Вырай

Боровикова Екатерина

— Да вот, мама попросила в город съездить, в магазин.

То, что она сама уговорила родителей дать денег и отпустить на пару часов, девушка решила не рассказывать. Из-за последних событий девушка всё время нервничала, поэтому решила хоть немного расслабиться. А шопинг — лучшее для этого средство. Марина хотела побродить по магазинам в толпе незнакомых людей, посмотреть, померить, подивиться ценам. Может, и купить что-нибудь бесполезное, но милое сердцу. Зайти в какое-нибудь маленькое кафе, выпить горячего шоколада. Это в деревне сейчас поздний вечер, а

в городе только начинает бурлить жизнь.

— А вы куда едете? — Марину на самом деле совершенно не волновали планы бывшей учительницы, но вежливость предполагала поддержание разговора.

Ольга Васильевна фыркнула и весело ответила:

— Решила молодость вспомнить. Призрака еду ловить.

Марине внезапно стало интересно:

— Это как?

— Подруга позвонила, сказала, что у них женщина странная повадилась приставать к жильцам. Утверждает, что в подъезде привидение живёт, предлагает всем неравнодушным сдать деньги на «чистку». Вот Татьяна и попросила приехать, проверить.

— А вы что? — Марина округлила глаза и шёпотом спросила: — Экстрасенс?

Старушка засмеялась.

— Ты что, деточка, нет, конечно. Я не верю в магию. Просто по молодости увлекалась фольклором, собирала всякие странные истории, и современные, и уходящие корнями в давние времена. Систематизировала, обобщала, классифицировала. Правда, в то время подобный подход никого не интересовал, так что это было вроде как хобби.

Бывшая директриса поправила очки и продолжила:

— Про привидений у меня много информации накопилось. Ещё много лет назад я вычленила общее для всех историй, отбросила совсем уж неправдоподобное, так что безо всякой экстрасенсорики могу определить, живёт у Татьяны в подъезде привидение или нет. — Ольга Васильевна подмигнула. — Естественно, никого там нет. Но если приеду я, с конспектом, и по пунктам, при жильцах, исключу мистику, мошенница уйдёт ни с чем. По крайней мере, мы с подругой на это надеемся.

Сычкова не могла поверить удаче. Вот так, запросто, найти человека, который может помочь — что может быть лучше?

— Ольга Васильевна, а вы только про призраков знаете?

— Не только. Интересуешься?

— Да так… А расскажите что-нибудь, пока едем.

Женщина достала из ридикюля блокнот:

— Вышла на пенсию, много времени появилось, решила довести до ума собранную за всю жизнь коллекцию. Перепечатываю информацию, заношу в компьютер, только до этих записей не добралась ещё. Здесь много забавного.

Ольга Васильевна полистала блокнотик, нашла интересующую страницу и зачитала:

— Следует разделять нежить и нечисть. Нежить — это умерший человек, восставший уже после отделения души. То есть, имеется пустая оболочка, которая начинает чудить либо сама по себе, либо становясь пристанищем для какой-нибудь нехорошей сущности. И нечисть — можно сказать, противоположное понятие. Испорченная душа, которая не может найти покой или переродиться, как полагается. Испортить душу можно по-всякому — поведением самого человека при жизни, порчей, тяжёлой болезнью, какими-то неприятными

обстоятельствами.

Автобус остановился, открылись двери. На заднюю площадку ввалилась компания нетрезвых подростков. Громкие, агрессивные. Через миг двое из них стали приставать к восьмиклассницам, которые, покраснев, старались делать вид, что ничего не слышат и не видят. А несколько парней нависли над Ольгой Васильевной и Мариной. Не обращая ни на кого внимания, пьяные детишки стали громко обсуждать каких-то своих знакомых, лузгать семечки и сплёвывать шелуху прямо под ноги пассажирам. Дядя Степан сделал замечание, но в ответ получил поток грязной брани, скукожился и отвернулся к окну.

Ольга Васильевна молчала, лицо её стало жестким и недовольным. Она убрала блокнот в сумку. Один из парней уставился мутным взглядом на Марину.

— О, я тебя знаю. Ты из Красносельской школы. Говорят, ваши девки всем подряд дают?

Марина не ответила. Ей стало страшно, страшнее, чем при просмотре видео с упырём в главной роли.

— Чё молчишь, э? Давай с нами! — При этих словах парень перегнулся через учительницу и схватил девушку за грудь. Его друзья одобрительно заржали. Ольга Васильевна оттолкнула руку нахала.

— Э? Чё руки распускаешь, кошёлка старая?

Женщина ничего не ответила, просто посмотрела молодчику прямо в глаза. Тот в гляделки играть не пожелал, как-то сразу съёжился и побледнел. Марине показалось, что парень даже протрезвел слегка.

— Пацаны, я забыл кое-что на остановке. Эй, водила! Останови, мы выйдем! — Его друзья ничего не поняли. А вот водитель остановил сразу, как только настороженная кондуктор постучала в окошко и повторила прозвучавшую просьбу. Гомоня, пьяная компания вывалилась из автобуса. По салону пронёсся еле слышный общий вздох облегчения.

— А чего это он? — У Марины зуб на зуб не попадал.

— Да ничего. Узнал меня. Я его родителей хорошо знаю, хоть и не учились у нас в школе. Наверное, испугался, что расскажу о его поведении.

— А-а-а, понятно.

Теперь разговор не клеился. Сычкова искала способ вновь поднять тему сверхъестественного, мысленно насылая проклятия на головы помешавших сверстников. Помогла ей сама пенсионерка.

— Как-то плохо всё стало на селе. Раньше столько не пили, тем более, дети. — Женщина покачала головой, потом оживилась: — А ты знаешь, кого народ винит в алкоголизме? Опивня! — Она наставительно подняла палец. — Такой маленький, мерзкий бесёнок со свиным рыльцем, насильно людей спаивает.

— Да, человек в своих бедах всегда старается обвинить других, существ, пусть даже и вымышленных. — Марина решила больше не ходить вокруг да около. — Ольга Васильевна, а у вас есть что-нибудь о вампирах?

— Есть. А тебе зачем? Я надеюсь, ты не вступила в какое-нибудь глупое сообщество?

— Нет, что вы. Просто недавно читала повесть Толстого, про упырей. Там совершенно не то, что в современных книгах и фильмах про вампиров рассказывается. Хочется узнать, где истоки подобных историй, что больше на правду похоже.