Я - Ангел

Притчина Светлана Михайловна

Маша смущённо поправила на себе новое платье и спросила у сына:

– Как ты считаешь, может быть, не стоит его надевать?

– Мы же на день рождения едем! – возмутился Антон.

– Чай не к чужим идем, а к своим можно, что и попроще одеть, - продолжала рассуждать Маша.

– Мама, ну пожалуйста, не снимай платье. Вот увидишь, ты в нём очень-очень всем понравишься.

– Но от туфель я откажусь!
– решительно объявила Маша. – Не привычная я к высоким каблукам. Пока доедем, от усталости с ног

свалюсь.

Маша надела лёгкие без каблуков босоножки и весело подмигнула сыну.

– Ну вот, теперь другое дело. Пошли на автобус.

Маша всю дорогу прикрывала глубокий вырез на платье и ругала себя за то, что послушала сына.

– Ну вот, что сейчас думают обо мне люди? Чувствую себя, как рыба, выброшенная на берег.

– Ты выглядишь очень хорошо!
– авторитетно заявил Антон. – Просто ещё не привыкла носить такие платья. Вот увидишь, когда дедушке с бабушкой понравится, тебе станет гораздо легче.

– А папе понравится?

– И папе тоже! – уверенно заявил Антон.

У дома родителей Маша в нерешительности остановилась. Антон сам открыл ворота и подтолкнул мать в спину. Во дворе их встретила Рита.

– Это что это с тобой произошло, дорогая ты наша сношенька? – охнула она.

Маша, растерянная не меньше Риты, заставила себя взять в руки и с достоинством ответила:

– Да ничего особенного не произошло. Просто решила привести себя в должный вид, не то, как бы мой муж не стал заглядываться на других женщин, моложе меня. Должна же я в форме держать себя ради этого?

Лучше бы она этих слов не произносила. Маша некстати вспомнила о недавнем разговоре с Тоней. Тоня рассказывала, что от Риты ушёл муж. Нашёл себе молоденькую смазливую девочку, которая почти ровесница его сына. Рита очень переживала по этому поводу, но вместо того, чтобы взяться за себя, она ещё сильней поправилась, да и постарела. Что не говори, но годы своё берут. Рите уже не сорок лет, а пятьдесят два.

– Это намёк в мой адрес? – желчно спросила Рита.

– Риточка, прости! Я не хотела тебя обидеть! – растерялась ещё больше Маша

– По твоим словам этого не скажешь. Вырядилась, словно на бал пришла. Отец при последнем дыхании находится, а она…. – злобно прошипела Рита.

– На каком таком издыхании? Разве можно говорить такие слова о человеке, который ещё жив. – возмутилась Маша.

– Спустись на землю, дорогуша, и посмотри на окружающий мир без своих розовых очков, не то так и будешь вечно порхать в заоблачных сказках.

Рита ещё раз придирчиво оглядела Машу и как заправский мужик зло сплюнула на землю.

– Уж не влюбилась ли ты в кого? Хахаля небось завела себе на стороне?

– А разве для мужа не нужно выглядеть хорошо?
– вопросом на вопрос ответила Маша. – Или для себя самой, к примеру. Что же плохого в том, чтобы выглядеть хорошо?

–

Ты пудри мозги сказками другим, но не мне, я твою натуру насквозь вижу

Рита демонстративно отвернулась от Маши и прошла вглубь двора к калитке, за которой размещался небольшой огород. Маша стояла на одном месте, как застывшая статуя и сейчас ей хотелось лишь одного, скрыться с глаз долой от этого дома куда подальше.

– Не слушай тётю Риту, - попросил Антон, - просто она немного злая из-за того, что от тебя папа не ушёл, а дядя Лёня её бросил.

– Антош, как ты считаешь, может быть, домой обратно поедем? – сквозь слёзы прошептала Маша.

– А как же дедушка? Он будет очень обижен на нас. И папа рассердится.

Маша обречённо вздохнула, на миг, представив, что своим уходом, только ухудшит ситуацию и опустила голову.

– Тётя Тоня приехали! – обрадовался Антон.

Маша обрадовалась приезду Тони не меньше сына. Через минуту во двор вошла Тоня со своим семейством. Увидев на Машиных глазах слёзы, догадалась.

– Не уж то, Ритка приехала ни свет, ни зоря?

– Да, - потерянно ответила Маша.

– И что из этого! – рассердилась Тоня.

– Она только что говорила мне ужасные вещи, боюсь, как бы, не было, беды какой, - беспомощно всхлипнула Маша.

– Не бери в голову. Язык поганый что ли Риткин не знаешь? Не она одна тут хозяйка, главное чтобы Серёга одобрил.

– А если не одобрит?

– Одобрит! – уверила Машу Тоня. – Да такую жену как ты на руках носить надо, а ты вечно трясёшься как лист осиновый на ветру, боишься всего на свете, постоять за себя не можешь. Прекращай слёзы лить и пошли в дом.

К удивлению Маши свекровь отнеслась к её стрижке и новому платью не так, как Рита. Она по-матерински расцеловала Машу и сказала, что новый облик ей к лицу. И молодец, что привела себя в должный вид, не то выглядела клуша, клушей. От сердца Маши отпустило. Она достала из пакета подарок для отца и отдельно рубашку с джинсами для Сергея.

– Не уж то, отцу купила их? – спросила Екатерина, указывая на джинсы.

– Это Серёже. Он приедет к вам перед обедом, сразу после выписки.

– А вот за это тебе, дочка, спасибо, - Екатерина от неожиданности прослезилась, - за то, что и мужа не забываешь, сына моего.

– Да как же я его забуду, мы же одна семья и я… - Маша смутилась.

– Как с ремонтом? Завершила? – спросила Екатерина.

– Тебе Тоня сказала?

– Тоня с Серёжей по телефону сообщили, - Екатерина по-доброму тёплому заулыбалась. – Вот смотрю я на тебя, доченька, и душа радуется за сына моего, повезло ему с тобой.

Маша благодарно прижалась к свекрови и шепнула тихо-тихо:

– Спасибо, мама. Я тебя очень-очень люблю.

– А где внуки мои? – дрогнувшим голосом спросила Екатерина.