Я – джедай!
Шрифт:
Я последний раз посмотрел на Ремарта:
– Если ты не понял, то на сегодня достаточно, – я подпрыгнул над его ногой – какая жалкая попытка поспорить со мной! – и въехал ему носком сапога в висок. Он распластался по земле, и я уже занес ногу я нового удара, когда изумленный вздох каамаси остановил меня.
Я смотрел на Ремарта и тщетно пытался унять дрожь в руках. Я стряхнул кровь с правой руки и понял, что я забрызгал девушку-каамаси. Я хотел извиниться, но увидел ужас, застывший в ее глазах, и перевел взгляд туда, где стоял ее отец с моим карабином в руках.
Стоял, направив его на меня.
–
– Вполне вероятно, – каамаси пожал плечами и опустил бластер, затем перевернул его и протянул мне. – Однако у каамаси слуги не стреляют в хозяев.
– Но я же несерьезно! Я сказал это только для того, чтобы он не убил тебя.
Синие с зеленым глаза каамаси блеснули:
– Знаю, только я говорю серьезно. Вы рисковали своей жизнью, чтобы спасти мою, как и я, когда хотел спасти свою дочь, своих друзей.
– Значит, тебе следует остаться с ними.
– Не могу, потому что этим я поставлю под угрозу вашу жизнь, – он прикрыл свои огромные глаза и поднял руку с тремя пальцами: – Вы сказали этим людям, что вы берете меня к себе слугой, что явилось поводом для ужасной драки. Ваш подчиненный не выполнил приказ. Следствием этого явилась необходимость поставить его на место и доказать ваше главенство над ним. Если вы не возьмете меня с собой, он со своими дружками может состряпать совсем другую историю и очернить вас. Я буду живым доказательством пашей версии.
Я сдвинул брови:
– А что они расскажут о драгоценностях?
– Мы – мирный народ, беженцы с уничтоженной планеты. Кто поверит, что у нас есть что-то ценное? – правой рукой каамаси указал на своих соплеменников. – Я Элегос А'кйа, Доверенный этого района Морименто. Все, что есть ценного у меня – это эти несчастные. Защитив себя, я смогу защитить их.
Его слова, произнесенные грустным, но в то же время глубоким и искренним голосом, звучали весьма разумно. И все же мне не хотелось брать его с собой, к «выжившим». Даже под моим покровительством гражданскому на Коуркрусе придется несладко.
– Я не хочу разлучать вас с дочерью, – я попытался его образумить.
Элегос покачал головой:
– Мы – каамаси. Мы хорошо знаем боль потери близких и знаем, как унять эту боль. Она не останется одна.
Я кивнул и принял бластер из его рук. Повернулся и всадил в Ремарта один заряд, затем снова опустил карабин. – Похоже, у меня появился слуга. Я буду в порту. У тебя есть час, чтобы попрощаться со своими. Если ты опоздаешь и я улечу без тебя, я пойму тебя.
Каамаси одарил меня теплой улыбкой:
– Через час. Я буду пунктуален.
Я зашагал по дорожке к космопорту и левой рукой включил комлинк:
– Это Стрела-лидер. Если получится, вышлите мне пару пилотов, чтобы вытащить из грязи несколько «когтей», и еще мне нужно эвакуировать птенцов, выпавших из гнезда.
Кто-то с «Возмутительного» ответил мне через пару секунд:
– Стрела-лидер, у вас что там, какие-то проблемы?
– Есть немного, – я со свистом всосал кровь с разбитых костяшек. – Но все уже улажено.
Глава 40
На челноке, который забрал нас с планеты, спустились несколько офицеров
Допрос длился пару часов, и мои руки затекли, раны покрылись коркой засохшей крови, а сломанная кость левой руки начала болеть довольно сильно. Следователи знали о том, что меня терзает боль, и обещали, что я сразу получу медицинскую помощь, как только проясню еще пару деталей. Я сам провел столько допросов, что точно знал, что и как они хотят услышать, поэтому я «раскололся». Наконец, они ушли, явно довольные услышанным.
Как только они оставили меня в покое, вошел дроид 2-1Б и осмотрел мою руку. Он заметил, что я сломал две кости левой руки, а на обеих руках были многочисленные ушибы, порезы и ссадины. Он вправил сломанные кости – даже немного нежнее, чем Мара Джейд когда-то, – и сообщил, что я не буду отправлен в ванну с бактой, так как у меня недостаточно серьезные раны. А сейчас у него есть случаи и посерьезнее. Он не стал вдаваться в подробности, что произошло, но по количеству и характеру описанных им ранений я сделал вывод, что какая-то группа пиратов напоролась на засаду талассианцев или кто-то подорвался на мине-ловушке, и теперь все ванны с бактой были заняты.
Дроид ушел, и в камере появился Элегос с бинтами, мазями, а также водой и губкой, чтобы промыть мои раны.
– Хотя я не врачеватель, но пока строишь поселение, быстро учишься обрабатывать такие раны.
– Строительство новой жизни всегда заставляет изучать новые ремесла, — я слабо улыбнулся, удивившись тому, какой запах исходил от каамаси. Он пах зеленью и пряностями, почти как кореллианское виски, но немного слаще, напомнив мне один теплый напиток, который моя мама обычно делала, когда вся семья собиралась за столом долгими зимними вечерами. Этот запах успокаивал и даже делал эту крошечную камеру с серыми стенами не такой угнетающей.
Сидя на столе, я заглянул в глаза Элегосу, который смывал кровь с моей правой руки.
– Можно задать тебе вопрос?
– Постараюсь ответить на него как можно полнее.
– Когда я прибыл на место, ты лежал на земле, с разбитым носом. Ремарт сказал, что ты ударил его, но сейчас, глядя на то, какие сильные у тебя руки, я знаю, что это неправда. Не верится мне, что Ремарт устоял бы на ногах, если бы ты ударил его.
Элегос слегка склонил голову направо:
– Я похлопал его по плечу, чтобы поблагодарить. Мне кажется, я напугал его своим неожиданным появлением, поэтому он развернулся и ударил меня.