Шрифт:
Я приглашаю Вас в Париж
Сказка первая.
Мороз Петрович
День тридцать первого декабря выдался морозным и ясным. Снег переливался радугой в лучах последнего в уходящем году предзакатного солнца и слепил глаза веселым прохожим, спешащим закончить дела уходящего года. Колючие ёлки, зажатые в крепкие их объятия, кивали зелеными макушками в такт хрустящим шагам, оранжевые шары апельсинов на прилавках уличных торговцев являли собой многолетнюю символику новогоднего праздника.
Выбрав
– Женщина, так Вы берете? – вернул Алису к действительности зычный голос румяной торговки необъятных габаритов в белом переднике поверх толстого ватника и пушистой вязаной шапке, притопывающей от мороза. На ее мощной груди покоился CD-плеер, от которого тянулись два тонких черных проводка, теряясь под головным убором. Тетка явно старалась идти в ногу со временем, пользуясь последними достижениями передовых технологий.
– Да, два килограмма, пожалуйста, - кивнула Алиса, и в обмен на определенное количество валюты, имеющей хождение в стране, получила целый кулек ароматных бугристых апельсинов, каждый из которых был помечен красивой наклеечкой «moroc».
Сдвинув рукав шубки, она посмотрела на часы и обнаружила, что опаздывает уже на час. Света просила прийти к четырем помочь с готовкой и сервировкой. Непунктуальность была не в ее стиле, и Алису это раздражало. Тем более, что задержка произошла по вине ее зануды-парикмахера. Позвонив в назначенное время, его гнусавый голос сообщил, что его скосил страшный вирус (надо полагать гриппа?), и сейчас у него все признаки приближающейся агонии налицо (лучше бы на лице!). Так что если Алисе угодно, ее сможет обслужить только Костик, тоже неплохой, хоть и начинающий парикмахер. А поскольку других альтернатив не просматривалось и близко, Алиса обреченно направилась отдаться в руки чужого цирюльника, где и просидела почти три часа, заранее настроившись на самое худшее.
Она даже не удивилась, выйдя от «этого урода неопределенной ориентации», который спалил плойкой все ее уши, без конца причитая, как баба: «Ой, pardon, madamе, кажется, я Вас чуть-чуть обжег!» настоящим пугалом. Вероятно, представления о красоте и гармонии у него тоже были нетрадиционные, но это Алису нисколько не успокоило.
Пытаясь остаться в редеющем строю оптимистов, Алиса кое-как пригладила дикие локоны, приобретшие за последние пару часов свойства металлических прутьев, и постаралась позитивно взглянуть на свой новый имидж, который после небольшого медитативного тренинга начинал ей даже нравиться.
И вот сейчас, несмотря на все эти мелкие неприятности, улыбающаяся уже зажженным фонарям, разноцветным гирляндам, наряженным витринам и просто прохожим, Алиса приближалась к дому, где в обычной трехкомнатной квартире жила ее подруга Светлана со своим мужем Николаем.
Скользя и шарахаясь на высоких каблуках, она свернула под арку во двор и направилась к дальнему подъезду. Судьба, как видно не оставила своих намерений до конца испытать на прочность веру Алисы в «светлое будущее», а также в то, что «все будет хорошо» и «что ни делается, все к лучшему» и послала очередную провокацию в виде некоего автомобиля, имевшего неосторожность парковаться
Дверца водителя резко распахнулась прямо перед ее носом и выбила из рук сумку с недавней покупкой. Как в замедленном кино апельсины посыпались из кулька оранжевым дождем и раскатились в разные стороны. От неожиданности Алиса встала, как вкопанная, хлопая ресницами и не в силах подобрать подходящих слов для этого…этого…
– Ты что, ослеп? – закричала Алиса, замахав руками, - «Шумахер» наоборот!
В следующее мгновение она осеклась, прерванная появлением из недр злополучного авто сначала двух валенков, затем красного халата с опушкой из белого меха, шапки и рукавиц. Этюд завершала кудрявая длинная борода и густые брови. Перед ней стоял Дед Мороз собственной персоной.
– Прости старика, дочка. Не хотел тебя огорчить, - загудел он, пряча улыбку в лохматой бороде. Лукавые искорки горели в хитрых глазах и обезоруживали Алису, гася возникшую было досаду и злость.
– Я тебя не ушиб, красавица? – продолжал Дед Мороз, заботливо касаясь ее локтя.
– Н-нет, - протянула она, - только вот… - Алиса указала рукой на рассыпанные фрукты.
– Ну, это ерунда, - прогудел старик и, согнувшись в три погибели, пыхтя и сопя от неудобства одежды и позы, стал ползать вокруг автомобиля, собирая раскатившиеся апельсины в полу задранного халата. – А чтобы загладить свою вину, - прокряхтел он и посмотрел на девушку снизу вверх, - могу исполнить любое твое желание. Так как я настоящий Дед Мороз.
Глядя на этого чудного старика и услышав последние слова, Алиса от всей души расхохоталась. Она, конечно, понимала, что никакой он не Дед Мороз, а работник обычного сервисного агентства «Праздник», и что никакого желания он исполнить не сможет. Но, неожиданно столкнувшись с чудом, пусть даже и ненастоящим, она не смогла себе отказать в удовольствии хоть ненадолго попасть в сказку, превратившись в наивную доверчивую девочку, верящую в чудеса и исполнение новогодних желаний.
– Как Вас зовут? – спросила Алиса.
Раскрасневшись от усердия, Дед Мороз вытер капельки пота со лба и протянул кулек с собранными апельсинами девушке:
– Мороз Петрович, - а Вас?
– Алиса.
– Тогда вот что, Алиса. Быстренько загадывай свое желание, можно самое заветное и несбыточное, - он пошарил за пазухой, вынул блокнот и ручку, и, оторвав страницу, протянул Алисе, - и отдай его мне. Когда желание исполнится, эта записка вернется к тебе.
Приняв условия игры, Алиса уселась на водительское сидение и на минуту задумалась. Затем, положив на колени для удобства какой-то журнал, серьезно сдвинула брови и сосредоточенно стала выводить буквы. Время от времени отогревая дыханием замерзающие в ручке чернила, она старалась, чтобы почерк был разборчивым и аккуратным. Наконец, закончив и в последний раз перечитав написанное, она протянула сложенный листок Деду Морозу.
– А когда исполнится мое желание? – заглянула ему в глаза Алиса.
– Когда придет время, - философски произнес Дед Мороз.
– Что ж, спасибо и на этом, - Алиса направилась к двери парадного, оглянулась и помахала рукой на прощание, - с наступающим Новым годом, дедушка, была рада познакомиться.
– И тебя с Новым годом! – голос был низким, красивым и совсем не старым.
* * *