Я буду ждать

Воробей Вера и Марина

– Оказался трусом! – безжалостно закончила Галя.

– Да, – кивнул Игорь. – Именно так я и выразился. Сказал, что испугался ответственности или чего-то еще, сам не понимаю чего… И вот тут профессор Силецкий начал на меня кричать. Ты не представляешь, как он меня называл! И правильно! Я еще не того заслуживаю! – ударился в самобичевание Игорь, но Снегирева снова его осекла:

– Про это можешь мне не рассказывать! Я и без тебя знаю, каких слов ты заслуживаешь. Особенно после того, как сказал Валентину, будто бы знал, что я нарочно про беременность выдумала!

– Это я от злости! – выкрикнул Игорь и густо покраснел. – Ведь я тогда приходил

к тебе, чтобы…

– Чтобы сделать мне одолжение и признать, что это твой ребенок? – усмехнулась Галина, и глаза ее злобно блеснули.

– Нет, совсем не одолжение! – вновь принялся оправдываться Игорь. – Я тогда осознал свою… ошибку. Честное слово! Я хотел, чтобы у нас с тобой все было… А тут вдруг выходит этот… Валентин и сообщает, что никакого ребенка, оказывается, и не было! Вот я и ляпнул со злости… Знаешь, как мне обидно стало, что не успели мы с тобой поссориться, как ты уже себе другого нашла!

– Просто Валентин оказался единственным человеком, который поддержал меня в трудную минуту, – запальчиво бросила Снегирева. – Единственным! И это он, а не ты отвел меня к врачу! И между прочим, жениться на мне хотел и ребенка твоего усыновить…

– Так, значит, ребенок, все-таки был? – уточнил Игорь.

– Не было, – зло усмехнулась Снегирева, – но это стало известно только у врача. И неужели ты мог подумать, что я решусь на такой обман? И ради чего?

– Да не думал я, что ты меня обманываешь! – сокрушенно махнул рукой Игорь. – Говорю же, от злости вырвалось! В глазах все потемнело… Я уже не мог себя контролировать, понимаешь?

– Ладно, проехали, – досадливо скривилась Снегирева. – Кажется, ты отвлекся от главной темы.

– От какой? – Игорь бросил на нее растерянный взгляд.

– Ты так и не сказал, почему профессор Силецкий признался тебе в том, что деньги на операцию принесла я.

– Так потому и признался, – пожал плечами Игорь. – Он никак не мог поверить, что я… что я поступил с тобой, как последний… негодяй. В общем, профессор так разволновался, так кричал на меня, а потом взял и выдал: «Как ты мог предать ту, что подарила тебе новую жизнь, поставила на ноги в прямом смысле?» Только профессор, когда сказал это, сам будто бы испугался. Он не хотел, понимаешь? Слова эти сами у него вырвались. Но тут уж я к нему пристал не на шутку. И профессор понял, что должен рассказать мне все, как было. И рассказал. – Игорь уронил голову на грудь.

– Ясно, – протянула Снегирева. – В общем, я примерно так все себе и представляла, – соврала она, потому что даже не догадывалась, как обстояли дела на самом деле.

«Теперь понятно, почему профессор Силецкий не сдержал слова», – отстраненно, будто ее это вовсе и не касалось, подумала девушка.

Внезапно Игорь вскинул голову, схватил Галину левую руку и, не дав ей опомниться, принялся покрывать ее ладонь частыми горячими поцелуями. При этом он шептал какие-то слова, разобрать которые девушка даже не пыталась. Он был как в бреду, а она стояла словно в каком-то оцепенении и сквозь слезы смотрела куда-то вдаль. Наконец, тряхнув головой, Галя медленно подняла свободную правую руку и осторожно, словно гладила чрезвычайно дорогой и хрупкий предмет, провела ею по шелковистым волосам Игоря. На секунду он замер, потом резко выпрямился, с силой притянул девушку к себе и обхватил ее плечи сильными руками. Невольно Галя прижалась к нему всем телом, ощущая мелкую, предательскую дрожь в ногах. Она понимала, что должна оттолкнуть Игоря, высвободиться из его цепких объятий,

