Я, Рейван

Макменде Дарт

Машинально отряхивая полы плаща, я смотрел, как от сервисных сооружений к нам торопятся Карт, Кандерус, Миссия и Заалбар. И малыш Тэтри — Т3-М4.

Траска с ними не было.

25

— Позже! — нервно прокричал Карт, едва успев забежать на аппарель. — Всё объясню позже. Взлетаем!

Взлетали в страшной спешке: дарованный нам час истекал, как анамезон. Ухо невыносимо зудело, я выковырял из него давным-давно сдохшую рацию и отбросил

липкий шарик в сторону.

Кандерус с Заалбаром тут же кинулись перебирать принесённые железяки: за время нашей операции на «Ястребе» железяк прибавилось, Ордо явно распотрошил старые заначки. Твилекка увела дроида в коммуникационный отсек, разбираться со схемами управления, маячками и прочим электронным наследством прежнего владельца. Карт чуть ли не силой выгнал из кабины Бастилу и уселся в пилотское кресло сам.

— Он тут вот что передал… — задумчиво сказала девушка, выходя в центральный холл и протягивая мне голодиск.

Смотреть запись я начинал без особого интереса. Как-то больше думалось о том, почему космическая цивилизация с двадцатитысячелетней историей до сих пор не перешла на твердотельные накопители. Ведь диски — это механика, а где механика, там механический износ, ненадёжность, потери информации… Где-то в каноне ещё и «ленты» с «кассетами» упоминались — вот уж совсем маразм! То есть я, конечно, знал про всякие чипы, дата-палки и прочие голокроны. Я просто не понимал, почему в мире «Звёздных войн» твердотельные накопители не вытеснили механические носители полностью.

Кстати, вот бы найти настоящий голокрон… настоящего Рейвана. Насколько я помнил, эта игрушка сейчас находилась в ракатанском храме на планете Лехон. Забавно получилось бы: пообщаться с «самим собой». Интересно, признал бы меня Хранитель голокрона?

А Звёздные Карты — признают?

Чёрт… а Кузня? Ведь как-то же «я» ею управлял. Если отобрать у Малака такое оружие, война закончится гораздо быстрее и куда меньшей кровью.

— Проклятый Малак!.. — прошептала Бастила, кусая губы.

И я вернулся от фантазий к просмотру голозаписи. Так, жилой комплекс, где мы прятались… это же квартира Аавала. А это… ох ты, чёрт.

На картинке, снятой камерой наблюдения, маленькие фигурки в тяжёлой ситхской броне разбегались по коридорам. Запись шла без звука, фигурки бежали в полной тишине и оттого казались особенно целеустремлёнными.

— Они знали, что делают, — раздался голос Онаси. — Вот смотри… видишь? Просто блокируют двери и идут дальше.

Да. Все двери, кроме…

— Они забрали Ульго, — сказал Карт. — Проклятый патруль ситхов. Они пришли и забрали Ульго.

Я смотрел, как солдаты штурмовым зарядом вышибают дверь в квартиру Аавала, двумя двойками врываются внутрь, как выводят покорного, с заплетающимися ногами Траска… и как стреляют в грудь выбежавшему

вслед взволнованному иторианцу.

— Откуда… запись? — спросил я, сглатывая внезапную горькую слюну.

— Тэтри скачал из домовой сети, — отозвался Карт. — Прости, Мак, я знаю, как ты заботился о напарнике… мы были на космодроме и вернулись за ним слишком поздно.

— По наводке, — сказал я. — Они пришли по наводке. В нашу комнату они даже не сунулись.

— Это не местный патруль. Это десантная группа с «Левиафана». Смотри: шевроны на броне. Если Ульго жив…

— Он жив, — резко сказал я. — Я бы почувствовал.

— Он жив, — подтвердила Бастила. — Просто так десантников не присылают. Малак сейчас хватается за любой источник информации, который поможет ему найти… меня.

Мы с девушкой обменялись быстрыми взглядами: теперь, после намёка на выжившего Рейвана, приоритеты Малака должны были круто поменяться. Карт, если что и заметил, не смог бы понять источника напряжённости.

Ему хватало наличных проблем.

— Конечно, он жив, — уверенно сказал Онаси. — Я ввёл новые коды, корабль на автопилоте. Через четверть часа выходим на траекторию посадки.

— Какой посадки? — в недоумении спросил я.

— На «Левиафан», — пояснил Карт таким тоном, словно говорил о вещах предельно очевидных и давно решённых. К моему удивлению, Бастила согласно кивала. — Значит, предлагаю зайти на нижнюю посадочную палубу, так будет ближе пробиваться к тюремному блоку. Траск должен быть в комнате допросов, ситхи не станут терять время. Но до высших офицеров дело ещё дойти не могло, значит, охрана будет не слишком…

— Карт. Карт! — воскликнул я. — О чём ты вообще говоришь?

Мгновение он смотрел на меня пустыми глазами, затем продолжил как ни в чём не бывало:

— Ордо с Заалбаром пойдут первой двойкой…

— Нет, с Заалбаром пойду я, — азартно возразила Бастила. — Наше главное преимущество — скрытность, бластеры придётся использовать только в случае обнаружения. Вы с Ордо прикрываете нас огнём, дроид обеспечивает взлом систем корабля. Мак с девочкой остаются на «Ястребе»…

— Ульго не сможет передвигаться самостоятельно, потребуется госпитальный дроид…

— Растягивать штурмовую группу недопустимо…

— Концентрация огня…

— Тёмные джедаи…

— Камуфляж…

— Великая Сила…

Это было самое бредовое военное совещание в моей жизни. Причём активное участие в нём приняли и подтянувшиеся вскоре Ордо с вуки, и Миссия, и даже Тэтри что-то там подсвистывал на двоичном. Лица у всех, кто имел лица, были такие суровые и одухотворённые, что я поневоле вспомнил фильм «Место встречи изменить нельзя»:

— Верю, ждёт нас удача, — пробормотал я. — На святое дело идём: товарища из беды выручать.