Я – радость
Шрифт:
Пять новых сообщений.
«Привет, лапа!))) Ты такая сексуальная! Мы семейная пара, ищем для совместного времяпровождения вторую девушку или пару. Если захочешь присоединиться, звони!» – и в конце сообщения номер телефона.
На фотографии девушка в белье и чулках на фоне зеркального шкафа и светлого кожаного дивана, частично попавшего в кадр.
«Привет, крошка, хочешь секса?» – от спортивного парня приятной, но не вызывающей доверия наружности.
«Привет, может, пообщаемся?» – это уже стандартно.
Еще мне кто-то подмигнул: «Вероятно, этот человек хочет выразить Вам свою симпатию».
«Ты такая обалденная!
Саша, 27 лет, не женат, детей нет, теплые карие глаза, на фотографии запечатлен с большим розовым зайцем. Этот заяц меня смущает: что-то не знаю парней, которые питали бы страсть к мягким игрушкам да еще и розовым.
«Но ты же тоже не женат», – осторожно ответила я.
«Не нашел еще ту единственную. Может, это ты?»
С ним определенно что-то не то.
«Вряд ли», – ответила я.
Пошла спать.
Делать совершенно нечего. Все помыто, постирано, поглажено, приготовлено. Диски разобраны, пуговицы пришиты, пятно с дивана выведено, люстры протерты, даже коврик из прихожей выстиран и помыты окна, хотя пока только апрель и с этим можно было подождать. Правда, в гостиной не получилось помыть их снаружи, потому что уж больно высоко, даже с моими длинными руками не достать, да и боязно вывалиться с шестнадцатого-то этажа. Пришлось удовлетвориться наведением чистоты изнутри, к счастью, выручила стремянка, купленная Тишей. Еще только третий час, а я ума не приложу, чем бы заняться.
Подошла к музыкальному центру и включила балладу Шопена № 4. Мне в ней особенно нравится ее первая тема после вступления, медленная, плавная, трепетно замирающая паузами на отдельных нотах. Прослушала ее несколько раз, возвращаясь к началу излюбленного отрывка снова и снова.
Все чаще стали случаться такие дни, когда у меня оказывается свободно полдня или хотя бы несколько часов. Все-таки окна не будешь мыть каждый день, а все остальное не требует много времени: помыть посуду, приготовить, подтереть пол. К тому же здесь и мусорить особо некому. Мне даже пару раз в голову приходила мысль, что, может, начать работать у Леонида по полдня или приезжать к нему не каждый день, он ведь все-таки платит мне не за то, чтобы я бездельничала. А с другой стороны, так не хочется расставаться с этим местом, с его тишиной, покоем, относительной независимостью, да и деньги не лишние. Можно, конечно, найти еще одну работу, снова подать объявление в газету, браться за разовые уборки или приходить к кому-нибудь пару раз в неделю… как неохота. Подумаю об этом позже.
Я с вожделением посмотрела на новый еще не распечатанный выпуск Business Legal. Он пришел три дня назад, а у Леонида, видимо, все руки до него не доходят, чтобы почитать или хотя бы снять обертку, и я сама не решаюсь сделать это за него. Хотя что-то мне подсказывает: это сошло бы мне с рук. В конце концов, возможно, я просто позаботилась о нем таким образом и избавилась от мусора, то бишь выполнила свои прямые обязанности. Никто даже не узнает, что я, кроме этого, еще и читала журнал.
Я уселась на диван, взяла его в руки и только собиралась сорвать злополучную обертку, как что-то зазвонило. Точно не мой мобильный и не звонок входной двери – я с недоумением оглядывалась по сторонам: но это точно звонило в квартире, более того, в гостиной, где я сидела, причем совсем недалеко от меня. Тут я вспомнила о домашнем
Ситуация беспрецедентная – раньше это устройство не подавало признаков жизни, а инструкций от Леонида, как себя вести в подобных случаях, я не получала. Не буду отвечать. К тому же что я могу сказать? Только то, что хозяина нет дома, перезвоните позже, но это позвонивший и так поймет, если никто не ответит на звонок. А если это звонит сам Леонид?
Я соскочила со своего места и кинулась к трубке:
– Да?
– Извините, а могу я услышать Леонида Крынко? – спросил вежливый мужской голос.
– Его сейчас нет дома.
– Не могли бы вы ему передать, что Анатолий Пасечников просит перезвонить ему на мобильный. Я на днях потерял телефон и вместе с ним все номера, в записной книжке остался только домашний, а Леонид срочно мне нужен. Кстати, может, вы просто дадите мне его мобильный?
– Нет, – сказала я, – думаю, я не могу этого сделать.
– А вы, собственно, кем ему приходитесь, если не секрет?
– Домработница.
– О… Понятно. Не знал, что у Лёни есть домработница. Я, кстати, тоже сейчас озабочен поиском человека данной профессии, вы не могли бы порекомендовать кого-нибудь?
– К сожалению, нет.
– Жаль. Если вдруг все-таки вспомните кого-нибудь, скажите Лёне, пусть он мне передаст. Самому совершенно некогда этим заниматься. И телефон, про телефон передайте ему, пожалуйста, он мне срочно нужен!
– Может, позвоните какому-нибудь вашему общему знакомому? – подсказала я.
– Да нет у нас общих знакомых, я уже думал об этом. Эх, надо было дублировать все номера в записной книжке, ведь столько раз собирался! Ладно, не буду больше вас отвлекать своими сожалениями, было очень приятно пообщаться… э-э-э?
– Даша.
– Даша. Запишите на всякий случай номер моего мобильного.
Я записала.
– Всего доброго!
– И вам того же.
Я снова перемотала шопеновскую балладу на начало и наконец-то порвала прозрачную упаковку Business Legal.
Одиннадцать новых сообщений!
«Привет, мой ласковый котеночек, – написал Саша с розовым зайцем. – Как поживают наши ушки и хвостик?»
Держите меня семеро.
От какого-то турка пришло: «Рrivet, kak dela?»
Следующее сообщение оказалось от некого сексуально озабоченного маньяка, который обещает всю меня вылизать и совершить еще массу таких же экзотических и мало практикуемых действий, которые подробно описывает в своем письме, думая, что это должно меня возбуждать. Наивный.
Пара подмигиваний, предложение от сетевой компании в лице женщины бальзаковского возраста, фотограф, подбирающий моделей для позирования, ищущий истину мальчик восемнадцати лет, несколько вполне симпатичных молодых людей, пытающихся меня собой заинтересовать, и вдруг: Леонид, 41 год, разведен, дети живут отдельно, хорошо зарабатывает, обеспечен, в женщинах ценит ум, чувство юмора и не последнюю роль играет – кто бы сомневался! – привлекательная внешность. Неужели он?
Сердце вдруг бешено забилось, и я перестала попадать мышкой на нужные кнопки. С раздражением убрав нечаянно открытые окна, я снова вернулась на страницу Леонида.