Я, Менгск
Шрифт:
– У него так много денег?
– Если верить слухам, думаю, он станет богатым весьма скоро.
– Хорошо, – объявил Валериан, – Я тоже хочу быть богатым.
– Ты знаешь Валериан, – улыбнулся Айлин, – мы и так не бедствуем.
– Я знаю, но я хочу найти пришельцев, когда вырасту! А для этого мне нужно будет много денег, ведь правда?
– Подозреваю, что ты сможешь сделать это, – засмеялся Айлин, – Тебе понадобится флот, лучшие археологи... в принципе их можно нанять за большие деньги... и всевозможный инструмент.
– Ну, археологи мне не нужны. Я
– Неужели?
– Конечно, – сказал Валериан, – Если кто-то найдет пришельцев, то я не хочу, чтобы это был кто-то кроме меня. Иначе, какая мне с этого радость?
– Мне кажется ты прав, я как-то не подумал об этом, – сказал Айлин. Гордость и любовь наполнили его сердце при виде взволнованного лица Валериана, – А теперь давай спать, Вал. Завтра у тебя великий день.
– Да... – ответил мальчик, укутываясь в одеяло с довольной улыбкой, и закрывая глаза. – Я завтра встречусь с моим папой.
Айлин Пастер поднялся с кровати и выключил свет. Он вышел из комнаты внука и закрыл за собой дверь.
– Да, – сказал он вслух, – Ты встретишься со своим отцом. Надеюсь, он оправдает твои ожидания.
* * *
Он стал отцом?..
Арктур всё ещё не мог до конца поверить в это.
Он – отец?!
"– Как?" – был первый вопрос, готовый сорваться с его губ, но который он сразу же отбросил, – "А как, думаешь, это случилось, идиот?"
Он хотел что-нибудь сказать, но не находил слов. Он хотел бы всё отрицать, но один лишь взгляд на лицо мальчика отмел все сомнения. Каждая черточка лица принадлежала породе Менгска, и аналитический склад ума Арктура не мог не отметить, что парень действительно красив, и вобрал в себя все самое лучшее, что могли предложить гены его родителей.
Едва Айлин увел мальчика, как Жюлиана начала что-то говорить.
Арктур не слышал ее.
Его голова была наполнена беззвучным шумом миллионов вопросов, он ощущал бешеный ток крови во всём теле. Потрескивание огня было похоже на рев адского пламени, и он чувствовал, как воздух из его легких рашпилем пройдя по горлу с хрипом вырывается изо рта.
Жюлиана поднялась из кресла со страдальческим выражением лица и прошла через комнату, протягивая к нему руки. Не раздумывая, он обнял ее. Она положила голову ему на плечо и начала быстро шептать что-то, что он не мог понять.
Так он простоял несколько секунд, прежде чем осознание реального положения дел нахлынуло на него волной гнева и предательства. Арктур схватил Жюлиану за руки и оттолкнул ее, словно та была чумная.
– У меня есть сын? – спросил он, делая шаг назад.
– Да, – сказала Жюлиана, широко улыбаясь, – У тебя есть замечательный сын. Его зовут Валериан.
– Хорошее имя, – сказал Арктур, – Сильное.
Жюлиана кивнула.
– Я знала, что оно тебе понравится. Оно ему подходит.
Арктур был доволен именем, но у него были более неотложные проблемы, требующие решения.
– Какого черта ты не сказала мне?! – заорал он, – Ты прятала его от меня все эти годы? Почему,
Она отшатнулась от его гнева, и он увидел страх в ее глазах. Раньше своё поведение он посчитал бы отвратительным, но сейчас он наслаждался им, желая сделать ей больно за обиду, нанесённую этой тайной. И какой тайной...
– Ответь мне, черт возьми! – рявкнул Арктур, когда она отвернулась от него и подошла к камину. Она провела рукой по каминной полке и кашлянула в платок, прежде чем повернуться к нему.
– Я думала, ты обрадуешься, – ответила она.
– Обрадуюсь? Что ты лгала мне и утаивала то, что у меня… что у нас есть ребенок? Чего, черт возьми, ты ждала? Что я обрадуюсь этому? Что я буду счастлив узнать, что я отец, в тот момент, когда моя жизнь начала идти так, как я всегда мечтал?
– Именно поэтому я не могла тебе ничего рассказать до сих пор! – воскликнула Жюлиана, – Все эти твои великие планы и мечты, о которых ты рассказывал мне… я знала, что не должна мешать тебе, пока ты не исполнишь их. Я знала, что ты вступил в десантные войска назло отцу, и я не могла тебе сказать о Валериане, пока ты участвовал в Войнах Гильдий.
– Но почему? – спросил Арктур, обнаруживая поднос с напитками на буфете и наливая себе изрядную дозу чего-то янтарного и едкого.
– Знание того, что у тебя есть сын, сделало бы твою жизнь только труднее.
Арктур взял стакан крепкого ликера.
– О чём это ты?
– Я не хотела, чтобы ты думал о чем-то еще, кроме выживания, Арктур. Я не хотела сделать что-нибудь, что отвлекло бы тебя и убило. Но сейчас ты уже не в армии, и я попросила отца разузнать, как у тебя дела.
Арктур налил себе в другой стакан ликера, и сделав внушительный глоток решил, что это какой-то сорт бренди. Он надеялся, что оно старое и дорогое.
– Если ты интересовалась моими делами, то ты знаешь, что мы только что наткнулись на самое большое месторождение минералов, о котором я когда-либо слышал. Моя команда работает так, как мы договаривались, и я должен быть с ними. Я нахожусь в шаге от того, о чём давно мечтал, а ты заставляешь меня отказаться от всего этого. Отлично, я бесконечно благодарен тебе за это, Жюлиана. Твой выбор подходящего времени весьма изыскан!
Её глаза зло сверкнули.
– А ты не думал, что у меня тоже есть мечты, Арктур? Помнишь, я только приступила к работе помощницей в той юридической фирме? Я неплохо показала себя и могла бы сделать отличную карьеру там, если бы не забеременела.
– Видно не особо перспективная контора, раз они уволили тебя из-за этого, – съязвил Арктур, – Тебе нужно было подать на них в суд.
– Спасибо за совет, но они меня не увольняли, – огрызнулась Жюлиана, – Они хотели, чтобы я после рождения Валериана вернулась, но я решила посвятить себя нашему сыну.
– Очень похвально, – сказал Арктур, наливая выпивку в третий раз. Он уже чувствовал, что вспышки гнева не приносят должного эффекта в своей очевидности.
– Валериан очень похож на тебя, Арктур. Он яркий, обаятельный и крайне целеустремлённый. Ты полюбишь его, я знаю.