Я полюбил тебя навсегда
Шрифт:
Утром меня разбудило яркое солнце. Открыв глаза, я с удивлением обнаружила себя в пижаме, тепло укутанную и лежащую вдоль своей кровати.
«Ма-а-ама» – приятно промелькнуло в моей голове.
Да, мама признаюсь, была у меня что надо! Только она помнила, что я не люблю, когда меня называют Сэмми. Она обожала готовить всякую «вкуснятину» для нас и всегда следила за порядком в доме вплоть до того, что не могла усидеть, если видела, что пульт от телевизора лежит слева, а не справа от него. Она всегда была готова
Папа работал в другом городе – в Нортхемптоне, занимая высокую должность, и по выходным приезжал домой, полностью увлекая маму в свою жизнь. Эти моменты мама ценила как никогда, что было заметно по ее поведению. Каждые выходные она надевала особенный наряд, делала особенную прическу и готовила особенную «вкуснятину». Вообще для нее каждый уикенд был особенным! Вместе они любили смотреть старые черно-белые фильмы и слушать пластинки The Beatles.
– Мэгги, помнишь, как мы зажигали под эту песню? – ласково обращался папа к маме.
– Конечно, Рэй, на мне было то знаменитое красное платье, – отвечала она, закатившись звонким смехом.
Прекрасно наблюдать за родителями, когда они вместе. Прекрасно осознавать, что их выходные были похожи на свидания, как в юности. Только это были, конечно, их особенные свидания.
Спустившись в кухню и почуяв запах свежих тостов, у меня заурчало в животе.
– О, Сэм, ты рано! Присаживайся – тосты с джемом! Сегодня вишневый! – подмигнула мне мама и расплылась в улыбке.
– М-м-м, мой любимый.
Пересекая белоснежную кухню, я присела за круглый кухонный стол, на котором стояли забавные разноцветные круглые чашки и тарелки. Мама где-то вычитала, что за круглым столом аура лучше и поместится больше гостей. Мама любила круглую форму, наверно это говорило о ее доброте и мягком складе характера, даже в споре она любила «сглаживать углы». Естественно мою замечательную маму совсем не пугала наша белоснежная кухня, она ведь была потенциальной чистюлей.
Я плотно позавтракала тостами и хлопьями с молоком под канал «Fashion TV», который смотрела сестра, и встала, чтобы отнести свою посуду в мойку. Вдруг ко мне обратилась Джен:
– Сэм, ты что опять пойдешь к своей компании немытых вонючек? – поморщив нос, поинтересовалась она.
– Да, именно к ним…
У сестры компания занудных снобов, а у меня немытых вонючек – у нас ничья.
– Джен, милая, не называй так друзей своей сестры, – обратилась к ней с просьбой мама.
– Но они так выглядят с этими сосисками на голове и железками в разных местах, живут в гараже и распевают «Dirty dude», – с отторжением в голосе произнесла Джен.
– Это дрэды, а не сосиски! И в гараже они не живут, а просто репетируют! – вспылила я.
– А мне нравится «Dirty dude» – посмотрев куда-то вдаль тихо, но
В отличие от сестры мама хорошо относилась к моим друзьям. Она знала, что я не стану прокалывать себе разные места и делать прически, которые уже не вернуть в исходный вариант. Мои друзья тоже ее любили. Хорошо мама относилась и к компании Джен… она любила сглаживать углы.
Я взглянула на время. Убедившись, что действительно встала раньше обычного, я поцеловала маму в теплую щеку, пахнувшую свежей выпечкой, и уже было помчалась к себе в комнату, но меня затормозила Джен:
– У меня завтра День Рождения и я прошу тебя присутствовать на нем, Сэм… – с невинным взглядом произнесла Джен.
– Ты десять минут назад обозвала моих друзей немытыми вонючками.
– Да ладно, Сэм, – пыталась замять эту тему Джен.
– Место? Время?
– Клуб «Академия Карленгса», десять вечера! – выпалила она с таким лицом, будто это один шанс на миллион.
– Нет! – отрезала я.
– Но…
– Нет!
– Пожа-а-а-луйста, Сэ-э-эмми… – умоляюще протянула сестра.
– Фу, нет. Там соберутся все твои друзья типа того павлина Карла, – меня передернуло, когда я представила этих снобов.
– Между прочим, мой «павлин» Карл очень хочет с тобой познакомиться.
– М-м, рада за него.
Тут в разговор вмешалась мама:
– Сэм, дорогая, ну сделай это, пожалуйста, всего раз в году, вы же сестры. Сделай это для меня, я буду рада, что вы вместе проводите время, – мамино ангельское лицо стало настолько ангельским, что я не смогла устоять.
– Ладно. Только я оденусь, как захочу!
– Э-э-э, ты можешь обойтись без толстовки и расчеши волосы, ок? – изъявила свои пожелания Джен, направляясь к выходу.
Я закатила глаза и поплелась к себе.
Мой творческий беспорядок в комнате меня всегда вдохновлял. Я любила разглядывать висевший напротив моей кровати коллаж из фотографий своих сумасшедших друзей, любила свой «винтажный» шкаф с наклейками от жвачек «Барби», перешедший мне в наследство, конечно же, от сестры. Сейчас достать оттуда какую-то вещь уже проще – я совсем убрала его заднюю стенку. К тому же большая часть моей одежды покоилась на спинке стула.
Подойдя к зеркалу, на котором висели всякие безделушки, подаренные и привезенные от друзей и родственников, я некоторое время изучала свои черты лица – думаю, многие девочки так делают в моем возрасте. Затем собрала свои кудрявые волосы в высокий пучок резинкой, украшенной пластиковой вишенкой, натянула толстовку, джинсы, кеды, накинула сумку на плечо и отправилась на выход. Юбки я решила отложить на время, вспомнив мой инцидент с колготками вчера.
«Чокнутый Джейсон Фикс» – на секунду подумала я и вздрогнула, вспомнив, как вчера чуть не попала под машину.