Вывоз мусора
Шрифт:
Вот Тони и решил: если не мозг, то что (переносит его на пикет в приступе психоза)? Вряд ли жопа, как и не пенис (трепетно встающий при виде Подравки) и, естественно, не ноги, несуразно вытянутые под влиянием новой экранизации «Пены дней» Бориса Виана (L''ecume des jours, режиссёр Мишель Гондри, в главных ролях Ромен Дюрис, Одри Тоту, Гад Эльмалех; Франция, Бельгия, 2013). Сколь модернистским ни являлось бы творчество французского писателя, не сомневался Тони, удлинённые ноги, опять же, управляются мозгом.
На самом деле всё, что известно о механизме распознавания запахов, можно сравнить
Предполагается, что каждый рецептор может реагировать лишь с молекулами конкретного типа и молекула-одорант выступает в роли своеобразного ключа, который «подходит» лишь к единственному рецептору. Однако эта логичная и внешне непротиворечивая модель плохо соотносится с экспериментальными данными. К примеру, известно, что молекулы идентичной формы могут пахнуть совершенно по-разному, в то время как абсолютно разные молекулы нередко пахнут одинаково. Чтобы объяснить эти несоответствия, необходимо выяснить, как именно взаимодействует рецептор с молекулой-одорантом.
Как бы то ни было, Гомес предпочитал так называемую Квантовую гипотезу, предложенную биофизиком Лукой Туриным (Luca Turin) в 1996 году и подтверждённую позже экспериментально группой учёных из Лондонского центра нанотехнологий (London Centre for Nanotechnology, LCN). Они пришли к выводу, что в основе восприятия запахов лежит туннельный эффект, описанный в рамках квантовой физики: благодаря волновым свойствам элементарная частица может перемещаться вопреки классическим законам. Элементарные частицы, к примеру, способны преодолевать непроницаемый барьер и даже переходить в невозможные, казалось бы, энергетические состояния.
Исследователи предположили, что под действием атомарных вибраций одоранта электроны в молекуле-рецепторе переходят в запрещённый энергетический статус, формируя нервный импульс. При этом разные рецепторы реагируют на вибрации конкретной частоты, а не на молекулы конкретного типа.
По мнению исследователей, распознавание одорантов больше похоже на считывание магнитной карты, нежели на взаимодействие типа «ключ – замок». То, что рецепторы реагируют в первую очередь на колебания молекул, позволяет объяснить феномены, противоречащие традиционным представлениям, – прежде всего тот факт, что разные по строению вещества пахнут одинаково, а практически идентичные – абсолютно по-разному. Частота колебаний атомов в молекуле определяется ее размером, составом и формой, при этом молекулы разной формы могут производить очень похожие колебания. Учёные отмечают, что химическое и механическое распознавание молекул тоже способно играть определённую роль в распознавании запахов, однако ключевыми здесь являются именно квантовые эффекты.
Гипотеза как гипотеза, но в отличие от других подобных теорий Тони привлекала здесь роль вибрации.
На этом «воображении», правда, Гомес остановился.
Что дальше – он не представлял, да и как представить? Ведь если параллельный мир на самом деле существует, едва ли для переноса туда хватит «паники» (читай – электрического поля нейронов). Даже исходя из более-менее доказанной Интерпретации Эверетта перемещение в другую реальность требует огромной энергии. «Энергии воображения», – искал Тони простых сравнений, чтобы как-то продвинуться и не заскучать. Интерпретация Эверетта (или Множественная интерпретация квантовой механики, Many Worlds Interpretation) была сформулирована американским физиком Хью Эвереттом (Hugh Everett) ещё в пятидесятых и действительно допускала существование в некотором смысле «параллельных вселенных». Согласно гипотезе, в каждой такой вселенной действуют одни и те же законы природы, им свойственны одни и те же константы, но находятся они в различных состояниях.
В ту ночь он так и не заснул, а к утру позвонил Эл: не знакома ли она с работами Хью и как Элла думает, хватит ли у Тони энергии (энергии воображения) для нескольких реальностей?
Нет, с работами Эверетта Баффи не знакома.
Она спала, за окном у неё шёл дождь. Что же за человек этот Тони! Видно, не зря он нашёл её в космосе (рассеянный диск). Нашёл бы на Земле – не звонил бы. Не звонил бы, давно разлюбил бы её и не придумывал её образ. Ведь она не такая. Не такая, как раньше, и уж тем более не такая, какую он придумал себе. Впрочем, и не придумать её Тони не мог. Любовь придаёт воображения, а безответная любовь особенно.
– Не знаю, Тони, всюду вонь.
В Москве и правда стояла вонь. В воздухе летали молекулы стирола и бензпирена. Содержание фенола вызывало тревогу у мировой общественности. Всюду кружились формальдегид, сероводород и говно. Судя по сводкам метеорологов, говно прилетало с юго-востока. Концентрация диоксида азота явно зашкаливала. В целом же запах столицы напоминал запах выгребной ямы. Иначе говоря, русские дышали канализацией, а МЧС их уверяло, что нет, это не говно и воздух пригоден для жизни. Редкие дожди что-то там смывали, но даже Баффи ощущала гадкую во всём том ложь.
– Я и сама стала врать. Не верь мне, – Эл приоткрыла окно. После дождя воздух и впрямь казался чище.
– Не буду, – ответил Гомес. Он явственно ощутил прилив радости (мало ли что означает «не верь»). – Не буду, – согласился Тони и повесил трубку.
Видно, он и вправду влюблён. Отсюда открытость, уколы совести и, вероятно, воображение (как знать?); образы, запоздалый протест и как следствие – причудливые «пикеты». Стоит же разлюбить – начинаешь всего бояться, и уже всё равно, чем дышать – фенол ли это, сероводород или выгребная яма.