Выкрутасы

Джонс Амо

Сглатываю и делаю два глубоких вдоха, пытаясь прийти в себя. Закрываю глаза.

– Это мой ребенок, и я уже потерял пять лет, не хочу терять еще пять. Кэссиди, она справляется, но ей с трудом получается оплачивать счета, и я не хочу быть как мой отец и… бл*ть!
– Мэддокс подходит ко мне и, схватив за руку, разворачивает меня так, что моя спина сейчас прижата к двери. Он всматривается в мои глаза.
– Скажи, что мне делать, Эми! Бл*ть, я не могу… - он весь дрожит, поэтому я обхватываю его за шею и притягиваю к себе.

– Сейчас не наше время, Мэддокс. Возможно, в другой жизни, может, в другом мире,

но сейчас не наше время, - я отступаю, сразу же скучая по его телу под своими ладонями. Хочу вокруг себя ощущать его запах, и чтобы его пот капал на мое тело, когда он будет унимать мою боль, но не могу и никогда больше не смогу этого сделать. Мое сердце будто ломается внутри грудной клетки. Это больно, все чертовски болит.

– Нет, - он качает головой, оглядывая мое тело сверху вниз.
– Бл*ть!

Потому что он знал. Мы оба знали. Глубоко внутри, мы оба знали, что ему следует делать. Нам нужно отпустить друг друга и надеяться, что однажды, когда у него будет достаточно времени чтобы обдумать все и принять рациональное решение, мы найдем друг друга снова.

– Ты знаешь, что тебе нужно делать, Мэддокс. Как бы сильно я не…

Костяшками пальцев он касается моих щек и мой желудок сводит от его прикосновения. Стены, кажется, обрушиваются на меня.

– Пожалуйста, не надо, - я закрываю глаза, чтобы он не мог видеть мои эмоции.

Мэддокс своими губами касается моих, и я почти выбрасываю в окно свою сдержанность. Я позволяю ему удерживать их несколько секунд, пока слезы катятся по моему лицу и в уголок губ, проскальзывая в наши рты. Делаю глубокий вдох.

– Я любила тебя.

Он отскакивает от меня, его глаза пылают новой вспышкой гнева, но уже слишком поздно. Я быстро открываю дверь и выбегаю.

– Аметист!
– рычит он из гостиной, но я возвращаюсь назад в обеденный зал. Все уже подскочили со своих мест, потому что, вероятно, слышали, как в соседней комнате спустили зверя.

– Мы уезжаем?
– спрашивает Лейла.

Я отчаянно киваю, мое лицо мокрое от слез и волосы прилипли к щекам. Без сомнений мой макияж размазан по всему нему.

– Мне жаль, мама, - я шепчу, не встречаясь с ней взглядом.
– Но мне, действительно, нужно идти. Сейчас.

Эллиот указывает на дверь.

– Отвези ее, Тэлон.

Тэлон не колеблется, и они вместе с Лейлой, следуют за мной к двери, оставляя Вульфа позади.

– Аметист!
– кричит Мэддокс, бросаясь за мной.

Эллиот с Вульфом хватают его, оттягивая назад, и я ускоряюсь, когда Лейла берет меня за руку. Тэлон держит руку на моей пояснице, когда мы выходим на улицу и начинаем бежать к его припаркованному пикапу. Мы так торопимся, что только когда отъезжаем, я замечаю Кэссиди, сидящую на ступеньках, слезы стоят в ее глазах.

Она в окно ловит мой взгляд, и как только я собираюсь посочувствовать ей, она изгибает уголки губ в ухмылке.

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть на нее, но уже слишком поздно, Тэлон выезжает с подъездной дорожки, заставляя гравий разлетаться под колесами автомобиля.

– Хорошо!
– кричит Лейла.
– Сейчас, скажите мне кто-нибудь, что, черт побери, происходит!

Тэлон посматривает на меня каждые две секунды.

У меня пересохло во рту. У меня ничего нет. Ничего. Я приехала сюда с Мэддоксом, с будущим, а уезжаю

без ничего. Чувствую себя пустой и одинокой, и каждый сантиметр мое души и тела болит от его отсутствия.

Я смотрю вперед, слезы продолжают катиться по моим щекам.

– У него есть ребенок.

Лейла втягивает воздух. Тэлон матерится.

– Ее зовут Кеннеди и у нее почечная недостаточность, - я яростно вытираю слезы.
– У нее такая же группа крови, как и у Мэддокса. И… и…

– И Мэддокс не хочет быть как наш отец, и забить на своего ребенка, плюнув к чертям на его мать, - заявляет Тэлон, заканчивая мое предложение.

Лейла обхватывает мою ладонь своей.

– Все будет хорошо, Эми. У тебя есть мы.

Проходит один месяц.

Два.

Три.

Четыре.

Пять…

Глава 20

Год спустя…

— И ЭТО ВЫСШИЙ КЛАСС! — Лейла притягивает меня к себе, чтобы обнять. — Ты можешь в это поверить? — Я смотрю на толпу людей, которые находятся здесь. Семьи, друзья — все перемешались между собой. Среди всех моих любимых людей я вижу Тэлона, он возвышается над толпой, рядом с ним стоит Вульф, мама и Эллиот машут мне со сцены.

Лейла визжит и прыгает со сцены, подбрасывая шляпу в воздух. Она словно паук прыгает на Вульфа, и он подхватывает ее под задницу.

Серьезно?

Я качаю головой и смеюсь. Какой бы злобной сукой я ни была, рада за свою лучшую подругу. Она помогла мне пережить самые тяжелые дни в моей жизни…

Шесть месяцев назад

Я залпом выпила свой, не помню, какой по счету, напиток. Мне необходимо онемение. Нах*й чувства. Когда-то Мэддоксу принадлежала каждая часть моего сердца, но, когда он ушел, то забрал эту часть с собой, так что теперь все, что мне осталось — это унылая пустота. Опустошение, которое я пыталась заполнить каждую ночь алкоголем и сексом. Секс был хорош, непосредственно в процессе. Я никогда не видела их лица, или их тела, вместо этого наслаждалась ощущениями. Огромная волна эйфории омывала меня, когда я достигала оргазма. Вот что заполнило пространство Мэддокса. Примерно несколько секунд, которые это длилось, а потом снова просачивалось ужасное одиночество. Вот как это происходило и как это начиналось. Каждую ночь после учебы я либо напивалась, либо трахалась, — либо и то, и другое.

— Эми! — Лейла ворвалась в бар, забрав у меня стакан. — Не давай ей больше пить, Трин!

Трин. Сииигггххх. Трин был барменом, и, очевидно, новым лучшим другом.

Лейла снова посмотрела на меня и взяла меня за руку.

— Я отвезу тебя домой.

— Нет, — я отрицательно качаю головой, пытаясь вырваться из ее хватки. — Я не хочу домой, я хочу остаться здесь, пить и смотреть на милого Трина!

Трин подмигнул мне.

— Напиши мне, принцесса.

Я указала на него.