Вызов
Шрифт:
— Только по нему, суки! — заорал кто-то, — Не заденьте других.
Отстреливаясь, игроки отступали к выходу. Прежде, чем я видел первого из них, семибист прикончил очередного. Вскоре я увидел всех четверых, кто остался в живых. Один двигался с трудом, я был уверен, что он станет следующей жертвой. Зрелище было пугающим и завораживающим одновременно. Метались лучи фонариков, сверкали вспышки выстрелов, освещающие испуганные лица. В воздухе порхала черная как ночь летучая мышь, грациозно уворачивалась, зависала, резко бросалась. Ужас и невозможность предсказать, что она будет делать в следующий момент, не давали стрелкам сделать прицельный
Один из оставшихся воспользовался случаем и выстрелил из подствольного гранатомета в барахтающееся на полу скопление ненависти. Граната, кажется, смогла нанести урон семибисту. Взрыв отбросил его на несколько метров назад. Дезориентированный, он бился на бетоне, пытаясь взлететь. Оставшиеся трое игроков, понятное дело, поспешили убраться прочь.
Семибист, наконец, пришел в себя и, хлопнув крыльями, поднялся в воздух и последовал за беглецами. Я заметил, что теперь его движения сильно потеряли в грациозности. Неуязвимость была небезгранична.
Прошло не больше полминуты и донеслись выстрелы с верхнего яруса. На моем лице появилась злорадная улыбка, что, добыли себе бонусов, твари? Я поднялся и отряхнулся. Нетопырь будет гнать их до самого верха. Даже если они смогут его убить, в чем были сомнения, то навряд ли они рискнут вернуться без подкрепления. Я бы не стал. Не зря говорят, что тот противник безопасен, который уверен, что держит тебя в руках. Их самоуверенность стоила им уже четверых. При этом неизвестно, что случилось с пятым и дойдут ли оставшиеся до выхода.
Тут я вспомнил о награде. Активировал ПеГГИ, поискал информацию о победе. Устройство сообщило, что за выстрел в голову мне полагался большой бонус. И сработал множитель х3 за открытый тайник номер 101. Очень недурно. Далее в списке шла информация об уничтоженных семибистом игроках. И что особенно приятно, была пометка от BG, которая уведомляла, что решение об авторстве убийств будет приниматься жюри. Судьи должны были выбирать, присудить ли победы мне или считать все смерти самоубийствами. Я был бы доволен, если бы за этих уродов выдали даже малые бонусы.
Нет ли среди них кого-то из первого сквада спонсоров? Я подошел к двери тайника, где лежала первая жертва семибиста. М-да. Картина была не из приятных. Опознать в месиве из костей и мяса кого-либо было невозможно. Никогда не отличался излишней впечатлительностью, но от этого зрелища меня слегка замутило. Игрок был просто разорван на фрагменты. Блестящая плоскость двери была заляпана внутренностями, пол вокруг залит кровью. Разломанные полукружья ребер валялись по меньшей мере в двух метрах друг от друга. Конечности, конечно же, были оторваны. Одну руку я так и не нашел. Впрочем, особо и не искал. Зрелище было ужасно — мясорубка. В месиве лежал пистолет-пулемет. Не было желание чистить его, поэтому я отказался от этого трофея.
У двери лежало покрытое кровью устройство, которым хотели открыть дверь. Куском полуистлевшей ткани я вытер его и обнаружил таймер. Бомба. Я отключил питание и закинул ее в рюкзак. Работоспособность проверять не было времени. Сверху все еще доносились выстрелы. Стрельба стала реже и шла, пожалуй, уже на последнем
Между тем сверху все стихло. Чем бы там все ни закончилось, мне нужно было выбираться. Было интересно, догнал ли семибист всех, или его смогли уничтожить. Был шанс столкнуться с ним лицом к лицу. Если он сочтет меня ответственным за то, что случилось, мне придется добивать его одному. Так что исход, при котором побеждали игроки, устраивал меня больше. После полученной взбучки они скорее забьются в какую-нибудь нору, чем продолжат воевать.
Но была еще и Изабель. Когда она узнает, где я, то сразу прибежит, и вряд ли Грег сможет ее остановить. Я понимал, что рано или поздно мы встретимся, но почему-то хотелось, чтобы ее убил кто-нибудь другой.
Я вернулся на второй уровень. Осторожно выглянул. Двигающихся тепловых пятен не было. Только в конце площадки что-то слабо светилось на полу. Я включил фонарик и, переходя от колонны к колонне, пересек уровень. Когда я приблизился достаточно близко, то увидел лужу крови и лежащие в ней тела. Семибист скорчился на трупе одного их игроков. Нетопырь был еще жив. Он начал возвращаться в человеческое обличье, но не смог полностью обратиться. Левая часть тела и голова были человеческие, а справа оставалось сильно искореженное крыло-конечность. Длинные крючки-пальцы подрагивали, скребли бетонный пол. Времненами все тело семибиста охватывала дрожь.
Держа его в прицеле, я обошел его и встал у человеческой половины. Черт его знает, на что они способны даже в таком состоянии. Наемник услышал мои шаги, поднял трясущуюся голову, чем напомнил старика с тремором Паркинсона. Затуманенный взгляд нашел на меня. Трудно было поверить, но он улыбнулся.
— А, Кори. Твоя работа?
— Мина? Моя, — кивнул я.
— Отличная провокация! — в голосе я услышал искреннее одобрение. — Добьешь? — прозвучало не как вопрос, а как просьба.
Я изумленно поднял брови.
— Нет проблем. А почему?
— У меня не получается полностью обратиться, — семибист уронил голову и уткнулся лбом в залитый кровью пол. — Это очень больно. Все равно никто не станет заниматься лечением, также и пристрелят. Так чего тянуть?.. И хватит заниматься херней, — с неожиданной злостью и силой сказал он, — делай, что должно, и выживешь. В игре уже есть один блаженный. Будешь помогать униженным и оскорбленным — станешь им! — он схватил рукой волосы трупа и рывком поднял его голову, едва не оторвав. Не первый сквад, отметил я про себя. Вспышка гнева истощила запасы сил семибиста, он закрыл глаза и затих.