Взрывное дельце
Шрифт:
На лице Тома Завтра отразилось мгновенное облегчение.
– Мне здорово повезло, мистер, что я вас встретил. Когда мой хронолет гикнулся, я решил, что застряну в этом веке. Когда будете возвращаться в свое время, может, подбросите меня в нужный пункт?
– Я сделаю кое-что получше, – пообещал Смедли Фейвершем – Верну вас на пять секунд перед пунктом вашего отбытия. Ведь верни я вас в точный момент, замкнутая петля причинности вынудит вас повторить...
– Не надо! – Том Завтр вздрогнул.
Смедли Фейвершем нажал кнопку «вход» на
– После вас, – любезно сказал Смедли Фейвершем.
– Погодите-ка, – сказал Том Завтр, сверившись с приборчиком на запястье. – Нельзя ли чуть подождать? Инопланетный космолет должен вот-вот появиться. Я провчерашил в одна тысяча девятьсот сорок седьмой год, чтобы воочию увидеть знаменитое росуэллское крушение космолета, и мне очень не хочется отбыть, так и не...
Смедли Фейвершем сочувственно прищелкнул языком.
– Значит, вы не поняли?
– Не понял чего?
Смедли Фейвершем широким жестом обвел пустыню.
– Взгляните туда, куда упала ваша машина времени. Видите широкий кратер, образовавшийся от удара? Взгляните на обломки вашей машины времени, куски металла и обрывки синтетических материалов, не известных инженерам и металлургам этого столетия Фрагменты контуров, слишком сложных, чтобы в них могли разобраться ученые двадцатого века. Неужели вы не понимаете, что вы сотворили? Хрононавт пробулькал что-то невнятное.
– Это одна тысяча девятьсот сорок седьмой год, – напомнил Смедли Фейвершем, – самое начало помешательства на летающих тарелках. Когда офицеры с холлоуменской базы ВВС доберутся сюда через несколько минут, они найдут вашу поврежденную машину времени и придут к заключению, что это обломки инопланетного космолета.
Том Завтр снова булькнул, перебулькнул и пробормотал:
– Вы полагаете, что я...
– Вот именно вы, – кивнул Смедли Фейвершем. – Это же хрестомадискетный пример Парадокса Вызывания. Отправившись в прошлое, чтобы стать очевидцем исторически зафиксированного события, вы его сами и вызвали. Вы стали причиной события, ради которого сюда отправились! Дошло? Крушение так называемого росуэллского космолета – это крушение вашей машины времени
Лицо хрононавта одновременно покраснело от смущения и полиловело от гнева.
– Но.., но... – брызгал слюной Том Завтр, – все исторические дискеты утверждают, что на месте гибели росуэллской летающей тарелки были найдены трупы инопланетян!
Вновь Смедли Фейвершем обвел рукой пустыню
– Где же они?.. Совершенно очевидно, что исторические источники могут содержать ошибки.
Лицо Тома Завтра отразило разочарование и стыд.
– С тех пор как я мальчишкой узнал про росуэллское крушение летающей тарелки, я мечтал только об одном: отвчерашить в год одна тысяча девятьсот сорок седьмой и увидеть это воочию – Он покачал головой и
– Что же, бывает, – прокомментировал Смедли Фейвершем. – Вы не первый хронопрыгунчик, вызвавший историческое событие, которое хотел понаблюдать. Я как-то провчерашил аж во Францию семнадцатого века только для того, чтобы познакомиться с человеком, которого называли Железная Маска... Но когда оказался там, то не сумел снять шлем – даже лицевую заслонку поднять не смог.
Том Завтр перестал всхлипывать и вскинул голову.
– Что же произошло?
– Неважно, – сказал Смедли Фейвершем – Просто замечу, что французскую кухню восхваляют совершенно незаслуженно. Во всяком случае, если судить по кухне Бастилии... Однако нам пора отправить вас восвояси.
– Может, приберемся здесь? – спросил Том Завтр, хмуро глядя на длинную гряду обломков, которые еще недавно были его хронолетом. – Законы, регулирующие путешествия во времени, запрещают оставлять мусор в чужих столетиях.
– Вы забыли! – напомнил Смедли Фейвершем – Этот мусор мы должны оставить, чтобы офицеры с базы ВВС смогли его найти. Иначе каким образом в исторических анналах появятся сведения о том, что под Росуэллом второго июля одна тысяча девятьсот сорок седьмого года брякнулась летающая тарелка?
– Верно. – Том Завтр расправил плечи. – Что ж, я готов вернуться в свой собственный век.
Смедли Фейвершем нажал кнопку проектора искривления. Червоточина в пространстве-времени – которая в течение этой беседы тихонько занималась своим делом, втягивая молекулы воздуха в свой ненасытный вихрь – теперь заскользила над песком туда, где стоял Том Завтр. Он глубоко вздохнул и вошел в червоточину. На втором шаге его лицо внезапно исказилось.
– Э-эй, погоди! – завопил он в ужасе. – Это же не мой век. Это.
– Прощай, простофиля! – сказал Смедли Фейвершем. Раздался хлюпающий звук, и парадокс пространства-времени всосал Тома Завтра. На миг пустыню огласил его вопль – и тут же оборвался.
Весело насвистывая, Смедли перестроил траекторию своей червоточины, расширил входное отверстие так, чтобы оно охватило все обломки машины времени, а также порядочное количество песка и воздуха. Все эти физические тела исчезли в червоточине по тем же самым координатам пространства-времени, по которым Смедли Фейвершем спровадил Тома Завтра.
– Аккуратность – великое дело, – сказал Смедли Фейвершем и отключил проектор искривлений. Еще раз оглядевшись для страховки, Смедли исчез.
И тут же вернулся.
Вернее сказать, он зримо повторился. Смедли Фейвершем возвратился во времени и пересек свою собственную линию в точке, на десять секунд предшествовавшей прибытию машины времени Тома Завтра. Но Смедли весьма тщательно позаботился о том, чтобы достичь этой точки по другому вектору пространства-времени и сосуществовал с самим собой не долее одного квантового мгновения. Цикл повторился.