Я – первый
Шрифт:
Человек в штатском энергично махнул рукой (понял, мол!) и отвернулся, собираясь продолжить движение.
– Ахмат! – теперь уже окликнул я. – Ахмат…
Подполковник с недоумением оглянулся и замер на месте. Я, поправив автомат на плече, решительно двинулся к нему.
Пока я подходил, паренек из охраны Ахмата сместился влево, закрыл его корпусом и встал прямо передо мной. Он, словно бы ненароком, опустил руку на предохранитель. Двое других охранников разом шагнули в стороны, и я в секунду оказался под прицелом трех автоматов.
Я
– Сергей? – наконец неуверенно спросил Ахмат и наморщил лоб. – Сергей, ты?
– Я, Ахмат, я. Тебе трудно узнать меня. Я без бороды и усов, а это здорово меняет человека…
Ахмат Акболатович (надо же!) торопливо обошел своего охранника, стоявшего как столб у него на пути, приблизился ко мне и молча обнял.
– Давай перекурим, Ахмат.
Я выпрямился и перевел дух. Большая тарелка с наваристой шурпой, стоявшая передо мной, опустела. Косточки от мяса я аккуратно складывал на краешек стола.
– Скажи, чтобы принесли чай.
Ахмат негромко произнес пару слов на чеченском, и женщина в платке, отодвинув занавеску в дверном проеме, прошла на кухню.
Я вытер руки салфеткой, негромко сыто срыгнул и взял сигареты. Ахмат разлил остатки водки в бутылке и поставил ее на край стола.
– Хочешь, оставлю тебя у себя как офицера по особым поручениям? – негромко спросил чеченец, наклоняясь ко мне и выпуская дым в сторону.
– У министра есть такая должность, а почему у его первого заместителя не может быть такой, а? – спросил он меня с пьяной искренностью. – А ведь действительно! – обрадовался он своей идее. – Завтра же кадровика нагну, пусть как хочет, так и выискивает возможность!
Я отрицательно и спокойно покачал головой.
– Ты не отказывайся! Будешь как сыр в масле кататься! И домой съездишь! И вообще в безопасности будешь!
Я поднял глаза.
– Ну хорошо, извини! – проговорил после паузы заместитель министра внутренних дел Чеченской Республики. – Я это не подумал… Да ты на меня не обижайся, – произнес он после паузы. – Хватит и того, что Артур погиб. Ты, когда сказал мне это, глаза у тебя были как у больной собаки. Вот я и решил хотя бы тебя сохранить. Я хоть с вами и недолго был, а запомнилось на всю жизнь.
Я кивнул. Ужин был сытный, водка хорошая, а охрану дома первого заместителя несли саратовские омоновцы числом около пятнадцати человек. Блокпост с расположением всего отряда был недалеко, прямо на перекрестке, так что пить можно было спокойно и расслабленно, помощь в случае нападения должна прийти незамедлительно. Осознание этого факта позволяло слегка расслабиться и получить удовольствие от неожиданной встречи.
Молчаливая женщина бесшумно поставила
– Сергей, я хочу для тебя что-нибудь сделать. Хоть как-то отблагодарить, пойми ты! Если бы не вы, то что бы со мною… – Он махнул рукой и сжал челюсти, не отводя от меня своего взгляда.
Я почувствовал, что он говорит искренне.
– Хорошо, Ахмат. – Я поставил кружку на стол и оперся вытянутыми руками на колени. – Хорошо. Мне нужна твоя помощь. Я долго над этим думал. Ты должен понять меня…
– Говори, Сергей, – произнес чеченец тихим голосом, в котором, однако, чувствовалось волнение. – Я пойму тебя, можешь не сомневаться, и сделаю все, что могу. А могу я сейчас немало…
– Мне в Тевзаны съездить надо. Но только так, чтобы никто не знал.
– А! – понимающе кивнул Ахмат. – Тебе не надо туда ездить. Брат Удагова исчез. Я уже посылал к нему людей. Дом, правда, остался, там его родственники живут, но им статью о насильственном лишении свободы не припишешь, если ты об этом.
– Я не об этом. Мы там с Артуром удостоверения свои закопали. Я не хочу, чтобы они там оставались.
– Да это не проблема! – махнул рукой чеченец и облегченно вздохнул. – В любое время… Я тебе и машину, и людей дам!
– Хорошо… Да, и еще…
– Говори.
– Это уже мое личное дело. Если не сможешь его решить, скажи сейчас.
– Сергей! – укорил меня Ахмат и развел руками. – Уж твое личное дело, именно твое, – подчеркнул он голосом, – я постараюсь решить!
Я не стал тянуть. Чего уж тут, в самом деле…
– Золотой Инал «сел». Но не надолго. Совершенное им убийство не доказали. Адвокаты у него хорошие, и сейчас его не забывают. Возможно, он скоро выйдет. Ну еще год-два… – Я помолчал, собираясь с духом. То, что я сейчас хотел произнести, а впоследствии и сделать, по закону Российской Федерации квалифицировалось как создание организованной преступной группы. Уж в этом-то я разбирался. Но у меня не было выбора. – Я хочу убить Золотого Инала. Желательно в зоне. Если он освободится, я его не найду. Значит, пока он находится в том месте, которое я знаю, надо его «завалить». Кого и где надо купить, чтобы это сделать, ты скажи. Деньги у меня будут.
Глаза у Ахмата расширились. Он непроизвольно оглянулся на занавеску.
Я спокойно взялся за чайную кружку.
– Мне абсолютно наплевать, что там у него за бизнес и какие дела он делал. Но он убил моего друга, убил в спину, а я этого забыть не могу. Простить – тем более. Вот так вот…
Первый заместитель министра внутренних дел Чечни осторожно потянул из пачки сигарету. Я не торопил его. Возможности у него огромные. Президент России очень заинтересован в стабильности на Кавказе, и основным стержнем этого стабильного положения является Чеченская Республика.