Я не умею!
Шрифт:
— Ты принят, гном, — холодно отрезала эльфийка, а за моей спиной раздался истерический громкий хохот студентов.
Глава 4
Повелитель фуртящей маны
— Пощади меня, Великий Маг! — гнусавил очередной шизанутый эльф и бился передо мной в наигранном припадке эпилепсии.
— Нет, Тераэль, ты слишком молод, чтобы умирать! Я тебя сейчас спасу! — истерично заорал второй остроухий и, схватив товарища за ногу, что есть силы поволок его за ближайший угол.
На разыгранную передо мной сцену я только заскрипел зубами и,
Как только дверь за мной закрылась, я с облегчением опустился на холодный каменный пол. Хотя бы здесь, спасибо тебе Великий Омм, у меня была возможность спрятаться от чужих насмешек.
С того злополучного вступительного экзамена в Магическую Академию прошло всего два дня, и если бы я знал, что будет так, как есть, я бы просто действительно сбежал еще по дороге сюда. Вот я дурень! Была же возможность! Почему не воспользовался? Теперь уже поздно…
Сразу же после экзамена побежал в город. Вообще не хотелось мозолить глаза своим новым сотоварищам. Там в оговоренной таверне нашел Тарру и рассказал ему всё, как есть. Он мне вроде как сочувствовал. Потом, слегка покумекав, объяснил:
— Видимо, твой батюшка нехило вложился в строительство этой Академии, если Лариэль решилась пойти на этот обман. После войны ни у кого, кроме гномов, особо финансов нет. Поэтому госпожа ректор решила потерпеть позор вроде тебя полгода, чтобы потом с чистой совестью отправить домой. Зимой ты уже наверняка не сдашь экзамен, если, конечно, Лариэль не сжалится, или твой батюшка не подарит ей всю гномью казну.
Вот тут я вообще не разделял сарказма Тарры. В смысле, подарит гномью казну? За что? За то, что над его сыном тут поиздеваются? Ну их всех в бездну!
С Таррой мы тогда договорились поддерживать раз в неделю связь. Он же передал с проходящим мимо караваном весточку домой о моём успешном поступлении в Академию. В подробности, само собой, он не углублялся. А если бы попробовал — я бы ему голову оторвал, это точно.
Сам Тарра сказал, что попробует в городских библиотеках и местных архивах поискать что-нибудь про скрижали Омма. Наказал мне делать то же самое в библиотеке Академии и среди учителей магии. Хоть кто-то что-нибудь должен знать. Я, как единственный поступивший в эту дурацкую Академию гном, вполне естественно мог интересоваться древними легендами и скрижалями бога, не вызывая при этом лишних подозрений.
Опять же, всё вроде бы на словах было проще некуда, только на деле… Вернулся тогда в Академию поздно. К моему ужасу, уже с порога меня встретили бурными аплодисментами и криками из разряда: «Да это же Повелитель бобовой маны! Бегите, спасайтесь, кто может!»
Вот остроухие, в отличие от нас гномов, вообще не умеют пить. Хотелось каждому из них треснуть чем потяжелее по макушке! Видит Великий Омм, так бы и сделал, тем более пьяный соперник — не соперник вообще, даже если их несколько. Передумал. Завтра остроухие протрезвеют. Несмотря на всю их утонченность и тягу к искусству, они те еще мстительные засранцы! Ну а мне, в моём положении, лишние враги сейчас точно ни к чему. Ну их всех! Пусть лучше площадным шутом считают, лишь бы не мешали.
Именно так я тогда и подумал и, спросив у одного из пробегающих
— Это тебе, гном! Для маны…
Вот ей-богу подумал бы, что она издевается. Так самое худшее, что нет. Искренне заботится о молодом студенте. Сплюнув под ноги с досады, взял свою порцию и отсел в стороне от шумной толпы.
На сегодня никаких уроков не было — начнутся только с завтрашнего дня. Внизу на первом этаже вместе со списками трех классов висела записка от ректора, в которой Лариэль просила сегодня всех «располагаться и знакомиться с Академией», чем шумная толпа студентов дружно и занималась.
Я, отметив без лишнего удивления своё имя в списке класса «скрытников», также постарался заняться тем же самым, чтобы с завтрашнего дня лучше ориентироваться в огромном замке. Разобрался, кстати, во всем на раз. Так-то я даже в темноте под землей ни разу не заблудился в шахте, здесь же для меня задача была из разряда детских головоломок.
Весь замок Академии Магии был строго продуман по своей планировке. На первом этаже была столовая для учеников, она же в особые праздничные дни — зал для всевозможных приёмов. Также именно на первом этаже была огромная оранжерея с выходом в сад, который размещался за Академией. В принципе, это было весьма разумно. Эльфам для обучения магии Жизни нужна привычная среда, и было бы глупо эту самую оранжерею размещать где-то далеко от сада.
На втором этаже были наши аудитории-классы для обучения. Достаточно много их здесь. Первое время я даже подумал — а зачем столько? Потом сам же себя обозвал дураком. Это в теплое время эльфы будут торчать в саду, а вот зимой мы все как миленькие будем сидеть по классам.
Наши комнаты — и моя в том числе — были уже на третьем этаже. Здесь же был настоящий хаос и самоуправство студентов. Наверное, наша эльфийская госпожа ректор просто не подумала о том, что студенты начнут меняться комнатами, галдеть и вести себя так, словно они маленькие дети, а не будущие маги Пангеи. Скорее всего, продлится эта штука не долго и в скором времени Лариэль вместе с преподавателями что-нибудь да придумают для поддержания порядка.
Сами преподаватели с ректором, кстати, располагались в многочисленных башенках Академии магии. Там же, в этих самых башенках, была достаточно сложная система расположения библиотеки, архива и прочих сподручных для обучения материалов.
Именно там с завидной регулярностью терялись нерадивые студенты. Лариэль как раз для таких «одаренных» в пространственном ориентировании и дала сутки для того, чтобы они хоть немного поняли, что и как.
На самом же деле у меня сразу мелькнула вполне интересная мыслишка. Госпожа ректор очень хотела, чтобы студенты поняли для себя, что в башенки эти просто так лишний раз соваться нельзя. Вот, мол, вам эти три этажа, где всё понятно как день. А если чего-то нужно наверху — то только с преподавателем и под присмотром.