Я смогу... Книга 2
Шрифт:
Камилла осторожно перевела дыхание, чуть повернула голову на подушке. Она отчётливо помнила, что засыпала с закрытыми щитами, да и сейчас они на месте. Неужели информация настолько важна, что интуиция пробила их?
Если так... То каким образом ей толковать свой сон?
Липкое ощущение неясности, навеянное впечатлениями, пережитыми там, в серой мгле, вызвало толпу мурашек вдоль позвоночника.
Что она упустила, на что не обратила внимание? Кто этот мужчина, уходящий в неизвестность и которого так хочется вернуть, не отпускать? Томаш?
Рука сама потянулась
Камилла резко села на кровати.
Могло ли это послужить причиной сновидения? Недели, проведённые на просторах Сектора, насыщенные быстрой сменой событий, не давали возможности осмыслить взаимоотношения с леорийцем. Но это не значит, что идеальная память не фиксирует все осторожные взгляды в сторону девушки, многозначительные паузы, будто фразу оборвали, опасаясь выдать нечаянные мысли, постоянную негласную опеку, которую Камилла и в детстве-то ненавидела, а уж сейчас это последнее, чего она ждёт от своего мужа.
О чём ты шепчешь, внутренний голос? О чём предупреждаешь?
Камилла прищурилась, привыкая к темноте спальни. Взглядом обшарила пространство комнаты, пока не натолкнулась на полоску света, льющегося из-под неплотно закрытой двери. Опустила ноги с кровати, протянула руку, чтобы нащупать халат, босиком осторожно пересекла спальню. Деревянные доски пола чуть слышно скрипнули под лёгкой поступью землянки. Замерла, прислушалась. В соседней комнате тихо гудела система. Камилла сбросила нерешительность и потянула ручку двери на себя. Створка бесшумно поддалась. Камилла выглянула.
Томаш был там. Вид сгорбленной фигуры за рабочим столом в смежной комнате, оборудованной под рабочий кабинет, больно резанул по сердцу. Перед глазами встала удаляющаяся спина в клубах серого тумана...
– Томаш, что случилось?
Мужчина резко поднял голову, посмотрел на девушку:
– Все хорошо, родная, - приоткрыл щиты, дабы Камилла смогла удостовериться в правдивости его слов.
– Почему ты не спишь?
– выйдя из спальни всё так же босиком, спросила Камилла.
Несмотря на то, что Томаш не лгал, она уловила озабоченность в эмоциях любимого.
Неужели он? Но почему? Неужели есть факторы, на которые повлиять Камилла не может?
Что могло случиться, раз в последнее время леориец всё больше погружается в свои мысли и эти мысли вряд и связаны с событиями в Секторе. Камилла готова была признаться в своей мнительности, но что-то нашёптывало: Томаша беспокоит нечто, связанное с Леорией.
Девушка чуть улыбнулась на возмущённый взгляд мужа на её ступни, быстро пересекла расстояние до стола и присела на подлокотник его кресла. Рука легла на затылок мужчины, невесомо погладила.
Появление Ками выбило Томаша из неспешного течения собственных мыслей. За окном царила поздняя ночь и леориец не боялся отпустить их в свободное плавание. Не нужно было держать лицо перед подчинёнными, скрываться за щитами от соотечественников, делать вид для землянки, что всё хорошо. Можно
Робкая надежда заискрилась в глубинах сознания, но тут же была задавлена голосом разума. Не фантазируй, она не леорийка. Смирись с особенностями ваших отношений и не требуй от мироздания большего - радуйся тому, что есть.
Он и радуется. Нежным поглаживаниям по затылку, лёгкому дыханию, касающемуся виска, её близости, когда он так отчётливо улавливает неповторимый запах своей женщины.
Девушка заглянула из-за его плеча на экран рабочей панели:
– Над чем ты работаешь?
Хорошо, что на экране была развёрнута общая звёздная карта Сектора, а не кодировка сообщения, отправленного пятью минутами ранее.
Совесть мужчины трепыхнулась. Рассказать или нет? Доля секунды на заминку прежде чем ответить:
– Пытаюсь понять, почувствовать, где следует продолжить поиски.
Детали, чтобы понять, о чём идёт речь, девушке были не нужны. Вот уже несколько дней, как стало понятно: патрулирование пространства системы Грес не принесло результатов. Десяткам фрегатов не удалось перехватить связного наместника Хроншха, хотя сведения, что поступили от людей Константина, подтверждали нахождение неуловимой Эль в столице.
Камилла не отводила взгляда от карты созвездия. Только потому, что он наблюдал за своей единственной, Томаш уловил момент, когда землянка прибегла к своим способностям. Голубые, любимые глаза, в которых он тонет раз за разом, прищурились. Губы, зацелованные им не далее, как несколько часов назад, поджались, а на лбу появилась единственная складка, которую Томашу до зуда в пальцах хотелось разгладить.
Камилла подняла руку, тонкий пальчик с аккуратным ноготком коснулся проекции, обвёл одну систему, другую...
Он не раз наблюдал, как девушка заглядывает внутрь своего сознания, пытаясь понять подсказки своей интуиции, и каждый раз Томаш с замиранием сердца наблюдал этот процесс. Как бы ему тоже хотелось уметь вычленять главное из информационного эфира мироздания. Может тогда он бы не мучился сомнениями, а следовал за подсказками своего внутреннего голоса?
– Ты, можешь указать точнее?
– тихо спросил, полагая, что Камилла, будучи сильным псиоником-интуитом среди своих сородичей, сможет сузить радиус поисков.
Пальчик девушки дрогнул и прошил проекцию насквозь.
– Не знаю.
– Протянула она, не отводя взгляда от карты, - Что говорит Карина?
– Элинна в системе Грес.
– кратко ответил и тут же спросил, - Ты что-то чувствуешь?
Томаш заметил, как Ками несколько раз обвела пальчиком изображение системы Шурта. Несмотря на то, что Карина, прислушиваясь к своей интуиции, однозначно указала на планету Данет, подтверждая данные разведки: разыскиваемая Малышка Эль там, Томаш не собирался отмахиваться от того, что скажет вице-адмирал в коротеньком халатике и распущенными волосами, в которые так хочется зарыться носом.