Я его достану!

Ланская Алина

– Какая красивая! – Я завороженно смотрела на цветок и различала на его лепестках капли дождя. От этого срезанная роза казалась живой.

– Я слышал, что сегодня произошло в «Буяне». Вот решил тебя поддержать. Как ты? Хочешь, вечером пойдем в бар, оттянемся? У Солодова на выходных ребенок родился, будем праздновать.

– Нет. Я сегодня точно веселиться не буду. Не то настроение. Попробую все исправить. Хотя не очень-то и верю в это.

– Каким образом?

– Ты не поверишь. Мне только что звонила Изабелла Павлова.

Улыбка тут же слетела с лица Елисеева.

– Павлова –

это его невеста? – Елисеев вопросительно посмотрел на меня. – Та, с которой ты меня якобы видела?

Вновь пришла моя очередь чувствовать себя неловко.

– Ага.

– И что ей надо от тебя?

– Обещала помочь…

– И ты ей поверила?! – Ваня смотрел на меня так, словно первый раз видел.

– Вань!

– Ладно, ладно! Делай как знаешь! Я рядом, если понадоблюсь.

Без пяти семь я уже топталась у входа в пиццерию. Внутри Павловой не было, как и свободных столиков, а невеста Кощея сделать предварительный заказ не удосужилась. Может, к лучшему: прямо на улице все и обсудим. Но только Павлова задерживалась. И позвонить я ей не могла.

– Василиса! – Я обернулась на голос человека, которого меньше всего рассчитывала сейчас увидеть.

Глава 17

– Что ты здесь делаешь? – Я не смогла скрыть своего разочарования, увидев перед собой Влада. Не хватало еще, чтобы он узнал о моей встрече с Изабеллой. Лишние вопросы и подозрения мне точно не нужны.

– Ждешь кого? – Влад прислонился к стене и тяжело выдохнул.

Он явно никуда не торопился. Дождь на улице припустил, оставаться здесь без видимой причины было глупо, но сказать правду я не могла.

– Нет, я одна.

– Я так и думал. Ну пойдем, что ли. Накормлю тебя, как в старые добрые времена!

Я промолчала, всматриваясь в темноту, на часах уже четверть восьмого, Павловой так и не было. Да и черт с ней! Сама позвала и заставила торчать под дождем. Даже не позвонила.

– Вась? Ты меня слышишь? – В голосе бывшего приятеля отчетливо прозвучала обида. – Ты со мной или как?

– У коллеги ребенок родился, я обещала подъехать поздравить.

– А я слышал, ты отличилась сегодня у нас, – бросил Пономаренко. – Кощей после твоего вопроса ушел и Мамаева за собой забрал. Что случилось?

– Слушай, я больше этой темой не занимаюсь, – призналась я. – Не хочу об этом говорить.

– Ну ладно тогда. А у нас такие проекты впереди!

– Что за проекты? – вырвалось у меня, и я тут же пожалела о своей несдержанности, потому что даже в темноте было видно, как Влад засветился довольной улыбкой.

– В нескольких крупных городах мы открываем свои представительства, – охотно ответил бывший, интонационно выделяя «мы», словно он имеет самое непосредственное отношение к происходящему. – Говорят, это последний крупный проект Бессмертного, после этого он даст рулить своим замам, а сам женится и будет жить с женой на Лазурном берегу, ну или еще где.

В груди что-то болезненно сжалось. Видно, выработался у меня внутренний рефлекс – сразу напрягаюсь, как только слышу новую сплетню о Кощее. Хотя все, что я должна, – это найти способ перед ним извиниться. И все. Поставить точку. Или хотя бы очень

длинное многоточие.

– Вась? Ты как-то побледнела. Ну так как насчет ужина?

– Спасибо. В другой раз, – пообещала я, прекрасно понимая, что постараюсь сделать так, чтобы никакого другого раза не было.

Дождь усиливался, и я побежала к ближайшей остановке, по дороге обдумывая слова Влада. Бессмертный точно женится. Он и не отрицал этого на пресс-конференции и не будет, как раньше, жить работой. Это нормально, наверное. Так и должно быть?

Я не услышала, а почувствовала завибрировавший мобильный в сумке.

– Здравствуйте, Василиса, – произнес в телефоне старческий голос. – Это Вера Ивановна, из городской библиотеки. Вы к нам часто забегали в последние дни подшивки старых газет просматривать. Так вот, руководство распорядилось выбросить все, на выходных грузчики приедут. Если вам надо…

– Да-да, спасибо.

– Мы сегодня поздно закроемся… – Она запнулась и после небольшой паузы продолжила: – Можете заехать.

Я вежливо поблагодарила и нажала на отбой. В библиотеку я сегодня не собиралась, да и рыться в пожелтевших от времени семейных тайнах Кощея уже не хотела.

Погода вконец испортилась, но хоть в чем-то мне сегодня повезло: троллейбус подошел довольно быстро, и я уселась на свободное место в надежде хоть немного согреться. Выходить мне надо было остановок через семь.

Я не сразу поняла, что случилось, думала, что мы просто долго стоим на светофоре или в пробку попали.

– Выходите, девушка, – поторопил хмурый водитель, неожиданно для меня оказавшийся вдруг рядом. – Сломался троллейбус. Непонятно, когда починим.

Повезло, значит?! Снова на улице и снова под дождем. Я осмотрелась по сторонам, пытаясь понять, где нахожусь-то. И чуть не застонала в голос: прямо через тропинку, метрах в тридцати на меня смотрело огромное здание нашей городской библиотеки.

В принципе, можно поймать такси или пройти оставшиеся четыре остановки пешком… Я выбрала первый вариант. Оператор сообщил, что ждать машину придется минимум тридцать минут. Я снова посмотрела на призывно светящееся здание. Ладно, забегу, но только на минутку.

– Как я рада, что вы пришли! – Божий одуванчик в темно-синей кофте и юбке до пола уже спешила ко мне. – Мало кто интересуется старыми газетами, но вы… я подумала… нашла ваш номер телефона в читательской базе… Вы не сердитесь, что я позвонила?

Ее радость, смешанная с беспокойством, заставили меня устыдиться: не могла же я сказать, что зашла в библиотеку, чтобы погреться до приезда такси.

– Я вам уже все подготовила. Вы не успели посмотреть только три подшивки. Идемте.

Она засеменила вперед, я пошла за ней.

Первые газеты пролистывала без особого энтузиазма. Здесь уже писали о Бессмертном исключительно как об уважаемом бизнесмене, благотворителе. Ого! А вот этого я не знала. Оказывается, здание библиотеки, в котором я сейчас нахожусь, было подарено городу старшим Кощеем. Ну надо же! Это он так грехи, интересно, замаливал? За полгода до этого произошел взрыв в ресторане в центре города, где он тогда обедал. Было несколько жертв, но сам Бессмертный не пострадал.