Я - обычный
Шрифт:
— Химикам пистолеты выдай, — хмуро попенял я. — Хватит им без стволов по территории шататься. Если будут упираться, скажи, я распорядился, в приказном порядке. Чтобы в туалет, нет, чтобы спать ложились и то с оружием, а то от их в меру пацифистского настроя тошнит. Покажи заодно, где у макара предохратиель, а то беду накличем.
— Сделаем, — заверил меня Марк. — Ну? Все разместились?
— Все, — не обращая внимания на мои вялые возражения, Женя уверенно вскарабкалась мне на колени и обняла за шею. На её место уселся Марик, с сожалением расставшийся с пулеметом. Он
— Как ты думаешь? — Игриво поинтересовалась девушка, — Чем там сейчас Николай с Машей занимаются?
— Как чем? — Даже удивился я. — Что могут делать два нормальных половозрелых человека, причем пола-то различного, находясь в одном помещении, а точнее на кухне? Конечно же, варят обед!
Снился мне странный сон. Будто я это и будто не я вовсе, а кто-то другой в моем теле. Жить дает, да посмотреть, что вокруг делается, а в остальном ни-ни. Сиди, мол, Костик, и не высовывайся, если жить хочешь, а я пока тебя, как пиджак буду использовать. Обещаю не пачкать, не рвать и возможно верну, но далеко не факт. Просыпался я тоже тяжело, как будто выныривал из омута. Стараюсь наверх, к свету, к воздуху прорваться, а тяжело. Давит на грудь, так что ребра трещат, да в глазах круги.
Из тревожного сна выдернул меня задорный женский смех. Это Маша, шествуя мимо под руку с Николаем, вдруг рассмеялась, будто пригоршня маленьких стеклянных колокольчиков задергалась на бечеве. Увидев, что я проснулся, парочка постаралась как можно быстрее удалиться, но не тут-то было.
— Что на обед? — Недовольно поинтересовался я, открыв один глаз, а сам-то рад радешенек, что из тревожного забытья вырвался.
— Суп из шампиньонов, — начала в смущении перечислять Маша. — Картофельное пюре и килька в томате на второе.
— Достаточно. — Я сел на кровать и потер руками глаза. — Нога у тебя, смотрю, совсем уж скоро пройдет. Это хорошо. Будем тебя к другим делам привлекать.
— Это решительно невозможно, — взвился Николай, встав на защиту своей подруги. — Маша — удивительный кулинар. Буквально из ничего может королевский обед приготовить! Нельзя её от кухни отлучать, потом есть не сможем.
— Значит так, герой-любовник. — Я встал и, накинув рубашку, придал своему лицу как можно более суровое выражение. — Дела ваши амурные мне по боку, но если еще раз будете ржать в помещении, где люди отдыхают, неделю у меня будете в собачью вахту стоять. Теперь кыш отсюда, и чтобы до обеда никого больше не видел.
Парочка, делая большие глаза, в панике убралась вон из комнаты, а я открыл окно и, нашарив в нагрудном кармане пачку сигарет, закурил.
Есть хотелось до невозможности. Не знаю уж, чем был вызван мой волчий аппетит, утренними ли переживаниями или чем-то еще, но за кусок колбасы готов был морду набить и с этими мыслями принялся одеваться.
— Здравствуйте, господин капитан, — я расплылся в улыбке и щелкнул каблуками. — Каким
Массивная восьмидесятка во двор пройти не смогла и стояла на въезде, напрочь перегородив ворота. С капитаном приехали двое. Один скучал на броне, чистя здоровенным ножом яблоко, второй торчал из люка, слушая эфир. Горин пожал протянутую мной руку.
— Да вот, решил навестить, — пояснил он. — Катили мимо, дай думаю, проведаю старых знакомых.
— Это завсегда можно, — кивнул я, — на обед останетесь? И вас накормим, и ваших бойцов, мы народ не жадный.
— Оставьте патетику, — отмахнулся капитан. — Что за стол приглашаете, за то спасибо, не откажемся. Пообедаем, ребята?
Двое парней в бронниках дружно закивали.
— Ну, а все-таки? — Продолжил допытываться я. — Зачем пожаловали? Не такой ты человек, Горин, чтобы из-за миски супа через полгорода катить. Случилось что?
— Случилось. — Кивнул ОМОНовец, — но об этом позже, и если возможно, то наедине.
— Секреты, — улыбнулся я. — Ну пройдем в дом, потолкуем.
Пропустив гостя в дом первым, я принялся устраивать экскурсию по своему хозяйству.
— Ну, Марка ты, положим, знаешь, — декламировал я, идя по коридору. — Вот тут у нас кухня, из приоткрытой двери пахнуло, и желудок негодующе заурчал. — Знакомьтесь, это Николай и Мария. Это господин Горин.
— Тимур, — кивнул тот. — Очень приятно.
— Маша, — подмигнул я растерявшейся девушке, — на обед плюс три человека. — Дальше по коридору, то место, где дурно пахнет, эта наша лаборатория по производству шутих и фейерверков. — Приоткрыв дверь, я заглянул внутрь, мельком отметив пистолеты на поясе. — Господа химики, шибко занятой народ. Увлекаются. С ними познакомитесь за столом.
Горин удивленно приподнял брови, однако ничего не сказал. Не ожидал он видимо у нас такой роскоши, как производство взрывпакетов на дому, а мы как та голь, что на выдумки хитра. Знай, господин офицер, наших, офисных работников.
— Тут у нас склад, ничего интересного. В основном консерва, да крупы. Вот тут наш штаб и по совместительству пункт связи. Короткая волна, так что номинально, а это Марик, познакомьтесь. — Тимур вновь пожал руку, с любопытством оглядывая разложенные на широком столе карты и чертежи, на которых пунктирными линиями и флажками мы который день усердно прокладывали маршруты. — Последний, но не менее важный член нашей команды, Евгения, наш снайпер и вообще, комсомолка и спортсменка, в данный момент на дежурстве, на чердаке. Там у нас фишка и СВУ трофейный. С ней тоже на обеде познакомитесь, её как раз должны подменить.
— Лихо у вас тут все устроено, — одобрил капитан. — Решетки на окнах, высокий забор, караульный бдит. Так просто и не подберешься.
— Подожди хвалить, — улыбнулся я. — Сейчас жемчужину коллекции показывать буду. — Пропустив Горина вперед, я распахнул дверь, наблюдая за реакцией гостя. — Вот тут у нас, собственно, и находится наша оружейная комната.
— Это же откуда, — ахнул Тимур, — богатство такое? У нас и то чуть больше, а от вас, гражданских, я кроме рогатин и пистонов вообще ничего не ожидал.