Я - Ангел
Шрифт:
– Вот и хорошо, - шептала мать, целуя Машины руки, – выплачь, дочка, всё, что в сердце закаменело.
– Мамочка, я жить не хочу, - жалобно простонала Маша.
– Грех-то, какой говоришь, - Лидия испуганно перекрестилась, - рано тебе о смерти думать. Всё образуется. Всё сладится.
– Не сладится, тётя Лида, словно что висит надо мной тёмное и страшное и не пускает жить той жизнью, которой бы желала. Я устала от этой постоянной борьбы, сил больше моих нет.
– Не одна Маша такое чувствует,
– Вы, что сговорились, что ли все! – Лидия испуганно замахала руками. – Тут вам впору неотложку вызывать в психушку. Удумали тоже.
– Когда моя мать была беременной мной, - не слушая подругу, продолжила Галина, - её мать, моя бабка Лукерья, прокляла свою дочь. Сказала, что пусть будет проклято, то отродье, которое мать носила под сердцем, то есть меня, и отродье отродьев, народившиеся после, пусть тоже будут прокляты.
– А я не верю в безысходность, - заявила Ольга, – из любой ситуации, какая бы она не была сложной, всегда найдётся мудрое разрешение, нужно лишь набраться силы и мужества устоять.
– А как же судьба? – спросила Лидия.
– Судьбу человек сам создаёт себе, - ответила Ольга.
– Вот, ты, Маша, любишь ли ты человека, за которого замуж собралась?
Маша растерянно помотала головой.
– Тогда зачем ты за него замуж собралась?
– Меня что-то толкает на это, - неуверенно ответила Маша.
– Так это и есть судьба, от которой не уйти, - заявила Лидия.
– Возможно, я и соглашусь, что судьбоносные моменты нереально обойти, но всё равно право выбора стоит только за человеком, - упрямо заявила Ольга.
– Красиво говоришь, - Лидия сомнительно покачала головой, – но на деле-то всё происходит по-другому. Оля, а ты в Бога веришь?
– Верю, - твёрдо заявила Ольга.
– Так мы все под Его Волей и ходим, – Лидия наложила на себя крест и продолжила, – и каждому из людей своя судьба уготована, нам остаётся лишь безропотно нести свой крест, авось тогда Бог-то и смилуется, воздаст за смирение каждому по заслугам его.
– С вами очень трудно говорить, тётя Лида.
– Ну, а ты по-простому говори, не по-книжному, чтобы понятно было всем.
– Вот как получу образование психолога, тогда и научусь, как правильно доносить мысли, а пока… - смутилась Ольга.
– Слышала от Гали, что замуж выходишь.
– Выхожу. Мы уезжаем с Виталием в Свердловск, будем квартиру снимать, а там видно будет.
– Любишь видать его, вишь, как зарделась вся, - пошутила Лидия.
– Люблю, тётя Лида, очень люблю. За Машу вот только переживаю. Почему она выходит замуж за непонятно кого? Откуда он взялся?
– Он из хорошей состоятельной семьи, - ответила Маша.
– И только это? Но ты же совсем не любишь его. Что могло так повлиять
– Много чего, - растерялась Маша.
– Оля, не дави на неё, - попросила Галина, - не она одна в таком состоянии находятся, мы все…
Галина потерянно огляделась по сторонам, словно искала кого, затем сгребла в охапку своих дочерей и заревела белугой.
– Доченьки мои, нет больше нашего папки с нами, оставил он нас, бросил насовсем, жизни больше нет без него…
– Гал, ты это того, хватит, так и до греха недалеко, - взмолилась Лидия, - одна твердит, что жизнь не мила, другая туда же.
– А как же жить-то теперь без него? Как! А?! – закричала в голос Галина.
Валька что было силы, вцепилась в плечи матери и заголосила.
– Мамочка, не бросай нас с Машей! Не помирай, пожалуйста!
– Что ж ты делаешь, подруга, вон, и ребёнка перепугала. На вот, лучше валерианы попей. Держись, Галина, нам ещё детей поднимать нужно, а не нюни распускать. А Виктора, Царство ему Небесное, будем помнить в сердцах наших. Хоть и пьющий был, но как человек добрый и отзывчивый. Любили его все в округе. Девок вон помог тебе поднять. Машку с малого возраста, словно дочь родную воспитывал.
В глазах Маши помутнело, она без сил упала на подушку и разрыдалась. Следом за ней заголосили мать с Валькой, и Лидия с Ольгой. Первой очухалась Лидия, выпила несколько глотков воды с валерианой и заставила всех выпить.
– Раскисать не следует, от этого только всем хуже станет, - заявила она.
– Живые думают о живых, а мёртвые уже не с нами. Пошлите лучше, чайку попьём, или красненького выпьем, помянём Виктора.
– Что Сергей говорит о дальнейшей жизни с тобой? – спросила Лидия у Маши.
– Он замуж зовёт, - вяло ответила Маша.
– С замужеством погодить надо бы с полгода. Согласится ли он столько ждать?
– Свадьбы не будет, - ответила Маша.
– Так что же вы не в браке жить будете?
– В конце следующей неделе будет бракосочетание и небольшое торжество.
– Так это всё одно, что свадьба. – Лидия неодобрительно заохала. – Галина, ты то, куда смотришь? Ведь вся судьба у девки перевернётся наизнанку.
– Тётя Лида, а она и так у меня вся перевёрнута, дальше уже некуда.
– Так. Постойте! – Лидия нервно забегала по кухне. – В конце той недели девять дней поминок будет. Галя, хоть ты не молчи!
– А что я? Что я могу сделать? – Галина горько усмехнулась. – Я её уже потеряла, забрали её у меня.
– Как это забрали? Ты о чём это говоришь-то, мать моя, Машке нет ещё и восемнадцати лет, несовершеннолетняя она, ты в ответе за неё, а не эти, незнамо, откуда появившиеся люди.
– Судьба видать такая моя и детей моих, - потухшим голосом ответила Галина.