Я не вернусь
Шрифт:
— Ох. Вадим, извращенский твой язык. Ах….-я задел клитор и Лера начала кончать
— Лера, на меня посмотри.
Я стал медленно входить в нее, растягивая и присваивая ее себе. Я никогда не был сексистом, но тогда я испытал дикое удовольствие от понимания того, что у моей девочки только я есть, она никого до меня не любила, у нее нет ни с кем общих воспоминаний, даже первый поцелуй был моим. Когда я порвал преграду, ее лицо исказилось от боли, а я как конченный псих был рад этой ее боли. Рад, что такую боль ей причинил именно я.
— Потерпи, малыш, не могу остановиться сейчас- я осыпал ее лицо поцелуями и слизывал
— Боже ты внутри меня, мне хорошо, Вадим, продолжай…уже совсем небольно
Мне хватило нескольких толчков, она так сильно сжимала меня, что мой оргазм получился слишком быстрым. Потом я кончал ей на живот и размазывал по животу и груди свое семя, совершенно первобытное желание пометить ее.
— Ну вот теперь ты стала моей окончательно-я лег на спину, прижал Леру к себе, а она положила голову мне на грудь. Я очень любил перебирать ее длинные шелковистые волосы. Это был мой фетиш.
— Глупый, я итак твоя, ты мой первый и единственный
— Обещаешь?
— Что? — она откинула голову и посмотрела мне в глаза
— Что буду всегда единственным. Пообещай, Лер
— Обещаю, любимый и торжественно клянусь, что буду только твоей, всегда
— И волосы не подстригай, люблю перебирать твои длинные волосы. Обещаешь?
— Отстригу, если усомнюсь в твоей любви- улыбнулась Лера
— Придется тогда тебе всегда носить длинные волосы
— Обещаешь, Вадим? Пообещай, что всегда буду ходить с длинными волосами- я взял ее руку и положил на свой член, который опять стоял колом
— Какие еще доказательства нужны? Посмотри что ты со мной делаешь. Подрочи, Лер, не могу я рядом с тобой спокойно лежать.
Потом мы любили друг друга еще раз только уже руками, мы снова кончили. Вспотевшие, счастливые, мы лежали прижавшись к друг другу и весь остальной мир нас не интересовал.
— Вадим, у меня тело как желе, кажется, если я встану, то сразу же упаду, а нужно сходить в душ.
— Это все потому что мы хорошо друг друга отлюбили. Я бы с удовольствием еще раз побывал в тебе, но еще рано. Так что идем в душ, я тебя отнесу.
В душе мы друг друга медленно мыли. Трогали друг друга. А потом еще долго не могли уснуть и разговаривали обо всем на свете.
4
Это было теплое апрельское утро, весна в этом году выдалась ранней и очень теплой. В окно пробивались яркие лучи солнца. Казалось, что погода решила поиграть в «антонимы» с моим состоянием и настроением.
Ночью я так и не смогла уснуть, слышала как зашел Вадим, как очень долго сидел около меня и перебирал волосы. А мне хотелось испариться, исчезнуть, лишь бы не чувствовать его касаний, не чувствовать запах любимого мужчины. Он просидел без движения около меня, кажется 2–3 часа, а я все это время боялась пошевелиться.
Разве такое возможно, чтобы считать каждую секунду с любимым человеком, бояться что-то упустить. Стараться проводить вместе времени как можно больше, а потом ждать, чтобы он скорее ушел…Чтобы не касался меня руками, не шептал мне о том, что любит. Уснуть получилось только под утро, мой двухчасовой сон получился таким вымученным, что голова болела, а мой внешний вид оставлял желать лучшего. Прекрасно, я не хочу быть красивой для него. Разговор будет тяжелым и некрасивым, я должна соответствовать. Я хотела этого разговора, но трусливая часть меня как никогда долго решила принимать душ. Когда
— Я думала всю ночь, Вадим. На развод подадим в июле. У Насти скоро экзамены, ей этот стресс ни к чему. Я прошу тебя эти три месяца жить с нами и делать вид, что у нас все хорошо. Как только дочь сдаст экзамены, мы им все объясним, они поймут- сказала я, не поднимая глаз на мужа.
— Черта с два ты получишь развод, Лера. Я тебе его не дам. — я чувствовала злость, которая исходила от Вадима.
— Развод все равно будет, Вадим, хочешь ты этого или нет. Услышь меня, я прошу у тебя только три месяца и спокойствия для меня и детей, не нужно их впутывать, я не хочу, чтобы нашим детям присылали фотографии на телефон. А дальше каждый идет своей дорогой, два взрослых человека, пути которых разошлись. Каждый имеет право на свою личную жизнь
— Какую еще личную жизнь, Лера? Я твоя личная жизнь. У тебя кто-то есть? Почему ты так легко говоришь о разводе? — знал бы ты любимый насколько мне «легко». Что я почувствовала, когда увидела фотографии, на которых Вадим обнимает шатенку лет 23, потом с ней же лежит в постели. Из меня как будто душу и сердце вынули, кинули в грязь и хорошо так потоптались.
— Ты не готов к разговору, зря я начала его, тебе нужно протрезветь… — я встала из-за стола и хотела вернуться в комнату дочери
— Нет уж постой- Вадим схватил меня за руку и дернул на себя
— Какую ты собралась строить личную жизнь, ммм, Лера- Вадим был в бешенстве. Я и забыла какой он безумный ревнивец. Я видела его в таком состоянии дважды. Это третий раз. Раньше бы я стала его успокаивать, делать все, чтобы он почувствовал, что мне нужен только он. Я отдала ему себя шестнадцатилетней девчонкой
— Не переживай, одна не останусь
— А я вот переживаю, представляешь? Потому что мою жену трахать могу только я. Тебя никто не коснется, Лера. Ты моя.
Вадим прижал меня к себе, руки переместились на мои ягодицы, прижал меня к своему паху
— Видишь, что делаешь со мной, ничего не изменилось
— Отпусти, Вадим, я буду кричать, отпусти меня.
— Будешь, Лера, конечно будешь, ты у меня всегда громкая, когда детей дома нет, только кричать ты будешь от удовольствия- Вадим стал осыпать поцелуями шею, груди его щетина царапала кожу, я хотела его оттолкнуть, но я слишком слаба перед ним. Я обязательно научусь жить без него, отталкивать его, обязательно научусь…