Warm
Шрифт:
– Ух, ты! Вот это тряхнуло!
– Алена достала тряпку и протерла витрину.
Покупатели, бродящие вокруг, достали телефоны и принялись названивать родным.
– Такого еще не было. Это уже серьезный толчок.
– Вот почему утро такое было, - догадался Денис.
– Видела, каким было солнце?
– Нет, я полночи с Вероникой не спала. У нее температура, ангина. Проспала маленько, никуда не смотрела, бегом на работу.
– Солнце было красным и в воздухе пахло нагретым железом.
– Надо бабушке позвонить, узнать про толчок и про Веронику узнать.
Денис ушел,
Вечер, после кондиционированного воздуха торгового комплекса, казался знойным. Мошкара зависла над головой и шумно сопроводила до самого подъезда. На скамейках перед домом сидели женщины с кленовыми ветками, чтобы отмахиваться от назойливых насекомых. Их мелких детишек и внучат, копошившихся в песочницах, комары, кажется, совсем не трогали.
– Ма, я дома!
– Денис прошел сразу в ванную, чтобы смыть с себя пыль и усталость.
Загадочная мать сидела на кухне.
– Что?
– удивился Денис.
– Та-дам!
– мать сдернула полотенце. Под ним лежал румяный пирог.
– С яблоком!
– Ух, ты, как я люблю.
– Что-то тронуло меня сегодня утром, один сын и того кормлю чем попало. Ставлю чайник?
Денис с матерью долго сидели за столом и гоняли чай с пирогом.
– Ма, вас трясло?
– Спрашиваешь? На работе в окне стекло треснуло.
– Знаешь, я что думаю, нам надо в один пакет собрать документы и деньги и держать у входа, чтобы на случай землетрясения не терять время на сборы, чтобы все под рукой.
– Что ты придумываешь, Денчик? Какое землетрясение. Нам начальник сказал, что это подземные провалы в карстовых пещерах. Или водой промыло или из-за откачанного газа. Представляешь, какими объемами он откачивается?
– У тебя во всем газзавод виноват. Трясет-то везде, не только у нас. Там-то почему?
– Ну, если хочешь, сделай, как думаешь, только не забудь днем убирать на место.
Два дня до...
Утром мать посмеялась над сыном, когда он раскладывал документы и возвращал деньги.
– Ты так же любишь перестраховаться, как твой отец, только ему это не помогло.
Отец Дениса погиб в автокатастрофе, попав в сильный снегопад в середине апреля на Саринском плато по дороге в Орск. К тому времени он уже предусмотрительно «переобулся» на летнюю резину, что и сыграло свою смертельную роль.
– Лучше сделать и сожалеть, чем сожалеть о том, что не сделал. Если что, будет потом повод просто посмеяться над напрасными страхами.
– Денис и не думал отступиться из-за насмешек матери.
– Мужик, - произнесла мать довольно и взлохматила прическу сыну.
– Ну, мам, - Денис отдернул голову и поправил волосы перед зеркалом.
– Воображуля. Когда будет-то перед кем воображать?
– Ма, всё в свое время.
Проблема одиночества сына занимала мысли матери все чаще. У подруг дети женились, выходили замуж, рожали детей, разводились, а ее Денис почему-то находился в стороне от этого естественного процесса, отчего ей становилось не по себе. В голову лезли дурацкие мысли о проклятье одиночества, о венце
– Пора уже присматриваться, Денис. Всех хороших сук разбирают в первую очередь.
– Фу, ма, мне не нужна хорошая сука, я же не кобель-производитель.
– Смотри мне. Еще год потерплю, а потом насильно тебя сосватаю. Есть у меня на работе одна кандидатура.
– Ма, иди уже, - Денис открыл дверь.
– Пирог доедай и купи сегодня фарш, на выходных пельмени налеплю.
– Хорошо.
Денис закрыл дверь. Мать поцокала каблуками к лифту, что-то бормоча. Он знал, что эта тема рано или поздно поднимется матерью. Сам про себя Денис не мог сказать, по какой причине он до сих пор не встречается с девушкой. Вроде как не видел он подходящей кандидатуры. Те, что были на виду, точно не входили в его круг общения. По торговому комплексу слонялись либо какие-то девицы из неблагополучных семей, шумные, матерящиеся, либо богачки, к которым не подступиться с его возможностями. Однако, Денис верил, что ему будет дан знак, когда появится та, которая станет его женой. Поэтому он был спокоен, доверив случай в руки провидения.
Денис включил телевизор на кухне и поставил чайник. Поверх картинки новостных кадров бегущая строка сообщала о большом выбросе сероводорода в Черном море. Там тоже был зафиксирован мощный толчок, поднявший на поверхность большие массы воды из глубинных слоев, насыщенных сероводородом. Часть населения, в сторону которого дул ветер, была вынуждена покинуть свои дома.
Прочие новости про землетрясения и извержения вулканов его не заинтересовали. Денис поискал про события на Черном море в интернете и удивился их скупости. Власть уже успела понизить их градус заявлениями: «ну было и было, и до этого было сколько раз и ничего». Денис выпил кофе с пирогом, собрался и вышел из дома.
Утреннее солнце пекло нещадно. Денис поднял голову и увидел, что оно окружено радужным гало, которые обычно бывают зимой. Грачи громко каркали, словно были недовольны его поведением. Лето в Оренбурге, конечно, не подарок и тридцатью градусами с утра никого не удивишь, но ощущения на коже были иными, более невыносимыми.
За те десять минут, что Денис потратил на пеший путь до работы, его руки и лицо успели загореть и на протяжении всего дня он испытывал дискомфорт. Он хотел спросить у Алены какой-нибудь крем, но вместо нее в этот день вышел смурной тип, смотрящий на всех исподлобья. У него точно спрашивать крем не стоило.
В обед, неожиданно для всех, администрация торгового комплекса решила поиграть в антитеррористическую борьбу и выгнала всех на улицу. За те полчаса, что пришлось провести снаружи, хоть и в тени, с Дениса сошло несколько потов. Температура в тени была сорок градусов, а на открытом воздухе, поднимающимся от раскаленного асфальта зыбкими струями, так и все шестьдесят.
Не выдержав нагрузки, к вечеру из строя вышел чилер общей системы охлаждения. Хорошо, что это случилось перед самым закрытием, иначе торговый комплекс превратился бы в душегубку. Многие отделы, в которых продавалась одежда, закрылись раньше. Не хотели, чтобы потные покупатели перепортили им товар во время примерки.