XY?
Шрифт:
– Да.
– На самом деле все не так. Жизнь – компьютерная игра. Сейчас ты проходишь уровень. Как в классической аркаде.
– Что тогда конец уровня?
– Равно, что и конец жизни.
– Смерть?
–
– Ты на другом уровне уже?
– Нет, сорок дней ждать загрузку.
– А что там будет, на втором уровне?
– Ты не на первом уровне, чтобы переходить на второй.
– А на каком?
– Сам посмотришь когда переходить будешь.
– Хорошо, а какой тогда первый уровень?
– Первый уровень – это ты миллионер. Потом все ниже и ниже по социальной лестнице. Есть еще бонусные уровни, например, родится с неординарными способностями. – Все понятно. Только вот кто придумал эту игру? Бог? Церковь?
– Нет, Бога и церковь придумали те, кто были на первом уровне. А кто придумал я сама не знаю. Может, Интернет.
– А есть ли конец у этой игры?
– Да.
– И какой он?
– Я откуда знаю?! Мне уж самой тут надоело. Я похожа на того, кто прошел эту игру?
– Бродский, наверно, это знал.
– Объясни.
– У него строки: «Я всегда твердил, что судьба – игра…».
– Похоже на правду. Ладно, пойду ждать очереди.
– Подожди! А если мне нравится, на этом уровне я могу на нем остаться?
– Да. Суицид.
– То есть появится новый Курт Кобейн?
–
И тут я проснулся. Вместе со мной проснулись и друзья. Мы все проснулись в один момент.
У пацанов были такие лица, как будто им приснилось, что-то необычное, как мне.
– Мне сейчас такой бред приснился, – сказал Тим. – Как и мне, – присоединился Леха.
– И мне, – сказал Митя.
– Мне тоже, – протянул я.
Я посмотрел на боковое окно. Стекла машины запотели. Я попробовал порисовать, но не получилось, стекла запотели снаружи. Я об этом сказал друзьям.
– Что-происходит, где камера? – закричал Тим.
– Думаешь это розыгрыш? – спросил я.
– Да. Пойду выйду, осмотрюсь.
Он тянул ручку, но дверь не открывалась. Блок дверей даже не был включен.
– Попробуй посильнее, – посоветовал Митя.
– Никак. При обычных обстоятельствах ручка бы давно оторвалась.
– Пацаны, гляньте, – сказал Леха и мотнул головой на лобовое стекло.
Мы с Митей отвлеклись от Тима с перевели взгляд. На лобовом стекле было написано:
INFINITY
– Что там? – спросил Тим, возясь с дверью.
– Бесконечность, – перевел я.
V
– Кто же это мог написать? – спросил Тим. – Мы же никак не могли. Я дверь-то открыть не могу. – Какая разница? – сказал Леха. – Даже, если узнаем это что-то решит?
– Должно. Мы бы узнал как выйти из «Инфинити».
– Это ты так обозвал ситуацию в которой мы сейчас находимся? – спросил я у Тима.
– Да. Не зря же эта надпись дана.
– А может так зовут того, кто нас здесь заточил?
– А не Бог ли это? – спросил Митя поглядел на икону Девы Марии, важно стоявшей на бордачке. – Скорее колдун, – предположил я. – Мне эта версия больше нравится. Она реальнее, – сказал Леха.
– То есть Бога, по вашему, нет? – сказал с улыбкой Тим.
– Если бы он был нас давно бы наказал за все. – Например? – За нашу жизнь. Мы же иногда делали то, что не делали пацаны в «Заводном апельсине».
Митя заулыбался и что-то хотел сказать, но не решился.
– Мить, я же вижу, что ты что-то хотел сказать, – сказал я.
– Я вспомнил, как мы пытались вывести из себя эффект марки. А еще на следующий день пошли в военкомат сдавать анализы. У всех результаты негативные.