Я буду жить до старости, до славы...
Шрифт:
Вероятно, КОРНИЛОВ стал бы доказывать, что я понимаю эти строки неправильно, что они может быть относятся к другому времени, что в «контексте это иначе» и т. п., и т. п.
Но это было-бы лишь попыткой увернуться. Никакого контекста в сущности нет. Приведенные строки выглядят, как совершенно самостоятельная вставка. И они воспринимаются, как относящиеся к нашей советской действительности. Значит здесь — либо наглая клевета на советский строй, если речь идет действительно о «любом», либо, что вернее, скорбно-сочувственное изображение изолированности в нашей стране ее заклятых врагов. Это тот же мотив о «гонении», который так резко звучит в «ЕЛКЕ».
В стихотворении «МОЛОДОЙ ДЕНЬ», как будто воспевается празднование Международного Юношеского Дня. Но за внешней и пустой риторикой этого «воспевания» выступают такие эмоционально куда более полновесные строки:
«Вот и осень. Леса не дышат, Много горести, Много тьмы…»Или:
«И в Японии И в Сибири Громыхая — вперед, вперед В целом мире, В тяжелом мире, Этот день по земле идет».Что Япония, — что Сибирь для автора это одинаково «тяжелый мир».
Такие «крики души», как «тьма», «ненастье», «темная судьба», «большая сердечная мука», «некуда деться», «мне не петь, не плясать, мне осталось только локти кусать» и т. д. в большом количестве разбросаны в стихотворениях КОРНИЛОВА.
Отсюда — мотивы побега, ухода от «тяжелого мира». В одном из стихотворений читаем:
«Я пойду тропой окольной, Даль-дорога нипочем В стороне чужой раздольной Встречу милого. Вдвоем С чернобровой, окаянной Девкой яростных кровей…»В другом стихотворении поэт завидует гусям улетающим к «берегам другим, красивым». Он завидует гусям, потому, что:
«Темнота идет немая По моей стране по всей» [547] .Следует также отметить, что в своих риторических и по существу холодных стихах о революционных боях КОРНИЛОВ прибегает к изобразительным средствам, зачеркивающим героическую, целеустремленную борьбу масс, под руководством партии завоевывающих социалистическое будущее.
547
Правильно: «Тишина идет немая / По моей округе всей» («Ночные рассуждения»).
В стихотворении «САМСОН» гражданская война выглядит такой же печальной необходимостью, как война империалистическая. Матросы идут воевать лишь «повинуясь приказам». Эпитеты и метафоры, которыми, пользуется КОРНИЛОВ говоря о Красной Армии, характеризуют ее так, как могли бы быть охарактеризованы махновцы. Кон. армия, например, «хмельная без вина».
Революционные песни — «Песни пьяные без вина».
Полновесного художественного звучания достигают стихи КОРНИЛОВА там, где речь идет о кулацком быте. Поэт по сути дела воспевает этот быт, воспевает кулака. /Впрочем, это общеизвестно/. Таковы стихи, рисующие пир в белогвардейском штабе, расположившемся в поповском доме /стихотв. «САМСОН»/, таково стихотворение без названия, несомненно воспевающее кулака:
«Видел я, как шел через деревню Незнакомый мне досель мужик…»Этот «мужик» видимо тайно возвращается в родное селение.
Стихотворение кончается так:
«Эх, налей ендовы пенным медом, Брагой золотистой и хмельной, Похваляйся перед всем народом Именитым, да мужицким родом, Да смутьянной, песенной родней. …………… …………… Он стоит Анемподист [548] РОМАНОВ Дед мой — Черная моя тоска».548
Анемподист — мужское имя (от греч. Anempodistos). Значение имени: свободный, неудержимый, настойчивый. — прим. верст.
Стихотворение «ЧАЕПИТИЕ» — явно кулацкое по своему духу. В нем дается любовное воспевание довольства и веселья кулацкой жизни, в нем канонизируется эта жизнь. Тесно примыкает к нему и стихотворение «НОВОГОДНИЕ СТИХИ».
В стихотворении «ОДИНОЧЕСТВО» речь идет о «хозяине», страдающем от одиночества, так как «в колхозе пожалуй полсела». Этот «хозяин» не оставляет никаких сомнений относительно его социального лица. Он — кулак. Вот его сон:
«Приснился сон хозяину: Идут за ним грозя, И убежать нельзя ему И спрятаться нельзя. …………… Идут за ним по клеверу, Не спрятаться ему Ни к зятю, И ни к деверю, Ни к сыну своему. Заполонили поле — Идут со всех сторон…»