Выход 493
Шрифт:
— Слышь, Беша, смотрел бы ты лучше на дорогу, а? — огрызнулся он. — А то ты же знаешь — керамика нынче дорогая, а тот, кто ее тебе ставил, уже почил в бозе. Рискуешь навсегда остаться шепелявым.
— Э-э, ты на что намекаешь-то? — наморщил лоб Бешеный, делано округлив глаза и вскинув вверх брови. — Что ты сейчас возьмешь и стукнешь своим вот этим вот… — Он взглянул на сжатый кулак в обрезанной по костяшки пальцев перчатке, подбирая подходящее для него определение, но так как ничего остроумного в голову не пришло, продолжил: — Своего лучшего друга по зубам? Не боишься обрушить на себя проклятия пославших меня на вашу вероломную землю богов Тринадцати
— На дорогу, говорю, смотри, посланец, — вздохнул Тюремщик. — А то ж я тебя и дальше могу послать.
— Гляди-ка! — Бешеный подпрыгнул на сиденье и радостно ткнул пальцем в едва различимый на фоне ночного полотна контур «Разведчика». Тот стоял на выезде из города, повернувшись к ним передом и помигивая им дальним светом. — Ха, я же говорил — нашему кэпу по хрену, есть у него крыша или нет!
— Молодец, Крысолов, — хмыкнул Тюремщик.
Зашипела рация.
— Первый, у меня движение за бортом, — настолько тихо, что его слова с трудом разобрали, сообщил Рыжий из «Базы-2». — Похоже, это люди.
Бешеный интуитивно придавил на педаль тормоза, хотя до «Разведчика», замершего на перекрестке, будто для того, чтобы уступить право первоочередного движения идущему по магистрали «Монстру», оставалось всего сотня метров, и переглянулся с Тюремщиком.
Боксер пригнул голову, без особого интереса выглянул через приоткрытое окно наружу.
— Ты уверен, Одинокий-два? — настороженно водя глазами по обочинам, но так и не видя ничего, хоть отдаленно напоминающего форму человеческого тела, переспросил он у Саши.
— У нас гости, — вместо Рыжего ответил кто-то незнакомым голосом, и лишь спустя несколько секунд замешательства Бешеный понял, что это был голос Арийца.
— О чем ты говоришь?
— Со стороны города движутся зомби, — ответил тот. — И их о-очень много.
— Мать их! Эти еще какого черта здесь делают?! — выпалил Бешеный, когда ему удалось разглядеть мутные, медленные тени, кажущиеся просто бесформенными сгустками тьмы, то появляющиеся, то исчезающие по мере движения машины в придорожной полосе. Вот одна из теней вплотную приблизилась к дорожному полотну, и Бешеный тут же распознал в ней человеческую фигуру. Без мутаций. Без непомерно вытянутых рук или ног. В одежде. Это безо всякого сомнения был зомби.
И словно в подтверждение догадки впереди, где все еще стоял на второстепенной дороге «Разведчик», послышались выстрелы…
— Да какого хера они тянутся, как облученные?!! — закричал Лек, выбежав на середину дороги и замахав руками над головой. — Давайте быстрее!!!
Волна зомби накрыла их внезапно. Когда уже начинало казаться, что они оторвались, что последний из бредущих, словно во сне, зомби остался далеко позади, сотни тел в оборванных одеждах вышли на них с той стороны автострады. Откуда они взялись, была ли там деревня или что-то еще, сталкерам не было известно, но ряды нежити стремительно пополнялись.
Секач выпрыгнул из врезавшегося в толпу зомби и предательски заглохшего без капли топлива в баке «Разведчика» с такой прытью, будто там вот-вот должна была сдетонировать бомба. На ходу выстрелил в лицо мужчине в остатках милицейской формы, и тот отлетел, будто встретившись с гирей, которой раньше специальный экскаватор сносил дома. Следующая порция дроби досталась мужчине, такому же полунагому, как Бешеный, на теле которого сохранились даже татуировки: на груди две розы ветров, а на спине — многокупольная церковь,
У Крысолова оставались еще патроны в рожке, который ему бросил, похоже, напрочь отказавшийся от автоматического оружия Секач, но берег он их как последние крохи хлеба в неурожайный год. Жизнь научила понимать, что последние патроны — ценнее хлеба. Ведь голодая, можно прожить не один день, а если организм привыкший, то и не одну неделю, а вот безоружным в нынешнем мире… дал бы Бог хотя бы несколько часов.
Лек, у которого патроны были на исходе, с досадой вспомнил о лежащей в багажном отделении «Разведчика» G-43, но даже при условии, что его за это повысят до командира экипажа, возвращаться за ней он бы не стал.
— Бежим! — Кто-то схватил его за рукав и потащил за собой навстречу к неуверенно приближающимся машинам.
Он оглянулся и увидел, как сзади, в тускнеющем свете фар «Разведчика» показались сразу три «быстрые» тени. К своему ужасу, Лек отметил, что эти передвигаются гораздо резвее тех «быстрых», что они видели еще двадцать минут назад. И если бы не тусклый желтый свет, можно было бы и вправду подумать, что это люди. Ведь ничего в их телодвижениях больше не напоминало о классических зомби — пустых телах, лишенных разума и души, передвигающихся медленно и не разбирая направления.
«Они меня догонят! — вспыхивало в его голове. — Они меня сейчас догонят!..»
Он вырвался из чьей-то мощной хватки, едва не оставив руке зомби кусок своего костюма, остановился, прицелился и выстрелил. Двое упали, хотя умершими назвать их не поворачивался язык, но третьего щелчки, обозначающие, что магазин пуст, не испугали. Он набросился на Лека и свалил его на землю, придавив своим телом.
Холодные бледные руки даже успели сомкнуться на шее. Лек закричал как сумасшедший, отбиваясь рукой, ногами и оружием, и даже в то короткое мгновение он во всей мере ощутил силу, которой обладали эти гниющие тела. Ему повезло, что облаченного в оборванную рясу, с болтающимся на груди крестом зомби кто-то захватил сзади за шею в борцовский «замок» и с хрустом свернул ее, как курице. А кто-то снова схватил его за рукав, помог подняться, обматерил голосом Крысолова и потащил к гудящим уже так близко, но почему-то находящимся еще так далеко машинам экспедиции.
А сзади слышался топот десятков старых ботинок, кто-то рычал, ревел, махал руками, и, оглянувшись, Лек едва удержался, чтобы не закричать самому, — «Разведчик» уже практически не был виден в толпе бегущих зомби. Среди них не было ни одного «медленного»…
— Быстрее, клоун, твою мать!!! — заорал над ухом Крысолов.
Наконец-то очнулись стражники. В несколько пулеметов, шквальным огнем. Пули журчали над головой, как злобные осы, впивались в мягкие тела, отстреливая им руки и ноги, дырявя грудные клетки, но лишь некоторые достигали главной цели — головы. Кто-то схватил Лека сзади за плечо — о боже, как же он хотел верить, что это был Крысолов! — но, оглянувшись, он вскрикнул, а в следующее мгновение уже снова пикировал над землей, протянув вперед руки и стирая об асфальт и без того дырявые перчатки. Бабахнул из двух стволов Секач, и Леков преследователь улегся рядом, забрызгав покрытый крупными трещинами асфальт темной жидкостью.