When the Mirror Cracks

OcSola

Прижавшись лбом к плечу Дика, Джейсон схватил брата за палец.

Стало спокойнее.

Проснуться от почти нежного поцелуя в ухо было бы, наверно, даже приятно. Если бы Джейсона целовал не двадцатитрехлетний парень, а по совместительству еще и старший брат. Спящий Грейсон совершенно себя не контролировал и, помимо попыток поцеловать, теперь еще и лез обниматься, бормоча что-то себе под нос.

– Кори… – прислушавшись, разобрал Джейсон. – Да… Кори…

Тодд усмехнулся и попытался выбраться из объятий. Старший брат был неисправим.

Выбраться

незаметно не вышло. Дик снова попытался поцеловать его, слишком живо воспринимая свой сон. Увернувшись, Джейсон подсунул вместо себя подушку.

– Совсем уже, – пробурчал он, скатившись с кровати.

– Кори… Бэбс! – простонал Грейсон, обхватывая подушку.

Сдерживая смех, Тодд постарался поскорее оставить брата наедине с его фантазиями. Лучше было не слышать новых сонных откровений.

Хотелось кофе. Рядом с братом спалось лучше, чем в одиночестве, но, чтобы проснуться окончательно и заставить голову соображать, требовался допинг. Поэтому Джейсон поплелся на кухню, надеясь взбодриться.

Умиротворенному настроению пришел конец, когда на кухне он практически столкнулся с Миднайтером.

– Доброе утро, – со своей фирменной ухмылкой поприветствовал мужчина.

– Доброе, – буркнул Тодд.

Новый союзник не вызывал у Джейсона доверия. И даже ради Дика он не стал бы это скрывать.

– Плохо спал? – сочувственно поинтересовался Миднайтер.

– Прекрасно, – неожиданно даже для себя, воодушевленно ответил Тодд.

Миднайтер молчал, пока Джейсон засыпал кофе в кофемолку. Молчал и позже, пока Тодд рассеяно варил кофе, изредка расслаблено зевая.

Джейсон тоже молчал. И предпочитал вести себя как ни в чем не бывало. В конце концов, это его квартира. Его кухня. И его Дик.

– Только себе? – с прежней насмешкой спросил Миднайтер, наблюдая за тем, как Тодд переливает содержимое турки в большую кружку.

– Я не стану будить Дика, чтобы влить в него кофе, – хмыкнул Джейсон, садясь за стол. – А ты себя уже обслужил.

Мужчина кивнул, признавая его правоту.

Обжигаясь, Тодд сделал несколько глотков. Настроение улучшалось, а глаза перестали слипаться. Да и зевать больше не хотелось.

От Джейсона не укрылось то, что Миднайтер наблюдал.

– Не нравлюсь? – наконец, спросил он.

– Нет, – честно ответил Тодд.

Врать все равно было бы бессмысленно. Не нравился. И дело было совсем не в Дике. За это Миднайтер мог бы не понравиться Барбаре. Джейсон же, как последний параноик, не доверял. И даже не собирался пытаться доверять.

Слишком многое пошло наперекосяк из-за того, что в свое время он слепо доверился Роуз.

– Зря, – мужчина продолжал изучающе смотреть. – Дикки доверяет мне.

– Разве есть другие причины, по которым я терплю тебя здесь?

Миднайтер одобрительно усмехнулся.

– Нет, – прищурившись, сказал он. – Слишком заметно, что ты сделаешь все, что он скажет. Даже если тебе это не нравится.

Хотя кто я такой, чтобы лезть в ваши отношения?

– Не лезь, – Тодд с деланной небрежностью пожал плечами.

Он почти смирился с тем, что Миднайтер думал о них с Диком. Почти готов был принять это за правила игры и следовать им.

Правда, в таком случае, его весьма раздражало то, что Миднайтер периодически игнорировал его присутствие, пытаясь флиртовать с Грейсоном.

Большими глотками Джейсон допивал кофе, пытаясь сбросить вернувшееся раздражение.

Дверь открылась, и на кухню, шаркая и потягиваясь, вошел сонно улыбающийся лохматый Дик. Подтянув джинсы и осмотревшись полузакрытыми глазами, он направился прямо к удивленному Джейсону. А когда дошел, почти навалился, облокотившись на плечи брата, и клюнул губами в макушку.

– Доброе утро.

– Доброе, чудовище, – весело отозвался Тодд, краем глаза наблюдая за изумленным лицом Миднайтера.

Их союзник огромными глазами рассматривал забывшего надеть футболку Грейсона. И, судя по мимике, увиденное ему совсем не нравилось.

– Это что? – наконец, спросил он.

Строго так спросил. Почти собственнически.

– А? – Дик поднял взгляд, просыпаясь и осознавая, что они с Джейсоном не одни.

– В прошлый раз этого не было, – все тем же тоном произнес Миднайтер.

– Прошлый раз? – ревниво прорычал Тодд.

– Потом расскажу, – пообещал Грейсон.

Он тряхнул головой, пытаясь сбить сонливость, и выхватил у брата из рук кружку с остатками кофе. Допил.

– Грейсон! – почти рявкнул Миднайтер. – Что с твоим телом?

– Неудачно погулял, – хмыкнул Дик, садясь рядом с Джейсоном. Так, чтобы у брата не было возможности уйти. Хоть и знал, что он никуда не уйдет.

Тодд прекрасно понимал, что воспоминания слишком болезненны. И не собирался оставлять брата наедине с ними.

– Подробнее, Грейсон.

– После того, как мы сбежали из Метрополиса, я слегка… вспылил, – тихо начал Дик. – Высунулся в Готэм, один, без подготовки. Естественно, меня схватили. Я несколько недель провел где-то в открытом океане, под наркотой. Каждый день меня пытали. Пытались сломать.

– Успешно?

– Да, – не стал скрывать Грейсон. – Я сломался. Не вынес боли. Наркотик влиял на мой разум, поэтому меня легко было убедить сделать что-нибудь, что было нужно моему мучителю. Мне внушили, что я должен убить Джейсона, и отправили обратно.

– Почему не убил? – уточнил Миднайтер.

– Я думал, что убил. Пырнул скальпелем в горло, он упал и не двигался. Мне больше и не надо было, чтобы поверить в его смерть, – ответил Дик. Его плечи дернулись, голос дрогнул, и Джейсон поспешил взять его за руку. Грейсон благодарно улыбнулся ему и продолжил. – Пытки и наркотики меня измотали, и я впал в кому. Еле выкарабкался. А когда очнулся, то понял, что лучше бы умер. Самое веселье только начиналось.