Выкуси
Шрифт:
— Я вполне убежден, это будет Апокалипсис типа коты-вампиры-опустошают-город, — промолвил Барри. — Из того, что нам известно, то есть.
— Это не Апокалипсис, — сказал Кавуто.
— Так и что случилось-то? — спросил Ривера. — Туча просто рассосалась?
— Ну. Как бы дистиллировалась до большого стада котов и они все разбежались в разные стороны. Но что мы сегодня ночью делать будем, если она вернется? Император ее прямо на нас вывел.
— А где он, кстати?
— Ушел куда-то утром вместе с собаками. Сказал, что знает, где искать первого вампирского кота, и они с гвардией
— И вы его отпустили?
— Он же Император, инспектор. Ему ни хера поперек не скажешь.
Ривера посмотрел на Кавуто.
— Скажи диспетчеру, чтоб оповещалку по всем постам дали: если заметят Императора, пусть вызывают нас.
— Мы сегодня с работы не уходим, да? — уточнил Кавуто.
— Апокалипто-выходной, — издал Барри. — Йо-хо-хо! Выходной Апокалипсис!
Бабушка Троя Ли выпустила по внуку залп на кантонском, тот ответил ей тем же. Старуха пожала плечами, посмотрела снизу вверх на Кавуто и Риверу и поговорила еще с полминуты, а затем подошла к Джеффу и забрала у него мяч — и запустила его совершенно в молоко, что все приветствовали криками и свистом.
— Что? Что? — спросил Кавуто.
— Она хотела выяснить, по какому поводу Барри ёхо-хоил, и я ей сказал.
— А что она ответила?
— Сказала, подумаешь. В Пекине у них жили коты-вампиры, когда она была маленькой. Говорит, жидко дрищут.
— Так и сказала?
— Идиома другая, но по сути — то же.
— Ну хорошо, — сказал Кавуто. — Мне полегчало.
— Надо найти Императора, — сказал Ривера.
Кавуто вытянул из кармана пиджака ключи от машины.
— И забрать наши апокалиптические куртки.
— А нам как? — спросил Хлёст.
Отвечая, Ривера даже не глянул на него.
— У вас, ребята, больше опыта в борьбе с вампирами, чем у кого угодно на этой планете…
— Правда, что ли? — сказал Трой Ли.
— Ох, нам такой пиздец, — произнес Хлёст.
— Прискорбно, — вымолвил Дрю, вновь набивая чашечку бонга. — Весьма прискорбно.
Император
Тьма. Он подождал, прислушиваясь к биенью крови в ушах, и только потом чиркнул следующей спичкой.
— Мужайся, — прошептал он себе — мантру, подтверждение, звук, чтобы не выпрыгивать из собственной шкуры от каждого скрипа или шелеста в темноте. Зажженную спичку он поднял над головой.
Потянул на себя стальную дверь, изо всех сил — и она подалась на пару дюймов. Может, там другой выход есть. Ясно было, что все эти коты не через окно сюда проникли — там фанерка. Император толкнул дверь локтем — ее подпирал нанос из спящих котов-вампиров, и приоткрывалась она с большим трудом. Когда в щель стало можно протиснуться, Император сунулся в нее плечом и помедлил. У него при этом как раз погасла спичка.
За дверью пол под ногами, казалось, был чист, хотя возникло ощущение, что Император стоит на толстом слое пыли. Чиркая следующей спичкой, он рассчитывал увидеть лестницу, коридор, может, еще одно забитое досками окно — но стоял он в небольшой кладовке, уставленной широкими металлическими полками. И пол в ней действительно был покрыт толстым слоем пыли, а в ней валялись кучки мятой одежды. Драные пальто, джинсы, грубые башмаки — но не только.
Все это — бывшие люди. Бездомные, уличные, бродяги и шлюхи. Изверги затаскивали их сюда и здесь ими кормились — «отсасывали в порошок», как выразилась мелкая готица. Но как? Сколь бы сильны или голодны коты ни были, они все равно — домашние кошки. По крайней мере, были ими до обращения. И к тому же не поражали воображение своим умением что-то делать вместе. Император не мог себе представить стаю из двадцати котов-вампиров, способных затащить сюда взрослого человека. Что-то не складывается.
Спичка обожгла ему пальцы, Император отшвырнул ее, а перед тем, как зажечь следующую, вытянул из-за пояса кухонный нож. Когда огонек вспыхнул, Император заметил что-то на верхней полке в дальнем углу кладовки. Нечто побольше обычной кошки. Может, какая-нибудь выжившая жертва?
Он взялся поудобнее за нож и двинулся вперед, стараясь не дергаться, когда пыльная одежда липла к лодыжкам.
Нет, это не кошка. По крайней мере — не домашняя. Но с шерстью. И хвостом. А размером — с восьмилетнего ребенка, и она устроилась возле чего-то еще больше. Император поднял руку с ножом и шагнул вперед. Но замер.
— Ну, не всякий день узришь такое, — промолвил он.
У голого туловища Томми Флада ложечкой угнездилось нечто похожее на кота.
11
Где представлены хроники Эбби Нормал — жалкой чмошки для всех тварей от мала до велика
Чмо я, а не клеврет и не любовница — и вообще не человеческое существо, и при этом даже не считается «Биология 102», которую я по-прежнему тотально валю, хотя аж дважды была на уроках.
Графини с нами нет уже типа неделю, и никто не видел ни ее, ни Вурдалака Хлада. Я ходила их искать — в основном когда мне полагалось быть в школе. Не знаю, где еще смотреть. Я кагбэ везде хожу и расспрашиваю людей, не видали ль тотально отпадную рыжую, а они либо очень быстро от меня убегают, либо, как это случилось с одним парнем, подозреваю — сутенером, — предлагают мне тыщу долларов, чтоб я только привела ее к нему, когда найду. А потом он мне еще работу предложил, птушто, как он сказал, «Гусаки клюют на таких костлявых лолиток».
А я ему вся такая: «О, это очень лестно, сэр. Спасибо. Как только найду подругу, я ее непременно приведу, и мы с ней вместе будем счастливы обслуживать отвратительные уды жутких чужих дядек и отдавать вам все вырученные деньги, а заодно — и остатки самоуважения».
А он весь такой: «Так и сделай, мамулька. Тока не забудь».
Именно поэтому мне и нужно поскорей отыскать Графиню и вымолить у нее прощение — у меня в новом телефоне теперь есть видеокамера, и я жду не дождусь, когда можно будет в бложике запостить клип, как Джоди разбрасывает кровавые куски сутенера по всей Вырезке. (Графиня прочла мне лекцию о самоуважении и про то, что женщина никогда не должна поступаться своим достоинством перед мужчиной, если он не дарит ей драгоценности, если он не жаркий красотуля и если у него нет работы; поэтому мне кажется, что сломанные кости-то уж наверняка будут — да и мордобитие всех оттенков.)