеский долг исполняли?
– помог смущённому доктору Рен.
Вслед за доктором краской смущения залилась и Камилла. Потом скинула с себя ложную скромность, как никак с медиком разговаривает, и ответила:
– Нет.
– И вторую часть ответа адресовала уже лично Рену: - Я, знаете ли, не в том состоянии была, чтобы думать о таком.
–
– Но, как вариант... Почему бы нет, - бормотал он, не обращая внимания на удивлённо распахнутые голубые глаза собеседницы.
Девушка все никак не могла уловить суть разговора, но кое-что до её сознания все же дошло. Ни один, ни другой леориец ни разу не обратились к ней 'Леди'.
– Док, - тихо проговорила она, страшась услышать ответ, - а... привязка... с Томашем... она...
Мужчины синхронно отвели глаза.
– Что, совсем?
– не могла поверить Камилла.
– Цветочек...
– попытался объяснить док.
– Я теперь не знаю... как...
– То есть, - Камилла пыталась собрать картинку воедино, - я больше не жена Лорду Дарреку... нет привязки... аннулирован союз... или как там у вас леорийцев. Так?
– Знаешь, - спохватился Док, - давай об этом поговорим позже. Сейчас главное понять, что с тобой все же произошло.
– Но...
– Девочка, - доктор Клайс наклонился к ней и провёл по волосам своей широкой тёплой ладонью, - ты у нас просто кладезь неизведанного. Бесценная находка для исследований. Дай мне время разобраться.
Только вице-адмиралу не был интересен феномен её выздоровления. Камиллу больше занимали другие мысли. Доктор Клайс сказал, что привязки нет. И пусть не озвучил это вслух, но супругой Лорда она уже не считается. Никак. И все метания Камиллы, её непонимание, почему Томаш всё время упорно старался увести разговор о социальном статусе девушки в сторону, теперь уже не актуальны. И не важно, как и кто ей об этом расскажет, ведь рассказывать по сути уже не о чём. Она отдельно. Томаш отдельно. И вся эта суета и недосказанности не имеют никакого значения. Одно радует. Томаш больше не будет испытывать боль, находясь вдалеке от неё.
– Ты отдыхай, - прорвался сквозь размышления голос дока.
– Я утром зайду.
Камилла только рассеянно кивнула.
Какая разница, завтра или сегодня. Если привязки нет, то Томаш может спокойно возвращаться в Империю и не волноваться насчёт непринятия Советом землянки, как его жены. А она? Она... Она знает, что будет делать. То, что умеет лучше всего...
– А ну, слушай сюда, девчонка!
– Камиллу грубо встряхнули, заставляя вынырнуть из собственных мыслей и взглянуть на нарушителя её размышлений.
Доктора Клайса в гостиной уже не было. Камилла даже не заметила, как он ушёл. А вот Рен остался, и сейчас с перекошенным от негодования лицом нависал над сидящей Камиллой.
– Слушаешь?
– повторил Рен, ещё раз встряхнув девушку за плечо.
– То, что ты себе сейчас на придумывала, полная чушь. Слышишь? Ты действительно думаешь, что Томаш, после всего, что вы пережили вместе, так просто от тебя откажется?
– Но ведь...
– Я тебе уже говорил, Камилла, - перебил её леориец, - и повторю снова, если ты позабыла. Даже, если бы ты не была псиоником, Лорд все равно не прошёл бы мимо тебя. Он любит тебя не потому, что ты псионик, а потому что ты - это ты.