Я не нарочно
Шрифт:
– Нет, хотела с тобой поговорить. Вообще, мне показалось, что у нее дело какое-то важное к тебе…
«Важное дело, как бы не так! Блин, да я для них никто и зовут меня никак! Я уже имела одну встречу. Замечательно все обсудила с двумя придурками в «Золотом апельсине», и на сегодня с меня сюрпризов хватит!» – злилась Тополян, наматывая на руку поводок.
Шоша, обезумев от счастья, восторженно носилась по двору и, таская за собой свою хозяйку, поминутно останавливалась под каждым деревом.
– Пошли, пошли, глупая собака, нам
В «Товарах для животных» сегодня было оживленнее, чем вчера, вероятно по причине субботнего дня. Светлана, подхватив Шошу на руки, чтобы ее не затоптали покупатели, протиснулась к прилавку. Девушка, заметив ее, приветливо заулыбалась.
– Ну что, понравился корм? – спросила она больше у Шоши, чем у ее хозяйки, и погладила щенка по светло-рыжей голове.
– Да, все классно! Вот, возьмите, я принесла деньги! – Тополян протянула продавщице тридцать рублей. – Спасибо, что вы мне поверили!
– Да ладно, пустяки… Люди должны доверять друг другу. Как же иначе? – пожала плечами девушка.
– Ну да… Наверно, должны, – чуть помедлив, кивнула Тополян.
Она вдруг вспомнила, как много нового она о себе узнала неделю назад, когда, никем не замеченная, стояла в дверях своего класса!
И послезавтра, уже послезавтра, ей предстоит снова открыть эту злосчастную дверь. И каждый доморощенный фигляр будет с удовольствием тыкать в нее пальцем и упражняться в своем, как он считает, неподражаемом остроумии…
7
Телефонный звонок раздался вечером, после ужина, когда Светлана закрылась в своей комнате вместе с Шошей, а Анна Антоновна устроилась в кресле перед телевизором. Начинался ее любимый сериал «Не родись красивой».
– Доченька, это тебя, та девочка, Катя… – постучалась к Светлане мама.
Тополян поморщилась от досады. Какая она все-таки назойливая, эта Каркуша! Тут и так одно желание осталось – забиться куда-нибудь в норку, как мышка, чтоб не видеть и не слышать никого, а она… Нехотя Светлана сползла с дивана и, выйдя в коридор, взяла трубку.
– Слушаю, – вяло буркнула она, давая понять собеседнице, что не горит желанием ни с кем общаться.
– Света, это Катя, Катя Андреева, – раздался в трубке звонкий, напористый голос Каркуши. – Света, у меня к тебе есть отличное предложение! Ты только выслушай спокойно, не вешай трубку, хорошо? Я, кажется, придумала, как тебе помочь. По-моему, это классный вариант, просто то, что нужно!
– А тебе-то что за печаль? Откуда тебе известно, что мне нужно? И как именно ты собираешься мне помогать? Домашние задания на дом носить станешь или, может, купишь мне готовый аттестат, чтобы я не мозолила вам глаза и не портила радужную картину всеобщей порядочности? – моментально ощетинилась Тополян. – Так мне и самой…
– Да подожди
– Слышь, Каркуша, я что-то не догоняю, ты-то чего паришься, а? Тебе какой навар? – криво усмехнулась Светлана.
– Ну что ты заладила: «навар», «печаль»? – огорчилась Каркуша. – Нет никакого навара. Я просто тебе хочу конкретно, совершенно реально помочь выпутаться из этой истории. Вот и весь навар!
Тополян примолкла. Вообще Каркуша ей нравилась. Энергия из нее била ключом, она постоянно что-то придумывала, участвовала во всем, в чем можно было участвовать. Ее активность казалась чуть медлительной Тополян просто беспредельной. И уж если она действительно почему-то решила протянуть Светлане руку помощи, то наверняка у нее есть определенный план. Зная Каркушу, в этом можно было не сомневаться.
Секунду подумав, Тополян устало махнула рукой:
– Ладно, считай, ты меня заинтриговала. Хотя я даже вообразить себе не могу…
– А ты и не пытайся, все равно без толку. – По Катиному голосу Тополян поняла, что та улыбается. – Короче, я жду тебя через пятнадцать минут у музыкального салона, который прямо около метро. Поняла где, да?
– Да поняла я, поняла. Сейчас, только оденусь, – задумчиво протянула Тополян и отключилась.
Шоша, увидев, что Светлана надевает свою белоснежную меховую курточку и кожаные сапожки на тонкой шпильке, мгновенно спрыгнула с дивана и, усердно виляя хвостом, стала кругами носиться вокруг девушки.
– Нет, Шоша, я тебя не возьму, на улице темно и страшно, и я по делу иду. Ясно тебе, бестолковая собака? – Светлана схватила щенка на руки, чмокнула на прощанье в черный холодный нос и выскочила за дверь.
Двор действительно оказался темным, но улицы были ярко освещены фонарями и всевозможными рекламными вывесками. Неспешно дойдя до метро, Тополян издали увидела Каркушу. Та возбужденно прохаживалась перед стеклянными дверями музыкального салона, засунув руки в карманы теплого пуховика.
К вечеру сильно похолодало и даже начал срываться мелкий снежок.
– Пошли быстрей, а то я уже замерзла. – Катя схватила Тополян под руку и потащила к небольшому кафе, расположенному в подвальном помещении жилой девятиэтажки. Двери заведения все еще были гостеприимно распахнуты.
Девушки взяли по стакану апельсинового сока и устроились за столиком в углу маленького, но очень уютного и чистенького зала.
– Значит, так, – сразу взяла быка за рога Каркуша, – ты, вероятно, в курсе, что я сотрудничаю с некоторыми молодежными изданиями, в том числе и с журналом «Клево!». И у меня иногда берут интервью для читателей. Я говорю об этом не для того, чтобы похвастаться, – подчеркнула Каркуша, строго нахмурив брови, – а потому, что в этом вся фишка!