Я, Рейван
Шрифт:
— Помнишь, я обещал тебе подвиги и славу? — сказал я, присаживаясь на укрытый каким-то местным аналогом брезента свуп.
Машинка, как и положено, досталась нам вместе с «Чёрным ястребом», вначале я собирался сбагрить её Суваму, но родианец отказался, а потом продавать стало незачем. Ордо от нечего делать перебирал движки и прочую нутрянку.
— Ну? — сказал мандалорец, слегка настораживаясь.
— Подвигов пока не будет, — успокоил я его. — Совет берётся за моё обучение: собираются произвести в падаваны.
— Знаю, — вяло сказал Кандерус. — Все знают. И что? Я-то в джедаи не
— Тебе уже поздно. И незачем. У тебя другой фронт работ. Значит, на своё обучение я отвёл неделю…
— Сколько?!
— Семь локальных дней, Кандерус.
Ордо посмотрел на меня, как на умалишённого, но от вербального насилия воздержался.
— Нам очень повезёт, — уверенно сказал я, — если нам дадут это время.
Он на мгновение задумлся:
— А. Ну, твои предсказания особой точностью пока не отличались.
— Будущее не предопределено. Мне, нам удалось спасти Тарис. Второй раз на такой трюк Малак не купится, хоть как-то помочь Дантуину мы сумеем, только как можно быстрее покинув планету.
— Нет доблести в спасении слабых. Зачем спасать миры, когда можно их завоёвывать?
— Чтобы было, что завоёвывать, — спокойно сказал я. — Но до завоеваний нам пока далеко. У меня нет моей Силы, у тебя — твоих Кланов.
Будущий Мандалор вздрогнул и опустил сапоги на пол: я снова попал в нужную точку.
— У меня нет времени на долгие объяснения, Ордо, — сказал я, не давая собеседнику опомниться. — То, что должно быть сделано, сможешь сделать только ты. Слушай…
Кандерус понимал с полуслова. Терминал Голосети он развернул уже в начале разговора, а к середине стал демонстрировать первые отобранные сообщения.
Идея была предельно проста. Раз джедаи не желают обеспечить меня доступом к своей разведывательной сети, я разверну собственную. А проще всего это сделать, используя открытые источники информации: официальные сообщения местных новостных каналов. Изменения в логистике, дипломатические визиты, крупные торговые заказы, колебания биржевых акций, мелкие и крупные происшествия с военными и гражданскими судами… трёп на локальных форумах. Последовательное перемещение флота из системы в систему скрыть невозможно, несмотря на любой гипер. А по маршруту Малака можно понять, куда ведут его поиски. Ну, пусть не «понять», а всего лишь примерно догадаться. Нам ведь точный ответ и не требовался, достаточно было почувствовать, когда пора делать ноги.
Скажу честно: сам бы я такое предприятие не потянул. Я просто не знал механики этой вселенной. Что бы ни писали в канонических книгах, понимания реального устройства далёкой-далёкой галактики это не давало никакого. А вот местный житель Кандерус, да ещё и провоевавший сорок стандартных лет… Тэтри просеивал потоки данных, Ордо интуичил, отбирая те крупицы информации, что казались ему важными. И параллельно восстанавливал контакты с мандалорскими знакомыми, которых разбросало по галактике после разгрома при Малахоре-V. Кто-то из бывших соклановцев Кандеруса тоже работал наёмником, кто-то осел на дальних планетах, а кто и к ситхам подался… Глупо недооценивать старые связи.
Уверенности в работоспособности такого грубого метода не было и быть не могло. К счастью, всё то время, что я учился на
А пока… пока Кандерус нашёл себе занятие по душе — и выгнал меня из ангара. Бастила торчала в Совете, Карт — в двигательном отсеке «Варяга», Миссия шарилась по лавкам (я настрого запретил девчонке даже думать о том, чтобы что-нибудь украсть!), а Заалбар охотился на местных степных собачек. Собачки в последнее время сделались назойливы и агрессивны, фермеры объявили небольшую награду за умиротворение животных, и вуки собирался «отработать проезд». Удивительное дело: о том, что это я работодатель и, согласно уговору, должен платить, странная парочка и не вспоминала.
В общем, заняться было нечем, а неделя предстояла долгая, так что я принял душ, включил в каюте подавитель шума и завалился спать.
Мне снилась… жаль, но не Бастила.
Мне снилась гробница со Звёздной Картой. Здесь, на Дантуине. В «сенях», по колено в сером тумане стояли двое мужчин. Вернее, стоял лишь один из них, двухметровый громила с целой пока нижней челюстью: Малак. Он воздевал руки, разглагольствовал о могуществе Тёмной Стороны… второй человек не слушал. Меньше ростом, в тяжёлом плаще с глубоким капюшоном, он ходил, как тигр в клетке, с такой опущенной головой, словно искал в сыром тумане что-то невероятно для него важное, искал мучительно и безнадёжно.
Это был Рейван. Это был я.
Я смотрел на себя-Рейвана долго, очень долго. А потом он остановился, повернулся и посмотрел прямо на меня.
Глаза в глаза, сквозь узкие прорези металлической маски.
Только этого не хватало, подумал я, просыпаясь.
32
— А зачем им знать о нашем сне?
— Совет должен знать, — упрямо сказала джедайка.
— Должен, не спорю, — согласился я. — Но всё-таки: зачем?
— Совет должен знать всё!
— Даже о том, когда ты ходишь в туалет?
— Если потребуется.
— Вот я и спрашиваю: в каких обстоятельствах Совету может потребоваться знать график твоих «а-а» и «пи-пи»?
— Никто не может заранее знать, где и как проявит себя Великая Сила…
— А ты довольно высокого мнения о своих какашках, ммм?
— …Поэтому мы должны положиться на мудрость Магистров и рассказать им всё.
— Даже о тех чувствах, которые ты начинаешь ко мне испытывать?
— Я не стану скрывать от Магистров… То есть нет никаких чувств! И ничего я не испытываю, кроме желания как можно скорее приступить к…
— Я и не сказал, что испытываешь. Я сказал: начинаешь. Так что, пойдём, поведаем Вандару о тонкостях словоупотребления? Уверен, по такому поводу он проявит особую мудрость…
Мы оба выдохлись и замолчали. Я думал, что несправедлив к Совету: и Вандар, и остальные мастера именно что проявят мудрость, причём в любой ситуации, что бы мы им ни рассказали. Другое дело, что мудрость эта окажется для нас совершенно бесполезной.
— Общий сон не обязательно является проявлением Уз Силы, — сказала Бастила. — Возможно, Сила просто пытается что-то сообщить нам подобным образом.