Я — не Я
Шрифт:
Неделин, облокотившись на перила, наблюдал за танцами. Музыка, толкотня, всеобщее возбуждение; так было давным-давно, когда их мужской технологический факультет пригласил на вечер факультет женский — филологический. Неделин сразу приметил двух подруг, которые не отходили друг от друга, стояли у стены посмеиваясь. Одна была, естественно, красавица с пепельными распущенными волосами, другая тоже ничего себе, но, в общем-то, серенькая девушка: какие-то кудёрышки на голове, глаза неумело обведены чёрным и синим. Неделин понимал, что шансов на красавицу у него
А кого? — засмеялась красавица.
Неделин посмотрел на неё холодно и повернулся к серенькой девушке, оказывая ей подчёркнутое внимание:
Вас!
Серенькая девушка пожала плечами (ну что ты сделаешь — пристают и пристают!) и милостиво подала руку. Звали, её — Лена. Она и стала женой Неделина.
Знакомое лицо мелькнуло в толпе. Лицо Запальцева, то есть Субтеева в обличье Запальцева!
И тут же оно показалось в другом углу танцевально го загона, и тут же — в противоположном.
!
Несколько их, что ли? — или Субтеев заметил его и мечется, желая скрыться?
Неделин, не спуская глаз с выхода, взял билет в кассе, прошёл, сквозь турникет и контролёров. Он боялся отойти от турникета, смешаться с толпой — Субтеев может ускользнуть. Нет, вот он, вот он! — безмятежно и весело танцует с девушкой лет семнадцати, нашёптывая ей что-то, — и вот он же, но уже с женщиной лет тридцати, и ей нашёптывает, — нет, вот он, с женщиной лет пятидесяти, которая, в ответ на его нашёптывания, хохоча, обнажает златые зубы и вся колышется.
Что за чертовщина!
Неделин, расталкивая танцующих, устремился к Субтееву, ориентируясь на златозубое сияние (отражался свет фонарей), хлопнул по плечу, мужчина обернулся и оказался пожилым человеком.
В чём дело?
Извините…
Так было несколько раз: завидев Субтеева с очередной партнёршей, Неделин спешил к нему, грубо толкаясь, но, когда подходил, партнёрша оказывалась та же самая, Субтеев же исчезал, на его месте уже был другой. Обливаясь потом, Неделин опять увидел своего двойника, бросился подпрыгивая, чтобы поверх голов ежесекундно видеть его, наступил кому-то на ногу, обиженный ухватил его, чтобы отомстить словом или делом, Неделин хотел вырваться, глянул — и! — Субтеев! — и сам схватил его за плечи.
Так они стояли долго, и глаза Субтеева, затуманенные любовной одурью, начали проясняться. Он понял.
Отойдём, — сказал Неделин.
Нет.
Я сказал!
И поволок его в угол площадки, прижал к ограде, посмотрел в глаза.
Я не согласен! — сказал Субтеев.
Делать нечего. Да ты пойми. Если бы я отдал тебе своё собственное тело, это ещё ничего. Но то, в чём ты находишься, оно принадлежит другому человеку.
А ты кто вообще? Фокусник, волшебник, маг? Инопланетянин? Или это научный опыт такой?
Неважно. Тебе придётся вернуться. Это другой человек ждёт,
Ни за что. Или давай мне другое, но тоже здоровое.
Не сходи с ума… Ты ничего такого не успел сделать?
Я жил. А ты что поделывал?
Меня, то есть тебя, вся страна знает. Правда, под псевдонимом — Неделин.
А я вот не знаю! Поди ж ты! — Субтеев понемногу забирал нахальный тон
Ты основатель нового направления в рок — искусстве. Смотри, не урони марку. Вот тут всё описано. — Неделин показал тетрадку и сунул её обратно в карман. — Останется тут, при тебе. Главное — опасайся Лены. Она… Тут всё описано.
Какая Лена? Меня ждут, я пошёл.
Стой! — Неделин схватил его за руку. — Я понимаю, тебе не хочется. Но иначе нельзя. Каждый должен нести свой крест — искусство и слава. Мужайся, Владик.
Иди ты! У тебя всё равно не получится. Мне ведь, как я понял, нужно пожелать — обратно? А я не желаю.
Неделин схватил его за грудки, встряхнул, повернул к себе лицом.
Всё произошло, как он предполагал: Субтоев не хотел перейти в него, но испугался, что может захотеть, и как только испугался этого, как только представил, что это возможно — перешёл.
Вот и всё, — сказал Неделин, отцепляя от себя руки Субтеева. — Прости, брат. Это не я, это природа шутки шутит.
Сволочь, — прошептал Субтеев. — Не хочу,
Поздно.
Отдай, — заплакал Субтеев. — Я ведь повешусь.
Ну-ну. Люди без рук, без ног, в параличе — живут. Надо быть мужественным.
Нет! Не смогу! — Субтеев хлопнул себя рукой — и рука вдруг замерла — и закопошилась.
Послышался девичий стыдливый визг, потом — смех, но Субтеев не обратил внимания, он смеялся и показывал Неделину, который тоже был душевно рад этому чуду, но уговаривал Субтеева:
Спрячь, спрячь, ты что?
А сам, пользуясь бесчувственностью счастливца, доставал у него из кармана несколько рублей, остальные деньги великодушно оставил. Документы же Запальцева, слава Богу, Субтеев носил при себе; вот он, бумажник «Бремингъ и К°», в бумажнике — паспорт.
Явились дружинники, взяли Субтеева под локотки, а он, так и не приведя себя в порядок, радостно извивался в их руках, оборачивался и кричал:
Я скоро вернусь! Я вернусь, милые! Дружинники ржали.
Глава 42
Поезд на Саратов — ночью; коротая время, Неделин выпил пару кружек пива и вернулся на танцплощадку.
Он не собирался, конечно, танцевать, сел на одну из лавочек, стоявших по периметру ограждения, положил ногу, обозначая своей позой необязательность своего присутствия — и то, что одиночество его не тяготит.
Но вскоре к нему подсела девчушка лет шестнадцати, села, по-школьному упершись руками о лавку и скрестив ноги под скамьёй. Джинсы обтягивали эти ладные ножки, обнажая стройно-округлую полноту, руки были загорелы, алый маникюр на ногтях. В дочери Неделину годится.