Взломать графа
Шрифт:
Иногда ему приходилось себя отчаянно сдерживать, чтобы не взломать файлы агентства. Но во-первых, с компаньонами так не поступают… а во-вторых, в самом начале их знакомства они с Вадом пытались друг друга прощупать. Половину техники потом менять пришлось!
Большой Босс раздраженно встряхнул головой – куда-то его занесло мыслями. Делом надо заниматься!
Гусляр тем временем тоже подобрался, поняв, что прелюдия к разговору затянулась. Только спросил:
– Как вас называть?
– Большой Босс. – обронил он, и прежде, чем Алена успела
– Алена! – шикнул отец и снова повернулся к камере. – Вы нам нужны, чтобы понять, что происходит!
– Вашим делом занимается полиция и контрразведка, их возможности несравнимы… – начал Босс.
– Свои возможности они используют для себя! Мы же знаем о собственном отравлении немногим больше, чем написано в газетах, а то, что знаем, вызывает… скажем так, недоумение!
– Поясните.
Кажется, начиналось интересное!
– Аленка прилетела за день до… происшествия. – начал Гусляр, явно подбирая слова.
Хочет быть точным или наоборот, боится о чем-то проговориться?
– Зачем? – уточнил он.
– Соскучилась! Что я, по родному отцу соскучиться не могла? – вызывающе бросила девушка.
Гусляр снова коснулся ее руки и покачал головой.
– Он еще не сказал, что займется нашим делом! – в ответ на эту немую укоризну хмыкнула она.
– Решать вопрос с работой. – пояснил Гусляр. – Мать Алены, моя бывшая жена, умерла. Алена там одна, я тут один в здоровенном доме… Я уже его продавать думал, но мы решили, будет лучше, если Алена переберется ко мне.
– В паб мы не про работу говорить пошли, а просто так! – буркнула неукротимая Алена. – У тебя полтора часа до лекции оставалось. Я предложила, мы пошли. Никого не предупреждали. Никто не мог знать, что мы туда пойдем!
– Никто. Если не считать, что как ты приезжаешь, мы туда обязательно ходим. Паб «Слон и гвоздь». Пиво вкусное и до университета недалеко, многие мои коллеги туда заглядывают. – мягко улыбнулся Гусляр.
Даже если поход в паб был внезапным, сообразить, куда эти двое направляются за полтора часа до лекции мистера Гусляра, ничего не стоило.
– Сидели около часа, выпили темного. Я помню, как мы выходим, как прощаемся: Алена собиралась домой, я – в университет. Помню, как посмотрел ей вслед… и увидел, что она падает. Потом темнота, и я очнулся в больничной палате. Представители полиции и британской контрразведки сказали, что меня отравили бывшие коллеги. Не университетские, сами понимаете.
– Хором сказали? – хмыкнул Большой Босс.
Алена вскинулась:
– Вы считаете, есть повод шутить?
– Алена… – в очередной раз мученически вздохнул ее отец. И кивнул темному экрану. – Да, это было похоже на хоровое пение. Допра… Беседовали они со мной каждый – отдельно, но их версии событий совпадают даже в деталях.
Что странно. Если расследование полиция и контрразведка ведут вместе, наверняка согласовали, что говорить. Но все равно, следователи, ведущие дело – разные люди, подмечают разное, и беседу
– Другие версии не рассматривались?
Гусляр только покачал головой.
– Несмотря на то, что нас ограбили! – снова не выдержала Алена.
А вот и интересное! Потому что об ограблении в масс-медиа ни слова.
– Разоблаченных шпионов не убивают… через десять лет после разоблачения. Это или делают сразу, пока наши секреты свежи и опасны… или дальше нас убивать – только зря время и силы тратить. Страшные тайны спецслужб, которые десять лет хранит тихий университетский преподаватель – это, знаете ли, голливудский сюжет. К тому же я сам точно знаю, что ничего такого не знаю!
«Ну да, другие могут не верить, но сам себе ты доверяешь. Проблема в том, что я – как раз другие». – подумал Большой Босс.
– А способ? – продолжал рассуждать Гусляр. – Травить в лондонском пабе, да еще непонятным ядом, да с шумной оглаской… Современная боевая химия дает столько возможностей притравить тихо и незаметно, хоть на работе, хоть в доме! В любой момент, не дожидаясь, пока ко мне приедет дочь!
– Демонстрация возможностей…
– Каких? Оказаться самыми большими лохами, которые травили… и не дотравили? Кто такие «лохи», знаете?
– Я работаю со странами бывшего Советского Союза. – напомнил Большой Босс.
– В бывшем Советском Союзе за такую безобразную работу, я бы сам своих подчиненных… – он не закончил фразу, только махнул рукой. – Что за пафосная демонстрация в стиле «предателя родины везде найдем»? Меня «везде найти» можно уже десять лет, на одном и том же месте, не усугубляя ситуацию невинной жертвой! – он кивнул на дочь.
Ну, о том, что поднятая шумиха чем-то выгодна родному правительству, Босс подумал еще читая сообщения в сети. Но обсуждать это ни Гусляр, ни сам Босс не станут. Тягаться с собственным правительством Босс не собирался – просто не потянет. С иностранным, впрочем, тоже. Так что разговор все-таки закончится тем, что он извинится и отключится.
– Ладно, допустим, новое поколение диверсантов такие вот недоучки, что мы с Аленкой живы. – фыркнул Гусляр, явственно переживающий за низкое качество подготовки этого самого нового поколения. – Но денежки наши они ловко стащили!
– Что говорит полиция?
– «…them as pinched it done her in» 2 – процитировал Гусляр. – Те же агенты спецслужб: дескать, не предполагали, что мы выживем, вот и решили заодно подзаработать.
– Логика есть. – согласился Большой Босс.
2
Бернард Шоу «Пигмалион». В русском переводе: «Кто шляпку спер, тот и тетку пришил!»