убежать и никогда больше его не видеть. Понимала, но стояла не в силах пошевелиться. Она даже дышать боялась. Ей казалось, что все это сон и если она сделает хоть одно неосторожное движение или просто позволит себе наполнить легкие воздухом, то тотчас же проснется. А ей так не хотелось просыпаться…

Обняв ее, Игорь тоже на какое-то время замер. В следующий миг она ощутила легкое прикосновение его горячих губ к своему уху.

– Спасибо тебе, – прошептал Игорь. – Спасибо за все, что ты сделала. Я был не достоин твоей любви. Я и сейчас ее не достоин…

Она почувствовала, как его руки вмиг потеряли свою силу и безвольно опустились. Надо было что-то сказать, Галя чувствовала это, но все слова казались ей в эту минуту пустыми и бессмысленными. Она не заметила, когда первая слезинка упала на ее бледную щеку, а потом даже не пыталась сдерживать слезы.

– А теперь послушай меня, – тихо попросил Игорь. – Это самое важное. Я должен вернуть тебе деньги.

– Нет! – Снегирева прикрыла его губы рукой. – Молчи! Не смей так говорить! Когда я… В общем, я была уверена, что ты никогда не узнаешь о том, что я… Ты не должен мне ничего возвращать. Да я и не приму от тебя ничего. Забудь об этом! Слышишь, забудь!

– Нет! – Игорь упрямо замотал головой. – Я должен это сделать. И сделаю. Я верну тебе эти деньги. Не сразу, конечно… Но я уже начал работать… Мне посоветовали одну фирму… В общем, я взял в долг пятьсот долларов и сегодня утром поехал на склад и купил партию косметики. Если все сложится удачно, то максимум через месяц я заработаю тысячу, а потом…

– Ты хочешь заняться распространением косметики? – Галина уставилась на Игоря широко раскрытыми глазами. – Но у тебя ничего не получится! Для этого надо быть другим человеком! Немедленно, слышишь, завтра же поезжай на эту фирму, отдай им все и потребуй, чтобы тебе вернули деньги!

– Это не мои деньги, – осторожно поправил ее Игорь.

– Тем более! – взорвалась Снегирева. – Как ты мог пойти на такое, не посоветовавшись… – Она осеклась, а парень тут же вставил:

– С кем? С кем я мог посоветоваться?

– Не знаю! – вздохнула девушка. – С родителями, с друзьями…

– Родители ничего об этом не знают, – признался Игорь. – Я не смог им сказать, что за операцию заплатила ты, иначе…

– Это правильно, – сбавила обороты Снегирева. – Им об этом знать ни к чему. Но ты не имел права так поступать. Нужно было вначале позвонить мне или в письме написать, не знаю даже…

– Теперь это моя проблема, – угрюмо отозвался Игорь. – И я сам ее решу.

– И как же ты собираешься продавать эту косметику? Пойдешь на рынок? – поинтересовалась Снегирева, не сводя с Игоря пристального взгляда.

– Зачем? – пожал плечами тот. – Вначале попробую среди знакомых… Это, кстати, очень хорошая косметика, дорогая… Один крем от морщин стоит сто баксов! На рынке таким не торгуют…

– Не фига себе! – закатила глаза девушка. – Что ж за крем такой?

– Он у меня с собой, – гордо объявил Игорь. – Могу показать.

Он скинул с плеча рюкзак, вытащил оттуда бледно-розовую небольших размеров коробочку и протянул ее Снегиревой.

– Такая крохотная – и сто баксов! – изумилась та и принялась вертеть коробочку в руках, пристально всматриваясь в маркировку. – Да он же просроченный! – воскликнула в следующую секунду девушка. – Смотри! На целых полгода! Тебе подсунули просроченную косметику!