Вынуждающие обстоятельства

Сильварг Александр

Некоторое время, примерно минут пять, мы шли молча. Но потом я не выдержал:

– Лар Пульса?

Барсук, не сбавляя шага, ответил:

– Слушаю.

– Так все-таки, почему я в кандалах. Я арестован? Я что-то нарушил?

Воин проворчал:

– Для безопасности, Мирпуд. Я ничего о тебе не знаю, и объяснения Бирна были очень туманными. Пока я не решу, что ты безопасен, ты останешься в них. Радуйся, что я тебе и на задние лапы кандалы не нацепил.

Я понял, что с барсуком разговора не добьешься, и продолжил

идти вперед, держа лапы вытянутыми перед собой на манер Майкла Джексона из клипа «They don’t care about us».

Мы вышли из узкой полосы леса и оказались на дороге, где стоял обоз, который состоял из телеги, запряженной парой быков. Рядом с телегой стоял снаряженный гнедой конь, всхрапнувший при виде Пульсы. Звери, сидевшие на телеге, вскочили при появлении Пульсы. Взгляды их выражали облегчение и озадаченность одновременно.

Мельком я осмотрел обоз. Я увидел четверых: возницу, пожилого козла в запыленной и поношенной одежде неопределенного вида, молодого хорька в зеленом плаще и луком за спиной, сурового с виду льва средних лет в объемной серой рубахе и серых же штанах, который безразлично начищал страшного вида топор и молодую гиену-брюнетку в свободном одеянии красноватого цвета. Хорек спросил:

– Кто это, лар?

Барсук толкнул меня в спину, и я едва не влетел в борт телеги:

– Пленный, которого вчера встретил старейшина деревни Ларродаг.

Лев оценивающе посмотрел на меня и опять вернулся к чистке топора. Гиена увидела у меня за спиной чехол и произнесла слегка хрипловатым, но приятным голосом:

– Менестрель? И что в нем опасного?

Пульса презрительно фыркнул:

– Самая умная, Ласса? Кто здесь командир: я или ты?

Ласса пристыженно села обратно:

– Конечно, вы, лар Пульса.

Барсук снова толкнул меня в спину:

– Полезай в телегу.

Хорек помог мне забраться и усесться на соломе, которая устилала дно телеги. К счастью, место хватало, чтобы я не мешался никому из трех зверей, сидевших рядом. Барсук вскочил в седло:

– Потихоньку возвращаемся в столицу.

Возница очнулся и взмахнул вожжами. Быки перестали сопеть и потянули за собой телегу. Пульса пустил своего коня шагом, чтобы не обгонять обоз.

Лев тихо отодвинулся на край телеги, не проявляя никакого интереса к моей персоне. Рядом со мной остались только Ласса и хорек-лучник. Он посмотрел на меня и протянул лапу вперед, растопырив пальцы и выставив ладонь так, как будто пытался остановить что-то, движущееся на него:

– Рамзи.

Похоже, это было какое-то местное приветствие, равносильное рукопожатию. Я решил, что ничего страшного не случится, и протянул ладонь так, как было принято в моем мире. Рамзи удивленно посмотрел на мою лапу:

– Что это?

Я пожал плечами:

– Это такой способ приветствия. Я показываю, что мои ладони пусты и в них нет оружия.

Хорек неуверенно вытянул ладонь так же, копируя меня. Поняв,

что он не представляет того, что я от него хочу, я сам пожал ему лапу. Через пару секунд хорек понял принцип и тоже пожал мне лапу. Правда, его взгляд все равно остался озадаченным:

– Никогда не видел такого приветствия.

– А я никогда не видел твоего.

Рамзи склонил голову:

– Что-то ты странный. Как тебя зовут?

– Мирпуд.

– Странное имя, никогда не слышал.

Я задумался и задал вопрос:

– А как я должен был ответить на твое приветствие?

Хорек всеми силами пытался сохранить обычное выражение морды:

– Вытягиваешь правую лапу так же, как это сделал я, и прислоняешь ее к моей ладони, перекрещивая пальцы.

Я поднял голову и посмотрел на льва:

– А тебя как зовут?

Лев проигнорировал меня, продолжая наводить блеск на оружии. Рамзи ответил:

– Мы называем его Молчаливым. Говорит редко и только по делу.

– А почему он говорит редко?

– Он не говорит.

Я признал справедливый юмор этого ответа и не стал более доставать льва. Хотя, скорее всего, причина была весьма банальной: лев показывал всем своим грозным видом, что разговаривать не собирается. Мало этого, еще и мог задать трепку тому, кто побеспокоит его без веской причины.

Я придвинулся поближе к Рамзи и Лассе:

– А кто вы вообще? Просто меня схватили и заковали в кандалы настолько резко, что я не успел ничего понять.

Гиена откинулась на борт, отчего ее грудка под красноватым одеянием начала выпирать дальше:

– Патруль из столицы. Один из многих, который проверяет окрестности и связывается со старейшинами деревень, чтобы всегда иметь информацию о любых подозрительных происшествиях.

Я обернулся и, убедившись, что ни Молчаливый, ни Пульса нас не слышат, тихо произнес:

– Я вообще не понимаю, за что меня взяли. Я всего лишь бродячий менестрель.

Рамзи усмехнулся:

– Был бы ты простым менестрелем – тебя не взяли. Но, видимо, старейшина деревни преподнес тебя как нечто необычное. Да и твоя одежда, я бы сказал, весьма странная.

Хорек вместе с Лассой начал внимательно осматривать и ощупывать мои джинсы и куртку. Не скажу, что это меня обрадовало, но я понимал их интерес и старался как можно спокойнее ко всему относиться. Гиена сверкнула черно-желтыми глазами:

– Как называется такая ткань? Я про твои штаны.

– Джинсы.

Парочка переглянулась с недоумевающими взглядами:

– Джинсы? Что за слово?

Я махнул лапой:

– Не забивайте голову.

Ласса задумчиво посмотрела на мою куртку, которую я сложил рядом:

– А она?

– Смесь хлопка и еще одного материала, название которого вам ничего не скажет.

– Подумать только, какую красивую одежду из хлопка можно сделать.

Я усмехнулся:

– А футболка тебя не удивляет?