Я их вижу

Окишева Вера Павловна

– Ваше сиятельство, – встал с дивана Димиан, чувствуя, что происходит что-то тревожное, – так вы знаете вторую жертву?

– Что? – испуганно спросила девушка, резко обернувшись к комиссару.

– Вы назвали фамилию второй жертвы, я вам её не называл.

– Да подождите вы. Жнец смерти думает.

– Кто? – не понял комиссар, оглядывая пустой проём входной двери, пытаясь угадать, куда смотрит графиня.

– Жнец смерти, неуч, – проворчал граф, недовольно глядя на мага, следя за тем, чтобы тот близко не подходил к его наследнице. И уж тем более не прикасался, а то опять Тати потеряет способность

медиума.

Проводник душ обернулся к девушке, потом взглянул на комиссара и вновь обратил свой взор на графиню.

– Ты не станешь общаться с ней лично. Пусть маг сам общается с призраком.

– Конечно-конечно, он сам с ней будет общаться.

– Я прослежу лично, – заверил жнеца призрак графа.

– Я сам лично прослежу, – холодно отозвался тот, заходя внутрь замка, а за ним, словно привязанный на ниточке, влетел призрак женщины. Тати улыбнулась, отступая в сторону, чтобы не мешать жнецу. Прикрыв входную дверь, девушка подарила подбадривающую улыбку комиссару.

– Вы сейчас сможете допросить свою жертву, – обрадовала она Димиана.

Тот хмурился, опасливо оглядываясь. Повеяло могильным холодом, словно он находился не в замке с трещащим горящими поленьями камином, а в здании городского морга.

– Она не моя жертва! – возмутился мужчина, невольно отступая перед жнецом, которого не видел. – И как же я это сделаю? – удивился комиссар, несколько растеряв свою уверенность. – Я сыскарь, у меня не тот профиль, чтобы допрашивать призраков.

Да и тело же в морге. Он не раз видел, как некроманты проводят допрос трупов, призывая душу. Тело без души говорить не может, а вот душа без тела? Вероятно да, но только с медиумами.

– Для начала пусть снимет с себя все амулеты, – мстительно шепнул граф, коварно ухмыляясь.

Тати передала слова графа, а комиссар не сразу решился на такой воистину опрометчивый поступок. Защита нужна именно для того чтобы защищать. Хоть ир Аким и не боялся предстать перед призраками без амулетов. В конце концов, он не слабый маг, которого легко поймать потусторонним сущностям, вот только все инстинкты кричали о смертельной опасности. Что-то незримое, но ужасное находилось рядом на диване или возле него, словно чёрная воронка портала в мир иной. Лишь спокойствие графини подталкивало мужчину подчиниться. Ему нужно раскрыть преступление. Именно ради этого он сам пришёл в этот замок, о котором в городе ходят противоречивые, но все как один страшные слухи. Некоторые утверждали, что графиня и не медиум вовсе, а сама призрак.

– А почему граф сам не может допросить ир Ясную, а потом вы бы передали мне её слова? – кладя свои амулеты на столик рядом с которым стоял, спросил комиссар у графини.

Жнец чуть приподнял брови в намёке на усмешку, граф закатил глаза и промолчал. А Тати от удивления даже присела на диван, сложив руки на коленях.

– А вы что, совсем ничего не знаете о призраках?

Димиан прокашлялся и смутился.

– У меня другая спецификация, я сыскарь, я ищу следы и улики.

– О, – многозначительно выдала Тати, пряча улыбку. – Дело в том, – не стала она ещё больше смущать комиссара, у которого на щеках даже красные пятна появились, – что до сорокового дня призраки не разговаривают. И для того чтобы с ними общаться, нужна сила.

Вы готовы дать немного своей силы мага?

Димиан кивнул и протянул ладонь, на которой появился небольшой шар света.

Призрак женщины плавно подплыл к комиссару и, робко протянув дрожащие пальцы, осторожно коснулся этого света, который тут же впитался в призрачные пальцы, чтобы через миг вспыхнуть в груди привидения.

– Некромант, – голос у ир Ясной был тихий. Тати подалась вперёд, чтобы не упустить ни слова, которое с трудом давалось призраку, – сказал, что я похожа на неё. Он должен вспомнить. Помнить всегда.

– Опишите убийцу, – строго потребовал Димиан, когда до него дошло, что голос, который он вдруг услышал, принадлежал не графине. Мысль о розыгрыше мимолётно посетила мужчину, и он поскорее задавил её, чтобы не оскорблять своим недоверием ир Шарап. Он хотел услышать ответы на свои вопросы.

Но призрак в этот раз молчал. Он растерянно посмотрел на присутствующих, подумал и вдруг указал на комиссара.

– Это был мужчина? – пришла на выручку графиня. Призрак кивнул, а Эни запричитала, что веры нет мужчинам.

– Да, высокий, чёрный.

Призрак женщины закрыл нижнюю часть лица ладонью.

– Чёрное лицо, – повторила ир Ясная. – Некромант.

– Это было ритуальное убийство? – уточнил граф.

Все затаили дыхание, ожидая ответа призрака. Тот задумался, затем качнул головой, словно в сомнении.

– Он должен помнить, – повторил призрак.

– Помнить что? – уточнил Димиан.

– Ты знаешь, – прошелестела в ответ женщина. – Я похожа на неё. Я умерла, потому что похожа на неё.

Призрак кивнул жнецу, с явным облегчением улыбнулся и протянул ему руку. Тот встал с дивана, поправил пальто.

– Больше она ничего не скажет.

– Почему? – удивилась Тати. – Она же толком ничего и не сказала. Кто её убил? Она что, не знает этого?

– Она больше ничего не помнит. Видимо, некромант разорвал привязку души и тела, чтобы труп не смогли допросить, – подсказал проводник. – А сейчас прошу простить, но мы откланяемся.

– Почему она молчит? – строго обратился к графине комиссар.

– Потому что она сказала всё, что хотела и теперь хочет уйти.

– Но её надо остановить! Этой информации мало.

– Вот в чём разница между магами и медиумами. Остановить, подчинить, приказать, привязать и, не дай Единый, воскресить! – возмутился Максимилиан.

Тати кивнула на его словам, а затем, игнорируя Димиана, лишь бросив на него укоризненный взгляд, подарила вежливую улыбку жнецу смерти.

– Благодарю за то, что помогли, господин жнец. Приходите в гости почаще.

– Тати! – возмутился граф.

Проводник душ опустил голову, придерживая рукой шляпу, скрывая ото всех свою весёлую ухмылку.

– Я приду, ваше сиятельство. А сейчас прошу меня простить, но работа не терпит отлагательств.

– Да-да, конечно. Благодарю за помощь, – кивнула девушка и помахала рукой призраку женщины. Жнец взял привидение за руку, и они исчезли.

Максимилиан расслабился, облетел холл и сел на камин возле своего портрета.

– Нет, определённо, моя милая, ты меня не любишь. Зачем ты этого зануду каждый раз в гости зовёшь? И он ведь ещё ни разу не подумал отказаться!