Выживание
Шрифт:
— Кто эти мужичины? — спросил я, стараясь не привлекать чужого внимания.
— Люди, которые обычно приносят крайне паршивые новости. Глава внешней разведке империи и министр обороны. Вместе они собираются только в случае, если возникла угроза нападения на империю.
Это действительно было очень серьёзно. При моей жизни империя не вела никаких войн. Но до этого момента она из них практически не вылезала. Слишком много вокруг нас желающих наложить руки на чужое. И постоянно приходилось по этим рукам бить. Бить очень сильно, но никого это всё равно не останавливало. Похоже, что
Император немного подождал, пока схлынет основная масса заверений, что никаких обид у присутствующих нет и быть не может, и продолжил.
— Сегодня я собрал вас не просто так, а для того, чтобы представить одного человека. Пусть он ещё очень молод, но уже настолько амбициозен, что метит на место моего первого советника.
По залу побежали лёгкие смешки. Воронцов оказался очень быстрым. Успел донести до своего господина содержание нашего разговора.
— Что же, я буду только рад, если у него это получится. Амбициозные молодые люди — это будущее империи. Тот локомотив, что будет тянуть её вперёд, снося все препятствия на нашем пути. А пока, позвольте вам представить, одного из самых молодых князей в истории империи. Князь Александр Александрович Чернышёв-Апраксин. Александр, будь добр, поднимись ко мне.
В зале повисла тишина и гости начали крутить головами по сторонам, пытаясь отыскать меня. Похоже, что у совета двенадцати отлично вышло скрыть эту информацию до нужного времени. Появление рода, который уже все считали давно исчезнувшим, поразило присутствующих.
— Чего замер? — толкнула меня в спину наставница. — Раз император зовёт, нужно идти. И помни то, о чём мы с тобой разговаривали по дороге сюда. Ты должен показать этим людям, что из себя представляешь.
Алексей Петрович последовал примеру баб Насти. В том смысле, что также начал меня толкать вперёд, говорить он ничего не стал.
Сказал Вениамину, чтобы он оставался с наставниками, а сам направился в сторону сцены, чем сразу привлёк к себе всеобщее внимание. На меня смотрели оценивающе. Так, словно на какое-то животное в зоопарке. Или вообще в магазине. И это мне очень не нравится.
Особенно не нравится, что никто даже не думает уступать мне дорогу. Стоят на своих местах, словно сделай они шаг в сторону и сразу же потеряют общественный вес в глазах остальных.
Поэтому я решил сейчас сделать так, как говорила наставница. Создал клин из страха, вложив в него добрую половину силы, и двинулся напролом, с гордо поднятой головой и чувством собственного превосходства в глазах.
Никаких линз я больше не носил. Это уже было не нужно. Поэтому мои глаза вкупе со страхом действовали просто великолепно. Защиту большинства из присутствующих я не мог пробить, но они ощущали давление и когда встречались со мной взглядом, то уходили с дороги.
— Рад за тебя. — произнёс князь Романов, появившись слева, и похлопал меня по плечу, едва всё не испортив.
Мне с огромным трудом удалось сохранить невозмутимость и не поблагодарить его. Но это было далеко не последнее испытание. За те несколько секунд, что я шёл к сцене, появились все главы старших семей, что проголосовали за меня на совете двенадцати.
Последним оказался прадед Матвея. Он стоял практически вплотную к сцене, возвышаясь над всеми гостями. Великан, который легко сможет забороть медведя и этот великан, в отличие от других князей не ограничился простым похлопыванием по спине или плечу.
— Давай я тебя подсажу, парень. — пробасил дед Матвея и не дожидаясь моего согласия, взял и поставил на сцену.
Плевать он хотел на страх, который тут же кинулся на обидчика. Плевать он хотел на всех окружающих, которые смотрели на нас, пооткрывав рты. И плевать он хотел на все нормы приличия. Просто взял и поднял меня на сцену. Захотелось ему так.
— Спасибо, Леонид Васильевич, вы крутой. — сказал я ему.
Просто не мог промолчать. Хотя другим князьям я ничего не говорил, лишь улыбался и слегка склонял голову, как и положено перед равным тебе по статусу. Хотя любой князь стоит на несколько ступеней ниже князя из старшей семьи. Но я исключение из правил. Мои предки были выходцами из двух старших семей. Так что здесь у меня всё отлично.
— А вот и главное действующее лицо нашего сегодняшнего вечера. — сделав вид, что всё в порядке, произнёс император.
Он подошёл ко мне, пожал руку и даже слегка приобнял. Ну точно, после этого вечера подавляющее большинство имперской знати будет ненавидеть род Чернышёвых-Апраксиных. Какой-то сопляк умудрился склонить на свою сторону столько глав старших семей и самого императора.
— Прошу любить и жаловать князь Александр Александрович Чернышёв-Апраксин. Тринадцать лет назад его родители погибли, а сам Александр попал в детский дом, и вот сейчас он вернулся, чтобы заявить свои права на наследство. Его заявление было рассмотрено советом двенадцати и полностью удовлетворено. А теперь слово тебе Александр.
Вот же подстава. Никто не говорит мне, что придётся толкать речь на приёме. Я думал, всё провернут без этого. А мне нужно будет просто ходить, улыбаться и в нужный момент перекидываться парой фраз с гостями. Но ничего, сейчас что-нибудь выдам.
— Благодарю, Михаил Юрьевич. Я как верноподданный Российской империи постараюсь сделать всё, чтобы род Чернышёвых-Апраксиных не посрамил отечества. А про место первого советника вам стоит подумать уже сейчас, пока у меня ещё есть время заниматься этим. У меня грандиозные планы по развитию рода, и когда все они начнут осуществляться, времени не будет даже на сон.
Император рассмеялся, что хоть немного разрядило гнетущую атмосферу, повисшую в зале после его появления. А вот меня его смех заставил передёрнуться. Словно льда за шиворот насыпали. И даже непонятно, почему такая реакция.
— Всем бы молодым людям такие амбиции. Уверен, что у тебя всё получится. А теперь, господа, прошу не стесняться и пользоваться моим гостеприимством. Оставляю юного князя вам, а сам вынужден откланяться. Дела, не терпящие отлагательства.
Сказав это, император направился прочь со сцены. Его молчаливые сопровождающие двинулись следом. А я, как дурак остался стоять на сцене, не зная, что делать дальше. Но мне на помощь пришёл всё тот же князь Шуйский.