Я - дань

Ратникова Дарья Владимировна

Я разозлилась на себя, поняв, что опять мои мысли крутятся возле беловолосого воина. Ну что для меня клином на нём свет сошёлся что ли!

— А вы можете сейчас связаться со своими друзьями, чтобы они поскорее нас отсюда забрали? — Спросила я и голос звучал резче, чем обычно.

— Если у Ароса достаточно сил, то смогу, — Игнис подошёл и что-то зашептал дракону. Тот поднял голову и внимательно на него посмотрел. — Он сказал, что лучше завтра, — перевёл синтар. — А пока давайте жарить рыбу.

Я кивнула. Больше ведь мне всё равно ничего не оставалось. Хотя

нет. Хуже ожидания, может быть только неизвестность, ведь так?

— Давайте, пока рыба жарится, я посмотрю на своих подруг.

Мне показалось, или Игнис вздрогнул? Но ничего не возразил, а молча достал зеркало и пристроился рядом. Мне и хотелось и не хотелось, чтобы он видел. Всё-таки в тот раз моя реакция была уж слишком глупой. Но теперь я буду держать себя в руках. Да и многое из того, что мне неизвестно, он может объяснить мне.

— Только не рассказывайте никому, ния.

— Хорошо, — я кивнула. И начала называть имена девушек, с которыми успела познакомиться одно за другим. Восемь девушек.

В двух случаях зеркало показало только какую-то стену или кусок стены. «Защита» — буркнул синтар, а я не стала спрашивать, что он имеет в виду.

В третий раз я увидела красивый сад и Марию, которая сидела возле фонтана. Она была чем-то занята, то ли вышивала, то ли рисовала, я не могла рассмотреть. Прошло несколько секунд, и к ней подошёл мужчина, в такой же обтягивающей одежде и красном плаще, как у старика. Он поднял голову и я вздрогнула. Он был не так стар, как тот старик, но несомненно уже в возрасте. Лёгкая седина тронула его виски. И вроде бы ничего страшного, лицо было даже красивым. Но отталкивающее выражение злости и какой-то холодной ненависти, словно не человек, а ледяная маска была передо мной, пугали до дрожи. Я вздрогнула и попросила показать мне Амелию.

Зеркало потемнело и я увидела девушку. Она сидела в какой-то тёмной и грязной комнате, а по щекам у неё катились слёзы. Что это? Она в тюрьме? Я неосторожно наклонилась, желая получше рассмотреть изображение, и случайно коснулась поверхности зеркала рукой. Изображение растаяло. Как я потом не просила, зеркало не желало мне больше никого показывать.

— Всё ния, теперь, наверное до завтра. Оно слишком своенравно, — сказал Игнис, как мне показалось, даже с облегчением и убрал зеркало в сумку.

Глава 7

Игнис

Зеркало молчало, а в его душе не было мира. Всё было плохо. Нет. Не так. Всё было совсем плохо. Эта красивая девушка, кажется, Мария, досталась Брендону. Он ничего не имел против него, хотя и не любил. Но Игнис никого из лордов не любил. А вот со второй девушкой было совсем плохо, если её держали в тюрьме.

За неповиновение властям её ждёт смерть. Интересно, что она такое совершила? Опрометчивость и глупость иногда встречались среди дикарок, которых привозили в дань. И если раньше с ними держались хотя бы вежливо, то сейчас — не церемонились. А он, так получилось, совсем не желал знать ответа, что ждёт Тависсу в Самар Таасе, а точнее кто.

Рыба пожарилась быстро, и они легли спать. Девушка,

кажется, быстро уснула, а Игнис долго не мог забыться. Завтра у Ароса достанет сил. И он сможет связаться с гестом и рассказать, где они находятся искать. Как раз, пока отряд долетит до острова и пройдёт Стену, Арос сможет улететь с ними. И хотя подпитывать его придётся своей силой, скорее всего, но у него должно хватить сил. Дольше оттягивать нельзя.

Игнис отвернулся к стене и заставил себя уснуть, так как делал это не раз в трудных походах, посылая себе приказ. Тело должно отдохнуть.

А ночью проснулся от женского крика рядом. Сначала сработали инстинкты. Он вскочил и одним отложенным движением вытащил короткий меч, и только потом огляделся. Тависса кричала и металась во сне. Может быть, она заболела? Ему ведь придётся отвечать, если это случилось. Но не только это пугало его. Ему просто было жалко девушку, на которую всё навалилось так внезапно.

Он дотронулся до её лба — холодный. Жара нет. Только убрал руку, она опять заметалась с закрытыми глазами.

— Тише. Тише, — он опять вернул руку на лоб. Морщины постепенно разгладились. Она всхлипнула во сне, ещё несколько раз повернулась и затихла.

А Игнис понял, что не уснёт больше и вышел на воздух. Луна, огромная и рыжая, как лисица, стояла прямо посреди небосвода, окрашивая Стену, которую он мог видеть даже с закрытыми глазами, в странный, призрачный свет.

Арос тоже не спал, лежал и разглядывал луну. Он чувствовал, что дракон доволен.

— Тебя покормить?

Арос чуть повернул голову, ярко-жёлтые змеиные глаза смотрели на него, не мигая. Если какой-то человек, кроме него, да и пожалуй этой странной девушки, оказался бы рядом с ним сейчас, то Арос заставил бы его делать то, что дракону угодно. Но он, Игнис, из-за своей связи с ним не подчинялся. А ещё почему то Тависса не поддавалась. Или Арос просто не хотел. Игнису пока это было не ясно. Но он и не хотел раздумывать над этим. Скоро всё закончится. Он отвезёт её и женится на Лине и всё будет хорошо.

Дракон кивнул, отвечая на его вопрос, и Игнис направился за травами. Сейчас он заварит их и напоит дракона. У них осталась всего одна ночь, и может быть ещё день. И всё. Если утром он свяжется с гестом, то вечером отряд, который уже летел за ними, будет здесь. И почему то сжималось сердце. Словно он везёт беззащитную жертву на заклание.

Это не его дело. Он отмахнулся от навязчивых мыслей, напоил дракона и направился в пещеру, чувствуя кожей внимательный взгляд Ароса. Дракон осуждал его.

Тависса

Я проснулась с диким ощущением усталости, будто я совсем не спала. Да ещё и снились какие-то кошмары, содержание которых я толком не могла уловить. Какие-то старики в плащах бросали меня в темницу от того, что я отказывалась становиться их жёнами. А Игнис стоял рядом и смеялся. И так всю ночь, по кругу.

Проснувшись, я даже с облегчением выдохнула. Тут же ко мне подошёл беловолосый.

— Вы плохо спали, ния? — Ну вот и как он угадал?

— Да, не очень, — не стала я лукавить.