Я – Луна!
Шрифт:
Грег прислушался к себе, ожидая поддержки от своего зверя, но, на удивление, волк не выразил ярого протеста. Ему было любопытно, что будет, если отметить малышку своей. Животное не понимало, что тем самым может связать себя на несколько лет. Хотя Грег был уверен, стоит ему встретить свою истинную пару, как сила метки потеряет свои свойства.
Мужчина снова посмотрел на девочку, обдумывая, как это повлияет на нее. Ребенок еще рос, а значит, гормонально изменялся. Возможно, этот укус исчезнет, когда малышка пройдет переходный возраст, таким образом сейчас он выполнит условия этого сумасшедшего,
– Ей будет очень больно, – предупредил Грег, ожидая реакции мужчины.
– Ничего, Линнет выносливый ребенок.
– Линнет…
Зверю понравился звук имени девочки. Он заставил Грега протянуть к ней руку и погладить по голове. Малышка снова посмотрела на него, заставляя удивиться силе ее взгляда. Мужчина даже словил себя на мысли, что хотел бы посмотреть, какая из нее вырастет личность.
– Альфа?
Грег вздрогнул от того, как волк внутри него сложил лапы, превращаясь в безобидного зверька из-за ее обращения к нему. Дети всегда вызывали у оборотней умиление, но мужчина понял, что эта малышка особенно трогала его зверя. Было в ней что-то манящее. Все же Грег особо не придал этому значения, списывая все на детскую харизму.
– Да, Линн?
– Я буду плакать из-за этого? – дрожащим голосом поинтересовалась малышка, разрывая его сердце.
– Да. Не хочу тебе врать. Это неприятно.
– Но после этого ты будешь моим принцем?
– Линнет! Альфа не может стать принцем! Он – волк! – строго отдернул дочку Гаррисон.
– Тогда ты будешь моей собачкой?
Грег хотел было обидеться, но губы помимо воли сложились в улыбку:
– Я – оборотень! Если я укушу тебя, то стану твоим защитником, но не собачкой! Никогда не оскорбляй наш гордый народ таким предположением.
– Хорошо, – девочка покорно кивнула и сложила губки бантиком.
– Так ты согласен на мое условие? – с вызовом спросил Гаррисон.
Волк внутри отгрызнулся из-за такого откровенного давления на него. Доминантный самец не привык, чтобы ему указывали, что делать, но человеческая часть понимала, что его загнали в угол, и в этом виновата собственная глупость.
– Да, – с трудом выплюнул Грег. – А ты готов к тому, что твоему ребенку будет больно?
– Она выдержит.
Оборотень скривился, презирая мужчину за его противоестественное требование. Он только взмолился, чтобы малышка выдержала такое испытание, а после забыла об этом, как о страшном сне. Грег знал, что такой укус недостаточно глубокий, чтобы вызвать ликантропию, но риск существовал.
– Если она не моя истинная пара, я могу заразить ее, – предупредил он.
– Чтобы это произошло, ты должен практически загрызть жертву, чтобы ее сердце остановилось. Я прошу только парную метку, – показал свою осведомленность Гаррисон, из-за чего собеседник впился в него злым взглядом:
– Тебе совсем не жаль собственного ребенка?
– Я делаю этого для ее блага, – произнес мужчина.
Вдруг он закашлялся и быстро отвернул лицо, закрывая рот платком. Линнет тут же вцепилась отцу в ногу, смотря на родителя с недетским беспокойством. Гаррисон вытер рот, спрятав испачканную ткань в карман. Едкий запах крови ударил Грегу в нос, от чего он скривился. Мужчине осталось
– Метка не означает, что я буду о ней заботиться.
– И не нужно. Я успею пристроить Линнет в нужном месте, но когда твои собратья выйдут на нее, тебе придется взять ее под свою защиту.
Грег промолчал, признавая правоту мужчины. Что бы не произошло в будущем, если он согласится, то навсегда привяжет малышку к себе. Конечно, не так, как надеется ее отец, но все же запах зверя смешается с ароматом девушки, и любой оборотень учует, что она отмечена другим.
– Линнет, подойди ко мне.
Он опустился на колени, протягивая руку к девочке. Несмотря на нотки страха, которые исходили от нее, она уверено шагнула к мужчине. Такая смелость восхитила волка. Она производила какое-то странное влияние на его животную часть. Грегу казалось, что зверь практически виляет хвостом от радости.
«Просто дети такие чистые и невинные. Их энергетика завораживает хищника, – решил мужчина».
– Я хочу, чтобы ты наклонила голову в сторону и открыла мне свою шею.
– Это больно? – хрипло поинтересовалась малышка.
– Обещаю, похоже на укус комарика, – соврал альфа.
Детский страх разрывал оборотню душу. Он хотел успокоить Линнет, которая стала заложницей безумных идей отца. Ненормальный скоро помрет, а ему, Грегу, жить с этим грузом на совести. Ребенок не должен проходит через такое испытание. В любом случае оно полностью изменит ее жизнь и оставит на душе яркий след. Все, что оставалось мужчине, это постараться успокоить девочку перед роковым укусом.
– Просто закрой глазки и подумай о чем-то приятном. Что тебе нравится больше всего?
– Мелодрамы!
Грег удивлено посмотрел на юную собеседницу:
– Тебе нравятся истории о любви?
– Нет, – подтверждая свой ответ, она энергично замотала головой. – Мне нравится смотреть, как влюбленные ведут себя!
– И как же?
– Глупо, – изрекла девочка. – Они превращаются в настоящих идиотов. Я решила, что никогда такой не стану.
– Хорошо, Линнет. Тогда закрой глазки и вспомни один из лучших сериалов, твою самую любимую сцену в нем.
Она послушно выполнил просьбу мужчины, что позволило Грегу частично превратиться. Черты его лица заострились, а глаза потеряли человеческий вид, становясь похожими на звериные. Широко раскрыв рот, он продемонстрировал выросшие клыки. Острые, способные загрызть противника на смерть. Когтем оборотень аккуратно отодвинул воротник платья Линнет, открывая себе доступ к хрупкой шее.
Наклонившись, он лизнул будущее место укуса, из-за чего девочка захихикала:
– Щекотно.
Подняв голову, волк бросил взгляд на ее отца, но выражение лица мужчины было непоколебимым. Он кивнул оборотню, призывая выполнить выдвинутое требование. Грег ощутил волну ярости из-за этого беспринципного родителя. Он не понимал, как можно было подвергнуть своего детеныша такому испытанию в угоду своим сумасшедшим идеям. Однако он не мог рискнуть своим положением и отказать. Необходимо выполнить условие сделки, чтобы навсегда избавиться от этих людей. Приняв непростое решение, он накрыл предплечье малышки своим ртом, резко прокалывая кожу клыками.