Я — Люцифер
Шрифт:
— Я тоже надеюсь, — усмехнулся Вилли. Он повеселел. — Фрейзер вообще-то молодец. Он здорово прикидывается послушным простачком.
Пятнадцать минут спустя, когда Таррант и Вилли уже сидели в баре, появился распорядитель и что-то прошептал Тарранту.
— Он здесь, — сообщил тот Вилли.
Они встали и прошли в холл. По дороге Таррант забрал свой зонтик и шляпу. В холле на краешке стула сидел Фрейзер. Он был в черном пиджаке, полосатых брюках. На коленях он держал котелок и крепко прижимал к себе тонкий портфель. Фрейзер нервно щурился через очки, глядя на приближавшихся Тарранта и Вилли.
— Надеюсь, не помешал вам, сэр Джеральд, — сказал он, порывисто вставая
— Все в порядке, Фрейзер, — добродушно отозвался Таррант, следя, как на лице Фрейзера выражение смущения уступает место смиренному облегчению. — Сейчас мы поедем в офис, и я все внимательно изучу. Я должен завтра докладывать министру.
У самых дверей клуба стоял черный «бентли» Джека Фрейзера. Вилли и Таррант устроились сзади, Фрейзер сел за руль, и они поехали. Тотчас же сзади негодующе загудела машина.
— Не волнуйтесь, — сказал Таррант Вилли. — У Фрейзера избирательная система вождения.
— Правда?
— Да. Вы сосредоточиваетесь только на светофорах и полицейских, а все остальное не имеет значения. В том числе Другие машины и пешеходы. Это порой страшновато, но зато приносит свои плоды. Особенно если слепо довериться водителю и выкинуть из головы все сомнения насчет исхода поездки.
— Сэр Джеральд издевается надо мной, Гарвин, — сказал Фрейзер, усмехнувшись. Он подрезал таксиста и свернул на Пиккадилли. «Бентли» ехал не очень быстро, но с непреклонной величественностью.
— А они ведь все от него разбегаются, — заметил Вилли. — Как курицы от велосипедиста.
— Очень правильно делают, — отозвался Таррант. — Сейчас мы едем на квартиру к мисс Блейз, Фрейзер. Как все сегодня у вас сработало?
— Полагаю, вы найдете все, что вас интересовало, сэр Джеральд, — почтительно отозвался Фрейзер.
— Вы чертовски быстро провернули операцию, Джек.
Обращение по имени подействовало магически. Фрейзер отбросил свою раболепную маску и презрительно покривился.
— Да уж, после этого вы можете всерьез потрясти весь отдел Боултера.
— Тяжелый случай?
Фрейзер угрюмо кивнул.
— У них ведь на третьем этаже фотоагентство для прикрытия. А вся работа идет на четвертом. Причем из сотрудников никто не дежурит по вечерам. Они, видите ли, не так устроены. В общем, я пришел в агентство, выбрал какие-то там фото, потом вышел и поднялся этажом выше. Там есть еще короткий пролет — ведет на крышу, но дверь опечатана. Поэтому я решил просто посидеть и подождать. Часа через два они все пошли по домам.
— Кроме ночных сторожей?
— Сторожа. В единственном числе. Да, кроме него. Я думал, что, когда он меня обнаружит, я покажу ему свой пропуск и велю позвонить к нам в контору. Я договорился с Бондом, что он подтвердит мою личность и задержит его разговорами на десять минут. Я надеялся, что мне этого хватит. Я знал, где у них досье, и мне хорошо известна система Боултера.
— Ну, и что же?
— А то, что он вообще меня не заметил. Кретин даже не удосужился пройти по этому последнему пролету. У меня просто руки чесались свернуть ему шею. Короче, он закрыл помещение и пошел на третий этаж. В агентстве много фотографий с девочками, и ему, видать, нравится смотреть на сиськи. Короче, мне была предоставлена полная свобода. А я и рад стараться. Отключил сигнализацию, пять минут повозился с замком, вошел, нашел то, что хотел, пощелкал камерой, тихо спустился вниз, включил сигнализацию на выходе и удалился. Потом прямиком к нам и до самого последнего времени проявлял и увеличивал снимки. Господи, мой двенадцатилетний племянник, сестрин сынок,
Вилли сотрясался от беззвучного смеха.
— Ничего смешного, — строго заметил Таррант. — У нас и без того хлопот полон рот, а тут еще проблемы с безопасностью в отделе безопасности.
— Виноват, просто я подумал, что всюду одна и та же история, сэр Джи, — отозвался Вилли. — Мы всегда ставили на это в прежние времена, и очень даже удачно.
— Стивили? Как?
— Отделы безопасности тратят все силы на то, чтобы следить за другими людьми, а вот навести у себя порядок забывают. Как давно вы последний раз проверяли ваших собственных охранников или меняли замки на шкафах с документами?
Наступила тяжкая пауза. Фрейзер пропустил вперед такси — верный признак, что ему сильно не по себе.
— Да, — наконец сказал Таррант. — Займитесь этим, Джек.
Тот кивнул, и «бентли» подъехал к высокому дому с пентхаузом и с видом на парк.
Глава 8
Был второй час ночи. Модести передала последний снимок Вилли. Окна на широкую террасу были раскрыты, но это не помогало от духоты. Стояли те самые жаркие летние дни, которых англичане, в принципе, всегда ждут, но, когда они настают, их встречают охами и ахами. Модести встала и, закрыв окна, включила кондиционер. На ней были серебристо-серые брюки и клетчатая рубашка.
На маленьких столиках стояли пустые стаканы и кофейные чашки. Таррант уже все прочитал и теперь, откинувшись на подушки честерфилда, задумчиво затягивался сигарой. Фрейзер попросил разрешения снять пиджак и теперь хмуро разгуливал по комнате.
Вилли закончил изучение документов и тоже откинулся на спинку своего кресла. Модести подошла к нему, присела на ручку и спросила:
— Кто хочет сказать?
Мужчины переглянулись, и после короткой паузы отозвался Таррант:
— Давайте я начну. Может, вы со мной не согласитесь, но все это чистой воды абсурд! Вы уж меня простите. Восемнадцать месяцев назад на имя премьер-министра пришло письмо. Оно не двинулось дальше второго или третьего секретаря, поскольку писал явный псих. В нем сообщалось, что трое — государственный чиновник, банкир и член парламента — в течение шести месяцев умрут, если за каждого не будет внесен выкуп в размере шестидесяти тысяч фунтов способом, о котором будет сообщено впоследствии. Банкир получил такое уведомление лично, поскольку писавший полагал его способным выложить деньги из собственного кармана. Готовность заплатить должна была выразиться путем публикации в «Тайме» особого текста в колонке объявлений. После этого банкир должен был получить дальнейшие инструкции. — Таррант сбил пепел с кончика сигары и заговорил снова: — Теперь нам известен способ выплаты, хотя он отличается нестандартностью. Но об этом, если вы не возражаете, поговорим отдельно. — Он посмотрел на собеседников, которые согласно закивали. — Отлично. К письму прилагался список из двадцати человек в разных странах мира, которым также угрожала смерть, если они не заплатят выкуп.
— Причем многие не имели отношения к власть предержащим, — вставил Вилли. — Они просто богачи.
— Да. Причем имеет смысл принять во внимание, что среди представителей государственных учреждений больших стран не было весьма высокопоставленных лиц. С другой стороны, в менее стабильных и менее мощных странах назывались более влиятельные фигуры. Заслуживает внимания тот факт, что никто из включенных в список и не подумал платить и не вступал в переговоры с авторами послании, и в течение указанного срока все они умерли.