Взлетай

Калугина Анна

Со звонком в аудиторию вошёл высокий мужчина в чёрных брюках и синей рубашке. На его правой руке блестели часы, на левой виднелся браслет с эмблемой университета. Соне показалось это неуместным. Громову было сорок два года, но выглядел он моложе. Преподаватель сел за стол и открыл ежедневник.

– Добрый день! Если кто-то забыл, меня зовут Дмитрий Викторович. Я – доктор филологических наук, профессор, заместитель заведующего кафедрой. Преподаю дисциплины для студентов филологии и журналистики. Я читал вам лекции на первом

курсе…

– Да, – перебила Света, – по введению в филологию.

– Верно, – кивнул Громов, – в этом семестре я буду вести проблемы филологических исследований. Староста, где список группы? Я отмечу присутствующих, а отсутствующим передайте, что прийти на мой семинар неподготовленными – всё равно что прийти к голодному тигру. Но не прийти – ещё хуже, на сессии проблем не оберётесь.

Громов посмотрел на Софью, и она поёжилась под этим холодным взглядом. Громов показался ей странным. Она не понимала, когда мужчина шутил, а когда говорил серьёзно. Иногда он позволял себе дерзкие высказывания, и студенты не знали, куда глаза девать, даже наглецы молчали в недоумении. На парах Громова опасно было отвлекаться, особенно, если вспомнить его слова о голодном тигре.

Глава 5

Время было за полночь, но Софья и Марьяна не спали. Им не давали уснуть музыка, топот и крики, доносившиеся сверху. Марьяна лежала спокойно, а Софья уже извертелась. Она то закрывала уши подушкой, то громко вздыхала и возмущалась, надеясь, что Марьяна предложит сходить к соседям. Одной-то страшно идти к незнакомым людям. Но Марьяне больше мешала спать Соня, чем шум наверху.

Соня уже возненавидела своих соседей и перебирала в уме изощренные ругательства. Почему они устроили пьянку в будний день? Отмечают первое сентября? Неужели для кого-то первое сентября – праздник?

В конце концов, Соня швырнула на пол одеяло, накинула поверх пижамы халат и направилась к двери.

– Ты куда? – спросила Марьяна.

– Угадай!

Соня поднялась на четвёртый этаж и постучала в дверь комнаты, которая находилась над ними. Ей открыл парень в одних трусах и с бутылкой в руке. Парень едва держался на ногах. Его кудрявые рыжие волосы стояли дыбом, на спине болтался галстук, а на груди фломастером было написано «Мой зайчик».

– Какие люди! – он попытался сфокусировать взгляд на Соне. – О, а вы красивые люди! Девушка, вы к кому?

– Ведите себя тише, – гневно прошипела Софья. – Первый час ночи!

– Да ладно? – парень искренне удивился. – Понял, извиняюсь, – его язык заплетался. – Костян, выключи радио! Обещаю, мы будем тише.

– Спасибо! – рявкнула Софья.

Девушка вернулась в свою комнату и со злостью взглянула на Марьяну, которую происходящее, казалось, не беспокоило. Соня выключила свет и легла на кровать. Только она успела укрыться одеялом, как раздался громкий смех.

– За

что мне это наказание?!

– Успокойся, – сонным голосом пробормотала Марьяна. – Они скоро прекратят.

Софья схватила вилку и со всей силы застучала ею по батарее. Пьяный гогот затих, но раздался ответный стук по батарее и такой сильный, что задребезжали стекла.

Софья едва не плакала. Если она сейчас не заснёт, то завтра без сил пролежит на кровати. Она не может, как другие студенты, прийти на занятия после бессонной ночи. Это её последняя возможность получить высшее образование! Что подумают одногруппники, если она сразу начнёт прогуливать?

Софья поднялась к соседям и яростно забарабанила в дверь. На этот раз ей никто не открыл, но в комнате воцарилась мёртвая тишина.

– Я знаю, что вы там! Открывайте!

– Иди спать, малышка!

– Одной не спится? Хочешь переночевать у нас?

И снова пьяный гогот. Парни посчитали свою шутку невероятно смешной.

«Неужели мне никто не поможет? – в отчаянии думала Софья. – Где комендант, обязанность которого – следить за порядком? Почему не жалуются люди из соседних комнат? Им не мешают пьяные крики? Где, в конце концов, эта дурная Марьяна? Почему я одна сражаюсь за общее спокойствие?»

Соня поняла, что бессмысленно ждать, пока пьяницы откроют дверь.

– Ещё звук – и я напишу на вас жалобу! – напоследок крикнула девушка.

Соня дошла до лестницы и резко остановилась. Она почувствовала, что у неё трясутся ноги и кружится голова. Девушка вцепилась руками в перила и медленно спустилась по лестнице. Со страху она готова была стучать в соседние двери и звать людей на помощь, но здравый смысл подсказывал, что паническая атака скоро пройдёт, а переполох, который она устроит в общежитии, не забудется.

Соня всхлипнула. Почему родители так с ней поступили? Почему сослали её в другой город? Завтра она позвонит им и всё выскажет! Если доживет до завтра. Соня почувствовала, что теряет сознание. Словно издалека она услышала голос Марьяны и пришла в себя, когда почувствовала, что соседка льёт ей на голову холодную воду. Соня отчаянно замахала руками.

– Что ты делаешь, ненормальная?!

– Легче? – озабоченно спросила Марьяна.

Соне вправду полегчало. Она посчитала пульс – успокоился. Ноги перестали дрожать, в голове прояснилось.

– Часто с тобой такое случается?

Соня промокнула лицо полотенцем и ответила:

– Это переутомление, не обращай внимания. Мне сложно привыкнуть к новому городу, да ещё соседи – придурки! Я понервничала, давление подскочило.

– Это была паническая атака?

Соня вздрогнула и затравленно посмотрела на Марьяну. В Твери она боялась, что знакомые догадаются, почему ей часто становится плохо, и примут её за сумасшедшую. Но Марьяна смотрела на неё с сочувствием. Похоже, она не собиралась звонить в психушку.