Я (не) продаюсь
Шрифт:
Как открываю, так и застываю на пороге. Напротив с поднятой рукой, тянущейся к звонку, стоит Тигран. По инерции он всё-таки нажимает, и противное пиликанье заставляет нас обоих вздрогнуть. Взгляд чёрных глаз привычным мазком придирчиво охватывает всю мою фигуру и на пару секунд зависает на кроссовках. Невольно переступаю с ноги на ногу. Тигран возвращается к моему лицу. Кивает в сторону коридора за моей спиной.
– Пустишь?
Молча делаю шаг назад, давая ему пройти. Закрываю за гостем дверь, пока он разувается и вешает свою куртку.
– Куда собралась?-
– К маме хотела забежать,- бросаю, не смотря на мужчину. Распутываю шарф, чувствуя лопатками его тяжелый взгляд на моей спине. Каждое движение сковывает неловкость. Вроде бы и не в ссоре уже, но и не мирились...Дурацкая ситуация. Не знаю как вести себя, а Тигран, как обычно, в таких вещах не помогает.
Дождавшись, пока сниму уличную одежду Керефов проходит на кухню и открывает крайний верхний шкафчик.
– Разрешишь?
Вместо ответа включаю вытяжку и иду распахивать окно. Он достаёт пепельницу, ставит на стол.
– Кофе будешь? Но у меня только растворимый...- смотрю, как усаживается на стул и достаёт из кармана спортивной толстовки пачку сигарет и зажигалку.
– Давай,- зажимает зубами сигарету и чиркает зажигалкой.
По кухне тут же разносится едкий характерный запах. Перевожу взгляд с затягивающегося Керефова на прозрачный закипающий чайник. Щёку то и дело обжигает от обращенных на меня чёрных глаз. Бурление воды, шум, щелчок. Так громко в тишине. Наливаю кипяток и наконец ставлю перед Тиграном кружку. С Картманом. Почему я ему в свою кружку налила? Рассеянно вожу пальцем по ободку кружки передо мной, поглядывая на его руки. Во- первых, они всегда мне нравились, а , во-вторых, поднять глаза и встретиться с ним взглядом почему-то не хватает духу. Мне так хочется высказаться и в то же время совершенно нечего сказать. В тишине отчетливо слышна каждая делаемая им затяжка. Давит окурок, размазывая по пепельнице.
– Я завтра уеду. На неделю, может больше,- ровным голосом сообщает,- Постараюсь побыстрей, но пока сложно говорить. Но ко дню рождения твоей матери точно вернусь.
Только сейчас вскидываю на него глаза и тут же утопаю в тяжелом непроницаемом взгляде.
– Ты же не собирался...Куда?
– шепчу удивленно.
– Дело появилось одно...Срочное,- растягивает губы в кривой улыбке, а взгляд не меняется. Такой же пронзительный и серьёзный.
Так и подмывает спросить: это из- за меня? Сбегаешь??? Но я конечно не решаюсь.
– И куда?
– лишь повторяю.
Тигран неопределенно поводит плечами, делая глоток кофе, тянется за второй сигаретой.
– Можно же?- спрашивает, уже прикуривая.
– Да...- почему он не ответил??? Обидно вдруг так! Так!!!
– Если не успеешь на день рождения- не страшно,- бросаю холодно.
– Ещё скажи, что мне там вообще делать нечего,- хмыкает в ответ, щурясь.
– Может и нечего,- поджимаю губы в тонкую линию.
И Тигран резко перестаёт улыбаться.
* * *
Делает
– Ну...Там же тоже куча родственников будет...Баба Нюра приедет, тетя моя, ещё мамины подружки из университета. Они вместе как соберутся. Не представляешь...- поднимаю, наконец, глаза на застывшего Тиграна и слабо улыбаюсь,- Настоящий курятник! Не заткнуть, пока всем кости перемоют. Отчим их так и называет - квочкино заседание...
– Как?- хмурится Керефов, переспрашивая.
– Ну, квочки - курицы...- улыбаюсь шире.
Тигран тоже тихо хмыкает, туша сигарету. Плечи его заметно расслабляются.
– Боишься, что присоединюсь?- щурится хитро.
Перехватывает мою ладонь и тянет к себе, заставляя встать.
Послушно поднимаюсь, огибаю угол стола, застываю между его широко расставленных ног. Сильные мужские руки тянут меня ближе. Пока его лицо не зарывается в мой свитер, а мои бедра не прижимаются к его животу.
– Боюсь, что...- черная макушка перед моими глазами.
Вижу парочку седых едва заметных нитей. И мне почему- то это таким до боли милым кажется, что сердце в груди наизнанку выворачивается. В нос забивается его личный запах, перемешанный с парфюмом и шампунем. Запускаю пальцы в густую шевелюру, рассеяно провожу ногтями по коже головы. Тихий влажный выдох мне в грудь.
– Да ты ведь знаешь, чего я боюсь,- продолжаю хрипло, чувствуя как ладони Тиграна медленно ползут вниз по моей спине, приближаясь к ягодицам,- Маме я, конечно, всё рассказала, но вот опять быть гвоздём программы мне как-то совсем не хочется. У бабы Нюры натуральная деменция. Через каждые пять минут будет бормотать: " а когда свадьба", " хочу правнуков перед могилой помучить", "а, что, все теперь чернявенькими будут?".
Тигран тихо ржёт. Отчего вибрация расходится волной по всему моему телу.
– А Наталья Николаевна, крёстная моя, это же настоящий адмирал в юбке...Начнёт тоже там...- жалуюсь дальше,- Не хочу я всё это выслушивать, ещё и при тебе...Давай, как приедешь - просто к маме на ужин сходим, если хочешь, и всё? Хватит с меня официальных знакомств. Тем более, что...
Тут я замолкаю, не договорив, потому что боюсь сболтнуть лишнее.
– Что " тем более"?- Тигран чуть отстраняется и поднимает на меня свои чёрные бездонные глаза.
Отвожу взгляд, но он меня легонько встряхивает, заставляя продолжить.
– Тем более...- сдаюсь, голос нервно дрожит, почти на шепот перехожу,- Ну а смысл какой? Зачем это всё? Понимаешь?
– Есть смысл,- обрывает меня Керефов,- Всё, не дури. Соскучился по тебе, Татлим...
Горячие ладони сминают ягодицы, обжигая даже сквозь плотную ткань джинс. Чёрные глаза, сверлящие меня снизу вверх, заволакивает чувственной дымкой.
– Мириться будем или как?- криво улыбается Тигран и чуть тянет мои джинсы вверх так, что шов чувствительно врезается в промежность.