Я и Я (сборник)
Шрифт:
Я поспешил успокоить молодого человека, предложил ему пройти ко мне в номер и подробно обсудить ситуацию. О. сначала засмущался и начал отнекиваться, но в конце концов дал себя уговорить. В комнате я преподнес юноше рюмочку водки, чтобы помочь расслабиться.
– Почти всю жизнь я провел в тихом районе Касабланки в доме богатого торговца кошерной птицей, долгое время считал того родным отцом, – начал рассказывать мой гость, как только алкоголь оказал свое благотворное воздействие. – Лишь после его смерти, роясь в бумагах покойного, я обнаружил правду о своем происхождении. Торговец забрал меня из нищенского детского приюта в Европе, куда попадали младенцы,
Пугало другое – отныне я должен был продолжить бизнес усопшего, но состояние здоровья совершенно не позволяло мне вести активную жизнь. Я рос очень болезненным ребенком. В детстве у меня то и дело опухали ноги, так что я практически не мог ходить. С возрастом болезнь прошла, но последствия дают о себе знать – я до сих пор хромаю.
Разумеется, хромота – пустяк по сравнению с поистине странным недугом, терзающим меня всю жизнь. Даже не знаю, как это объяснить. Понимаете, дорогой рабби Брайтман, довольно часто я… исчезаю.
– В каком смысле? – озадаченно спросил я.
– В самом прямом, – ответил молодой человек, – на время перестаю существовать.
– Может быть, вы просто теряете сознание? Эпилептические припадки или что-то в этом роде?..
– Если бы, дорогой рабби! Но это не так, ибо, возвращаясь в реальность, я возникаю совсем не там, где перед этим пропал. Вначале домашние думали, что я страдаю лунатизмом и разгуливаю во сне, пока не просыпаюсь в совершенно неожиданном месте. Решили, что возле меня постоянно должен дежурить кто-то из родственников или доверенных слуг. И вот как-то раз я пропал из запертой комнаты, ключ от которой лежал в кармане кухарки Фатимы. Исчезновение было недолгим – уже через несколько минут я появился на заднем дворе, но можете представить себе ужас, охвативший суеверную служанку! Вы мне верите, рабби Брайтман?
– Какие же, голубчик, могут быть основания вам не верить?! – ласково ответил я. – Вы рассказываете о событиях весьма необычных, но, разумеется, возможных с точки зрения каббалиста. Если вы когда-либо изучали физику, то должны знать, что элементарные частицы могут самопроизвольно перемещаться с одного энергетического уровня на другой. Современные физики вплотную подошли к пониманию картины мира, описанной великими каббалистами три тысячи лет назад. Ведь, с точки зрения каббалы, подобными свойствами обладают не только элементарные частицы, но вообще все, созданное Творцом. Вам надлежит знать, что реальность, в которой мы живем, является миром низшего уровня. Выше лежат другие миры: Асия, Ецира, Брия, Ацилут, Адам Кадмон и мир Бесконечности. Я допускаю, что, исчезая из привычной реальности, вы самопроизвольно перемещаетесь в один из миров более высокого уровня, а потом возвращаетесь обратно. Само собой, это только рабочая гипотеза, которую необходимо подтвердить экспериментально.
– Ах, дорогой рабби, ваши слова бальзамом льются на мое сердце, а глубокая ученость внушает надежду на скорое разрешение всех загадок! Как вы сами понимаете, создавшееся положение немало удручало моих домашних. Фатима хотела немедленно уволиться и покинуть наш дом, но приемный отец уговорил ее остаться, удвоив жалование и пообещав множество дополнительных наград за молчание. Нет оснований сомневаться, что девушка честно держала язык за зубами, но мои исчезновения
Разумеется, что-то подобное в конце концов должно было случиться. В один прекрасный вечер я очутился совершенно голым в спальне дочери знаменитого раввина Бабы Сали Абу-Хацеры. Девушка, одетая в очень тонкий китайский халат, украшенный изображениями солнечных дисков и змеиных голов, расчесывалась перед зеркалом. Заметив в зеркале отражение голого мужчины, дочь раввина обернулась и уставилась на меня округлившимися глазами, не в силах произнести ни слова. Прикрывая срам ладонями, я обратился к девушке с учтивой речью, пытаясь как можно доходчивее объяснить ситуацию.
– Извращенец! Паразит! Кус-эммак! – вдруг заорала она, да так пронзительно, что, клянусь, Иисус Навин при штурме Иерихона наделал меньше шума.
Не желая попасть в руки разъяренных слуг, я выскочил в окно и как был – в чем мать родила – понесся по улицам города, слыша позади себя топот ног многочисленных преследователей. С Божьей помощью я сумел уйти от погони, но должен был как можно скорее покинуть Марокко – Баба Сали пользовался огромным влиянием при дворе, и король, без всякого сомнения, жестоко наказал бы человека, дерзнувшего проникнуть в спальню дочери знаменитого раввина. Той же ночью я купил билет на самолет и вылетел в Европу.
– Вот же недотепа! – воскликнул в сердцах Эзер Вайцман, прерывая рассказ рабби Брайтмана. – Меня бы туда – уж я бы показал, как успокоить мэйделе! Таких шлымазловнельзя даже близко подпускать к воротам летной школы!
– При чем тут летная школа, полковник?! – возмутился рабби Брайтман. – Речь идет о явлениях, имеющих первостепенное научное значение. Ведь это уникальнейший случай – О. существовал только наполовину. Причем по прибытии в Европу он обнаружил, что есть и вторая половина – таинственный двойник. Более того, почти сразу стало ясно, что оба О. реальны, так сказать, попеременно и поэтому никогда не могут встретиться.
– В самом деле, интересный феномен, – задумчиво проговорил Дэвид Френч. – Правильнее предположить, что одна ипостась О. существует с вероятностью p, а другая – единица минус p. Впрочем, скорее всего, pдействительно равно половине, то есть обе ипостаси равновероятны. Интересно, что О. возникает из небытия в ситуации, которую невозможно предсказать заранее. Видимо, здесь тоже имеет место некое распределение вероятностей. Это похоже на поведение квантовых объектов. Скажите, рабби, вам удалось провести эксперименты, снять измерения?
– В тот вечер, доктор, уже ничего не получилось. Я предложил О. немедленно подвергнуться лабораторным исследованиям, и тот согласился, но перед этим пожелал выкурить сигарету. Молодой человек вышел из номера и больше уже не возвращался. Как мне потом стало ясно, произошло очередное исчезновение. Но послушайте же, самые удивительные подробности еще впереди!
На следующий день, войдя в аудиторию, я обнаружил О. сидящим в последнем ряду. По бледности кожи я догадался, что это второй О., а не тот, с кем я беседовал прошлым вечером. Завершив лекцию на четверть часа раньше, я попросил юношу остаться на пару слов.