Я никогда тебя не...
Шрифт:
— Я тебя люблю, — уткнулся он лбом в мой затылок.
— Я знаю, — положила я руки на кафель, расслабившись.
— Давай помоемся? — выдохнул он, обмякши.
— Будешь мыть меня? — спросила я, приподняв брови. В темноте комнаты вряд ли было видно, настолько я изумлена, но для меня было априори странно, что меня касались. Это было доступно только ему. И та история с Джеймсом была ошибкой. Мне до сих пор казалось, словно он использовал на мне магию. Или мне хотелось так думать. Потому что я всё же ощущала, насколько я открыта перед Тайлером, будто я могла доверить себя только ему. Чувствовала,
Вода уносила следы шампуня, он поцеловал меня в лоб, закутался в полотенце и сказал, что дождется меня на выходе. И через пять минут я вышла за ним следом. Счастливая и спокойная. Мы легли спать у него в комнате. Я ощущала тепло его рук и окончательно погрузилась в сон, чувствуя, как он прижимает меня и тихо посапывает прямо мне на ухо. Мой любимый парень. Раньше я и не думала, что прощу его за всё, что произошло. Что дам второй шанс и, уж тем более, что не буду представлять без него своей жизни.
***Первые лучи разбудили меня ещё до того, как она открыла свои глаза. И я знал, что вчера между нами случилось что-то более интимное, более нежное и доверительное. Она лежала на моей руке, и я боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть этот момент. Её чёрные как смоль волосы были распущены, и за ночь почти высохли, а я только сейчас узнал, что они слегка вьются. Запах её шампуня уже въелся в мой мозг как что-то, без чего я бы точно не смог жить. Она была для меня всем. Я никогда и никого так не любил. Это было что-то странное и непередаваемое, ведь если бы мы не встретились, я был уверен, что был бы один ещё долгое время.
— Доброе утро, — резко открыла она глаза, напугав меня до усрачки, пока я разглядывал её.
— Господи… Уэнсдей, — дёрнулся я, закрыв глаза. — Ты доведёшь меня до инфаркта.
— Не доведу. По статистике инфаркты бывают чаще у людей после сорока пяти лет из-за нарушений в системе кровообращения, — выдала она на автомате.
— Прекрасно. А в твоей статистике не сказано, как часто они бывают, когда девушка, которую ты любишь, появляется везде, словно призрак мертвеца или резко открывает глаза ото сна, доводя тебя до сердечного приступа? — очень эмоционально вымолвил я с удивленным лицом.
— Мммм…хайд боится призраков? Это интересно, — развернулась она ко мне сонная и, к сожалению, одетая.
— Все боятся призраков, — прошептал я, слегка улыбнувшись.
— Я — нет, — ответила она с гордым видом и вдруг вспомнила про лекции. — Вот чёрт! Нужно ведь собираться на учёбу. После обеда приедет мистер Митчел! Нужно ещё придумать, как нам вернуть Джеймса. Где именно и как мы будем это практиковать.
— Джеймс, Джеймс, Джеймс. Бла бла бла… — нырнул я с головой под подушку, пока она уже переодевалась.
— Тайлер, я
— Честно? — взглянул я на неё, прищурив один глаз от ярких лучей, которые она в мгновение перекрыла своим телом, шагнув ближе.
— Честно, — ответил тонкий голосок.
— Это хорошо, — произнес я довольный этими словами. Не знаю, почему, но мне было важно слышать это от неё.
— Всё, пошли вместе на лекции, — подгоняла она меня, стащив с меня покрывало.
— Вместе? На лекции? Как бы я не мечтал на них не идти, но слышать от тебя слово «вместе», дороже всего этого, — поднялся я с кровати, улыбаясь, будто выиграл в лотерею.
Мы направились на хищную биологию, а затем на фехтование. И ближе к двум часам дня позвонил отец, сказав, что с Митчелом мы будем встречаться только в его присутствии, и в целом он, конечно, был прав. Мало ли кем мог оказаться этот самый мужик. Уэнсдей естественно противилась, думая, что отец вызывает недоверие и отторжение. Всё время на всех косится и хамит. Но мне было бесконечно смешно от этого. Они оба друг друга не выносили, хотя их характеры были схожи. А я почти постоянно находился меж двух огней. Но отец знал, что я люблю её и перестал делать какие-то замечания, бросать упреки и негатив в её адрес.
Ближе к трём часам мы пришли домой, отец ждал нас в гостиной, уже разговаривая с мистером Митчелом.
— Я даже не стал ничего говорить Рейчел. До сих пор не могу поверить, что она соврала мне о сыне. Это просто какой-то ужас, — прикрывал он лицо ладонями.
— А представьте, каково Джеймсу, — резко сказала она, присев напротив. — У него были родители и сестра. А потом он лишился всего.
— Если бы я знал, я бы этого не допустил, — ответил он с сожалением на лице.
— Как Ваш хайд? Вы контролируете его? — спросила она в лоб.
— Ты много от него знаешь… Контролирую. Подавляю, — ответил он, глядя на меня. — И ты тоже, парень. Я чувствую рядом с тобой тоже самое. Ты — зверь.
— Это не важно, мистер Митчел, — перебила она. — Главное, у нас есть нужное заклинание, кольцо, способное вернуть его. Мой амулет, что поможет с ним связаться и Ваша кровь. Всё, что необходимо. А дальше пусть сам решает — убить Вас или оставить в живых.
— Господи, девочка, что ты такое говоришь?! Это мой сын, — резко перебил он её, и тут вмешался я.
— Она сгоряча это говорит. Джеймс — её друг и она знает, через что ему пришлось пройти. Вы нужны ему. Поэтому нам необходимо ехать, — уверил я его, ощущая, как он нервничает.
— Куда? — спросил он, косясь на Уэнсдей.
— В сторону нашей академии. Где учился Ваш сын. Он там и исчез, соответственно, мы должны пытаться открыть портал именно там, — объяснил я, и он кивнул.
Когда мы вчетвером были на месте, то, как полные неучи ходили вокруг да около. Ведь Джеймс открыл его с помощью магии. А уже потом Лорел, воспользовавшись кольцом и заклинанием, вытащила Крэкстоуна оттуда. Но сейчас у нас не было мага для таких масштабных действий. И мы совершенно не знали, что нам делать, однако Уэнсдей помнила, что Джеймс говорил ей про амулет.