Высшее Благо

Митчелл Сэнди

– Если только их действиями не руководит разум улья, - подчеркнул Яил.

– Не на сей раз, с ними нет синаптичекого существа, - нетерпеливо возразила Килдхар, словно это было очевидным.

– А их могли запрограммировать заранее?
– спросил я.
– Вроде как сервиторов?

– Интригующее предположение, - вклинился Шолер, прерывая ее негодующее отрицание, - в предыдущих записях не говорится о таких случаях, но это не означает, что такое невозможно.

– Да вы все опасаетесь теней!
– с пафосом провозгласила

Килдхар, оставляя любые попытки казаться спокойной, - если у нас есть шанс превзойти флот-улей, и не только здесь, но и в остальной галактике, то мы должны оставаться беспристрастны!

Она глубоко вздохнула.

– Я извиняюсь за неуместную горячность моих фраз.

– Да мы все в напряжении, - дипломатично отозвался я, хотя лично сомневался, что космодесатники видят в этой ситуации что-нибудь необычное. Они всю свою жизнь сталкиваются с врагами Императора, и вряд ли трепетали перед своим последним врагом, когда смотрели на него через прицел болтера.

– Может быть вы желаете проинспектировать клетки?
– спросил Шолер, обращаясь ко мне, хотя едва заметный кивок головы говорил о том, что Яил тоже приглашен, - может быть это чуть успокоит вашу озабоченность.

– Возможно успокоит, - ответил я, хотя всецело в этом сомневался.

Клетки находились на несколько уровней ниже комнаты для брифинга, и как я предполагал, температура воздуха была значительно ниже. Я дрожал, посему с благодарностью вцепился в теплую кружку рекафа и теплую булочку с гроксом, которую на мою радость где-то умудрился изыскать Юрген.

– Видите?
– спросила Килдхар, в ее голосе слышались нотки человека, указывающего на очевидную правду.
– образцы полностью изолированы.

– Так и должно быть, - заключил я. Мы смотрели вниз на отвесную квадратную шахту со стенами из керамита, слишком скользкого, чтобы за него могли зацепиться когти кишащих внизу гаунтов, нас разделяло бронестекло, столь толстое, что его можно было использовать в смотровом окошке водителя "Леман Русса". Между нами виднелась металлическая сетка, закрывающая шахту, по которой то тут, то там, из-за влажного прохладного воздух, проскакивали разряды электричества. На случай, если кто-то из тварей умудрится взобраться наверх.

– Конечно же генокрады тут же бы поднялись по стенам, но гаунты менее приспособлены к лазанью.

– Я счел благоразумным на время ограничить наши исследования хормагаунтами, - произнес Шолер, - учитывая относительную легкость обезопасить их.

– Весьма благоразумно, - тактично заметил я, с учетом того, что они на самом деле были решительно настроены идти тем курсом, что ведет к катастрофе. Термагаунты могли стрелять, генокрады уже доказали свою способность выбраться на волю, а большая часть остальных существ во льду или же могла самостоятельно прокопать себе путь к свободе, или же были достаточно сильны, чтобы пройти прямо сквозь стены, или могли

напрямую связаться с разумом улья, ничто из этого в данный момент не казалось особенно притягательным.

– Тогда я не вижу причин, почему недавно обретенные образцы не поместить в клетку, - сказала Килдхар, мстительно возвращаясь к изначальному вопросу. Яил и я повернулись к Шолеру, дабы он наконец-то убедил ее, но к нашему обоюдному удивлению он, казалось, колеблется.

– Возможно хормагаунтов, - задумчиво произнес он, пока мы с Яилом смотрели друг на друга со смешанным чувством испуга и неверия.

– Вы же сами сказали, что риск неприемлем, - убеждал я, и апотекарий задумчиво кивнул.

– Говорил, - медленно ответил он, - но с другой стороны, магос Килдхар предоставила исчерпывающие аргументы. Вопрос времени бесспорно важен, а наша работа значительно ускорится, если у нас будут данные для анализа.

– А что насчет других образцов?
– на мгновение опередив меня, задал вопрос Яил, - Они будут уничтожены?

– Категорически исключено!
– воскликнула Килдхар, - на некоторое время мы можем оставить их на борту харвестера, и будет изучать их там.

– Ага, и вас тут же сожрет рой, как только ударит вторая волна, - добавил я, совершенно не пряча то, что я чувствовал на самом деле.

– Мы можем предпринять подходящие меры предосторожности, - сказала Килдхар, - вроде тех, что предприняли относительно образцов в клетках. Я уже дала инструкции капитану, чтобы он снял ограничители в силовом двигательном ядре. Если будет необходимо, мы сможем взорвать его, и уничтожить весь груз.

– Может сработать, - с неохотой признал я. Не удивительно, что капитан выглядел столь огорченным.

– Да, - уверила она меня, возможно посчитав согласие за уступку.

Я повернулся к Шолеру:

– Вы тоже самое сделали с замороженными?

– В каком-то смысле, ответил он, - предложение магоса Дисена было весьма разумным. Реакторы были перенастроены, чтобы сбросить плазму прямо в зал, дабы почти мгновенно испарить там все. Единственная требующая времени операция - вывести клапаны давления на поверхность, чтобы пару было куда уходить.

Он позволил себе едва улыбнуться, необычное выражение лица для Адептус Астартес.

– Есть какая-то странная ирония в уничтожении святилища, ради его спасения.

– Совершенно верно, - ответил я, менее уверенный, чем хотелось бы, - эти клапаны. Они ведь не настолько большие, чтобы по ним можно было проползти?

– Комиссар, у нас есть воображение, - ответила Килдхар, - конечно же нет.

Она замешкалась:

– Ну, некоторые из меньших, полагаю, вполне бы подошли, но мы закрепили в конце шахте решетки. Да и вряд ли туда кто-то полезет, все образцы заморожены.

– Это верно, - ответил я, - но я беспокоюсь о том, что может заползти снаружи.