Я, Менгск
Шрифт:
– Полагаю, это зависит от того, почему он наставляет на тебя ствол, – сказал Арктур.
– Нарушаешь порядок, а, Менгск? – раздался голос позади Арктура, и юноша сразу узнал надменный тон директора Стигмана.
– Вовсе нет, сэр, – ответил Артур, поворачиваясь на каблуках. – Просто пытаюсь узнать, что меня может ожидать.
– Ограничения военной службы пойдут тебе только на пользу, Менгск, – сказал Стигман. – Выбьют из тебя всю наглость. Чуток воинских порядков дисциплинирует тебя очень быстро.
– Не думал, что меня нужно дисциплинировать,
Стигман нагнулся поближе, и Арктур еле сдержался, чтобы закашляться от сильного, неприятного запаха крема после бритья директора.
– Я хорошо знаю таких, как ты, Менгск, – прошипел Стигман. – Будь моя воля, я бы всех вас отправил на службу. Именно военная подготовка превращает мальчика в мужчину.
Директор не успел развить тему, так как на него упала чья-то тень. Арктур поднял глаза и увидел Ангелину Эмилиан. Вблизи она впечатляла еще больше – огромный бронескафандр делал ее чуть ли не на метр выше Арктура, который, в свою очередь, сам был достаточно высок.
Над Стигманом девушка возвышалась словно башня.
– А в какой части вы служили, директор Стигман? – поинтересовалась она.
– Прошу прощения?
Капитан Эмилиан приятно улыбнулась, обнажая идеальные зубы в идеальной улыбке.
– Я просто спросила, в какой части вы служили. Срочную службу, в каких войсках?
– Я… эм… не служил, – замялся Стигман. – То есть, как бы это сказать… я не мог.
Арктур прикусил губу, чтобы не рассмеяться над неудобным положением Стигмана, и старался не отрывать взгляд от пола. Когда он поднял глаза, то увидел уставившегося на него директора с пылающим от смущения лицом.
– Могу я наедине поговорить с господином Менгск, – спросила Эмилиан. Стигман резко кивнул и едва ли не бросился прочь от капитана.
– Кажется, я вас люблю, – сказал Арктур, широко улыбаясь.
– Не ты первый, – ответила капитан Эмилиан.
Арктур проследил за удаляющимся директором Стигманом и сказал:
– Он всегда утверждал, что служил, но я всегда подозревал, что он лжет.
– Честно говоря, он подавал заявление на вступление в Колониальный Флот, но провалил вступительные экзамены и не смог пройти медосмотр. Но, между нами скажу, что медосмотр для флота – плевое дело.
– Спасибо, что избавили меня от его общества, капитан, – сказал Арктур.
– Мистер Менгск? – позвала Эмилиан, когда он уже повернулся, чтобы уйти.
– Да?
– Я спасла вас от внимания директора не по доброте душевной. Я действительно хочу с вами поговорить.
– Да? Ну, говорите, – сказал Арктур, довольный тем, что капитан выделила его среди остальных. Он видел, как сокурсники с завистью следят за ним, и наслаждался уделяемым ему вниманием.
– Спасибо, сержант Девлин, – обратилась Эмилиан к солдату-вербовщику, все еще стоявшему по стойке «смирно» за спиной Арктура. – На этом все.
Сержант козырнул.
– Есть, мэм.
Тут капитан Эмилиан быстрыми шагами начала удаляться, сложив руки за спиной,
– А у вас все вербовщики ресоциализированные? – спросил Арктур.
– В основном, да, – ответила Эмилиан. – Они, конечно, не прирожденные ораторы, но зато отлично справляются с ответами на вопросы студентов.
– И что же он сделал? – спросил Арктур. – Сержант Девлин, что он сделал?
– Я не знаю, – ответила Эмилиан. – Эти архивы недоступны. Раз уж ты десантник, ресоциализированный или нет, твое прошлое не имеет никакого значения. Ты десантник, – просто и ясно.
– Все так уравнительно, но я думаю, это не совсем так.
– Да, не совсем. Но неужели лучше знать, что он зарезал всю свою семью разделочным ножом и мириться с этим? Или, может, ему доставляло удовольствие приставать к маленьким мальчикам в парке.
– Я понял вас, – сказал Арктур, оглядываясь на мягкое и доброжелательное лицо сержанта Девлина и представляя его искаженным от гнева, с окровавленным ножом в руке.
– Избранные, гордые, психически неуравновешенные,– сказал Арктур.
– Ты пытаешься смеяться над нами, но ничего не выйдет, Арктур, – сказала Эмилиан, улыбаясь.
– А почему нет?
– Потому что я уже знаю, что ты подумываешь над тем, чтобы присоединиться к нам.
– Я? – спросил Арктур. – А как вы можете это знать?
– Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь. Я видела результаты твоих тестов и читала твою психологическую характеристику. Знаю, что ты обладаешь сильными лидерскими качествами и уверен в себе, благодаря чему люди хотят следовать за тобой. Знаю о твоей проблеме с авторитетными людьми, которых ты считаешь ниже себя, и что твой IQ достигает уровня гения.
– Эти файлы закрыты для посторонних, – сказал Арктур, раздраженный больше ее совершенно верной оценкой его личности, нежели вторжением в личную жизнь. Ему не нравилось, когда кто-то мог его прочесть, как открытую книгу.
– Да, закрыты, но директор Стигман предоставил нам информацию о выпускниках перед нашим сегодняшним визитом. Так гораздо легче подобрать подходящих кандидатов.
– А разве это не противоречит закону?
– Несомненно противоречит.
Арктур удивился такому легкому признанию Эмилиан и улыбнулся, поняв, почему она себе это позволила.
– Вы хотите, чтобы я почувствовал себя свободно, так как делитесь со мной секретом, – сказал он. – Если вы просчитали мой психологический профиль, то думаете, что я буду вам больше доверять, если подумаю, что вы со мной откровенны, и импонируете моим бунтарским задаткам.
Капитан Эмилиан кивнула.
– Очень хорошо. Ну и как, работает?
– Немного, – согласился Арктур, наслаждаясь этими обоюдными откровениями с привлекательной воительницей.
– Так скажи мне, Арктур, – обратилась к нему Эмилиан, наклоняясь над одним из столов, взяв целую кипу разных флаеров. – Чем ты хочешь заняться после окончания академии?