Вырай
Шрифт:
Парень едва не забыл, для чего пригласил Марушкину. Но чувство долга взяло верх, и он попытался поймать взгляд девушки.
Ничего не вышло. Ира танцевала, слегка опустив ресницы. Она то склоняла голову на плечо однокласснику, то откидывала её назад, мечтательно улыбаясь.
— Ирочка, ты сегодня такая красивая! — Решил применить тяжёлую артиллерию Коваль.
— М-м-м, спасибо, — промурлыкала Ирина.
— Ты знаешь, я ведь только сейчас понял, что не видел тебя. Смотрел, но не видел. Может, зря?
Ира открыла глаза и снова
— Славочка, дорогой, не надо. Не прокатит.
— Что не прокатит?
— Выпускной, витающая в стенах школы аура романтики, торопливый секс в туалете с одноклассником, которого больше никогда не увидишь — вот этого всего не надо. Не порти впечатление от вечера ни себе, ни мне. Танцуй. У тебя прекрасное чувство ритма.
— Да ты что, я совершенно не об этом! Просто мы и вправду с тобой вряд ли увидимся. А проучились бок обок одиннадцать лет. Хочу тебя запомнить вот такой — красивой.
— Раз так, мне не жалко. Запоминай. — Улыбнулась Ира.
Три секунды. Три секунды ровно Марушкина насмешливо смотрела на Коваля, а затем опять отвернулась.
Но Слава успел увидеть себя вверх тормашками.
Когда танец закончился, парень подошёл к столу, налил стакан безалкогольного сока, жадно выпил. Поймал взгляд Максима Андреевича и еле заметно кивнул.
***
Встреча рассвета в связи с тем, что из деревни выходить было нельзя, плавно превратилась в прогулку по улице. Семашко-старший должен был развезти взрослых по домам на своём микроавтобусе. Учителя уже загрузились в автомобиль, а родители всё толпились у машины и давали последние указания.
— Славик, я надеюсь, ты голову не потеряешь? Не забывай — за околицей опасно. Да и здесь, что бы Николаевна ни говорила, особо не расслабляйся.
— Мам, ехай уже! Расслабишься тут, — пробурчал Коваль, исподтишка наблюдая за Ириной, ожидавшей остальных чуть поодаль.
Галина перехватила взгляд, но решила, что сын недовольно смотрит на Олега.
— Ты мне это! Прекрати! — Подхватила Славку под локоть и отвела чуть подальше. — Без ножа меня режешь! Чего ты возмущаешься? Скажи спасибо, что мы вообще вас на ночь глядя отпускаем бродить! Да милиционер единственный, у кого оружие! Мало ли что!
— Мама, да я…
— Что мама? Я уже восемнадцать лет мама!
— Во-первых, — разозлился Слава, — пули берут не всех. Некоторым они по-барабану. А во-вторых, я же не дурак! Конечно, пусть идёт, с нами ведь девушки. Я на Ирку смотрел — жалко мне её! У человека жизнь поворот делает, а родакам плевать!
Галина смутилась:
— А, ну, тогда конечно. Извини, сынок, что я так… Нервы расшатаны. Хорошо вам погулять.
Слава посмотрел на маму сверху вниз, немного наклонился и поцеловал в лоб:
— Только не надо говорить, что это я тебе их расшатал.
— Так, товарищи. Уезжайте. — Ожил Олег, которому надоело смотреть на квохчущих сельчан. — В толпе сложнее следить
Взрослые скомкано попрощались и уехали. Возле школы остались лишь Артём, Вячеслав, Ира, Марина, Максим Андреевич и Буревич.
— Ну, что — пошли? До рассвета меньше часа, надо найти подходящее место. Не будем же и вправду болтаться по деревне всё это время. — Семашко поднял воротник пиджака и не спеша пошёл вперёд.
Макс придержал участкового за плечо. Тот остановился и с интересом уставился на учителя.
— Олег, нужно поговорить. — Сказал Бондаренко, когда молодёжь отошла на пару метров вперёд.
— Я слушаю. — Инспектор по тону понял, что разговор серьёзный.
— Поскольку идёшь с нами, придётся ввести тебя в курс дела. — Чтобы не терять подопечных из виду, Макс не спеша двинулся следом. Олег за ним.
— И? Что за дело?
— Знаешь Ирину Марушкину?
— А как же. Хотя, конечно, ближе родителей, чем её саму.
— В общем, это не Ира.
— А кто?! — Громко спросил Олег.
— Да тише ты.
— Извини, — прошептал инспектор.
— Максим Андреевич, как вам автобусная остановка? — Ира обернулась и показала на лавочку и навес.
— Ирочка, где у нас восток? То-то же. Что мы отсюда увидим? Дырку от бублика. Думайте дальше, ребята. Вы же здесь выросли, каждый куст знаете, — Макс зашипел: — это Ольга Васильевна, та старушка, труп которой в бочке нашли.
Олег хотел было рассмеяться. Потом, поняв, что собеседник совершенно серьёзен, хотел покрутить пальцем у виска. А затем принял во внимание, что он сейчас в Красноселье, в котором уже который месяц творится не пойми что. Поэтому просто сказал:
— Так. Попрошу по порядку.
Макс торопливо, кратко, обрисовал ситуацию. Конечно, всё не рассказывал, упомянул лишь, что «покойная» директор школы на самом деле ведьма, способная переселятся в чужие тела, благодаря чему живёт уже больше трёх веков. И что есть железные доказательства, что сейчас она обосновалась в Марушкиной.
На резонный вопрос «а где же сама девчонка» Максим лишь пожал плечами и сказал, что ведьма имеет прямое отношение к тому, что в конце зимы в Красноселье завелась нечистая сила. Вот тут, почуяв премию или даже повышение, Олег стал слушать более внимательно.
Бондаренко его разочаровал, сказав, что на подробности нет времени, но доказательства у него железные.
— Лады. Тогда надо эту вашу Иру-Ольгу допросить. Я вызову подкрепление.
— Ты что, не надо. Забыл? Она ведьма. Эта личность спокойно влезает в головы другим людям. Ты и не заметишь, как ерунду какую-нибудь в рацию скажешь. — Макс подумал о способностях, которые в последнее время демонстрирует Сычкова, а ведь она только-только начала их изучать, и добавил:
— К тому же ты не представляешь, что такое колдовство. Мы и пикнуть не успеем, как останутся от нас рожки да ножки, никакое подкрепление не успеет приехать. Надо подумать.