Выдумщики

Ми Марика

Ада жестами показала ей назад. Наставница подошла.

– Что такое?

– Мне нужно домой. Уже десять, пора ехать. А то мать меня прикончит. – Ада вздохнула. – То есть она и так меня прикончит, но, если не буду в двенадцать, она меня сначала будет учить жить и только потом убьет.

– А ты что, сильно хочешь обратно?

– Если честно, не то чтобы очень, – рассмеялась Ада. – Но для матери это не аргумент.

– А для меня да. – Лаура посмотрела куда-то вдаль. – Ладно, думаю, тебе нужно остаться.

– Да?

– Убедим

твою мать, что ты была сегодня дома. Делов-то.

– А что, мы и так умеем? – восхитилась Адель.

– Нет, мы так не умеем. Я – да, – хмыкнула Лаура. – Впрочем, ты вполне можешь научиться. Полезное дело, хоть и сложное. А теперь не мешай.

Она закрыла глаза и нахмурилась. На лбу у нее проступил пот, мышцы напряглись, а губы побелели. Ада испуганно смотрела на наставницу, но не решалась ее отвлечь. Через несколько секунд Лаура открыла глаза. Лицо ее было уставшим и бледным.

– Сильная у тебя мама, оказывается. – Она отерла рукавом пот. – Но все хорошо, можешь спокойно оставаться до завтра.

– Спасибо! – Ада бросилась ей на шею, и они чуть не упали.

– Спокойней, – рассмеялась Лаура. – Я тут выжата как мешок лимонов, а ты пытаешься меня уронить. Не стыдно?

Наставница больше не танцевала, и они просто болтали, стоя поодаль. Вскоре к ним присоединилась Тина, которая наконец-то получила свободу, так как дети пошли спать.

– Здорово, да? – спросила она. – Понравилось у нас?

– Не то слово, – искренне сказала Ада. – Хотелось бы остаться здесь навсегда.

– Так оставайся!

– Я не могу. В Городе у меня дом, семья.

Тина отмахнулась от ее доводов.

– Все так говорят, а потом остаются. Потому что понимают, что тут – рай. Это только Лаура у нас городская на всю голову. Да и Лёка вечно где-то пропадает.

Наставница закатила глаза.

– Я же тут бываю каждую неделю!

– А могла бы и чаще. Наш город без тебя того гляди загнется.

Ада непонимающе посмотрела на Тину, и та пояснила:

– Мирград – не настоящий город. То есть настоящий, но его не строили из бетона и кирпичей. Его выдумывали. Каждый камень, каждую дорогу. А выдумки имеют свойство исчезать. И если город не обновлять, рано или поздно Мирград зачахнет, превратится в призрак, мираж. Поэтому нужно постоянно что-то выдумывать, вдыхать жизнь в стены, деревья и дома. А никто так не выдумывает, как Лаура. Она, конечно, говорит, что может и из вашего Города этим заниматься, но совершенно не хочет понимать: выдумывая изнутри, получаешь совсем другой эффект. Да, Лаура?

Ада рассмеялась. Это был явно очень давний спор.

– А, не обращай на нас внимания, – сказала наставница. – Мы так можем часами.

– Это точно, – согласилась Тина. – Ладно, девочки, я пойду. Давненько у нас не было таких шумных вечеров. И не засиживайтесь, Аде нужно как следует выспаться.

– Действительно, – сказала Лаура. – Пойдем, я

покажу тебе твой дом.

– Дом? – переспросила Ада.

– Знаешь, тут как-то нет проблем с недвижимостью. Так что да, у нас есть специальные гостевые домики. Пока идем, можешь обдумать интерьер.

Они свернули с площади на небольшую улочку. Справа, вдалеке, темнела вода, а слева, рядом с большим деревянным домом, плотно росли деревья.

– Это наш личный фруктовый сад, – пояснила Лаура. – Летом хозяева продают вишни и груши прямо на террасе. Не возить же их вечно из города. Тут вообще очень хорошо летом, – она покосилась на Адель.

– Летом, может быть, и приеду. Здесь правда здорово.

– Ты могла бы остаться уже сейчас, – проговорила Лаура и, не успела Ада ответить, махнула рукой: – Нет так нет. Это твое право. Кстати, мы пришли.

Они остановились у маленького одноэтажного домика с разноцветной крышей, которую Ада заметила еще когда они только приехали.

– Ничего себе ты устроила, – присвистнула Лаура. – Ты его весь переделала.

– Это не я, – смутилась Адель. – Он уже такой был, когда мы приехали.

– Ага, – протянула наставница. – Даже так.

Она покачала головой и толкнула дверь.

– Кажется, Тина права. Ты тут останешься надолго.

– Почему? – не поняла Ада.

– Ты уже придумала свой дом. Гостевые дома тем хороши, что они меняются каждый раз под вкус хозяина. Хочет он голубые стены – будут голубые, но, как только уедет – все вернется как было, чтобы новый обитатель мог придумать что-то свое. А этот дом останется таким навсегда.

– Почему? – снова спросила Ада. Она не понимала, что в этом такого, если каждый изменяет дом под себя. Вот она тоже изменила.

– Ты ему придумала крышу! Не стены, не мебель – крышу!

Лаура наконец заметила, что Адель ничего не понимает, и пустилась в объяснения:

– Одно дело – внутренность дома: ее видишь только ты да еще несколько человек, которые к тебе зайдут и заранее готовы принять любой цвет. И совсем другое дело – крыша, которую видят даже те, кто никогда и близко не подойдут к дому. Они же знают, что фасад не меняется, они знают, как выглядит дом снаружи. – Лаура села в кресло и схватилась за голову. – Но тебе это совершенно не помешало. С чем я тебя и поздравляю.

– Но ведь ты говорила, что здесь выдумывать легче легкого.

Наставница не ответила, только посмотрела на Аду с подозрением.

– Ладно уж, ложись-ка, ты наверняка устала.

– Ага, – кивнула Ада. Она вдруг поняла, что засыпает на ходу. – Спокойной ночи.

– И тебе.

Лаура ушла, Ада же, не раздеваясь, рухнула на постель и закрыла глаза. Тело с благодарностью расслабилось, но вот уснуть никак не получалось: слишком много впечатлений. Ада раз за разом прокручивала события этого удивительно дня. Неужели так правда бывает, не верила она. Неужели так бывает со мной?