Выбрать волю
Шрифт:
— Вы меня пугаете! — твёрдо произнесла она, довольная, что справилась с такой сложной задачей.
Замерший Грэхард, конечно, не знал, что она имеет в виду конкретно текущее положение, и принял её реплику за ответ на свой вопрос.
Впрочем, можно предположить, что ответ и впрямь получился достаточно правдивым и отвечающим реальному положению вещей.
Что не помешало ему озадачить владыку всерьёз. Он-то внутри себя полагал, что относится к Эсне с глубокой осторожностью, поэтому претензия такого рода казалась ему дикой и несправедливой. С большой обидой в голосе он вопросил:
—
Эсна эту обиду уловила и снова в недоумении захлопала ресницами. Недлительные размышления привели её к тому выводу, что, пожалуй, он впрямь мог почувствовать себя задетым, поскольку, судя по всему, ни пугать, ни причинять ей вред какого бы то ни было рода в его планы не входило.
— Ну... — попыталась объяснить она, опасливо косясь на его почти нависающий над ней торс. — Вы такой... большой, — нашлась она с нейтральным определением. — И грозный, — добавила торопливо, подумав, что лестью дело не испортишь. — И... и сильный, — дополнила, скользнув взглядом по мышцам на его руках.
К её неожиданности, он снова улыбнулся, и почти тепло уточнил:
— Ты тут мне дифирамбы петь собралась, или объяснять причины своих страхов?
— Но я пытаюсь! — пылко возразила она и торопливо прибавила: — Объяснить.
— Пока ничего не понятно, — обезоруживающе улыбнулся он, от этой открытой улыбки разом перестав казаться страшным.
Эсна сморгнула и сама удивилась своему испугу.
Потом вспомнила, как он набросился на неё с поцелуями и решила, что повод бояться всё-таки есть.
Перед ней встала крайне деликатная дипломатическая задача: как объяснить мужчине, что ей не очень-то по душе его постельные манеры, и что она находит его чересчур грубым и поспешным?
— Вы меня пугаете вашим напором, — избрав стратегию, кокетливым тоном пожаловалась она. — Я... всё это получилось так неожиданно для меня. Мне нужно время, чтобы свыкнуться с... нашим браком.
Пришёл его черёд недоуменно моргать.
До него впервые дошло, что это он-то грезил об Эсне семь лет. Это для него она была ежедневным наваждением, прочно вросшим в чувства и мысли. Это ему их брак был самым желанным и долгожданным подарком.
Для неё-то все эти годы он был всего лишь абстрактным повелителем Ньона. Символической фигурой, не более. Более того — враждебной и опасной символической фигурой, которая нежданно-негаданно — но явно в ходе какой-то странной интриги! — свалилась на неё с предложением руки и сердца.
— Я об этом не подумал, — потрясённо признал свою ошибку Грэхард, впервые видя всю ситуацию с её ракурса. — Пожалуй, да, — растерянно сам с собой признал он, отстраняясь и лохматя себе волосы. — Да, я, определённо, слишком тороплюсь.
Эсна взглянула на него как на неслыханное чудо света.
Она даже не надеялась, что он услышит её аргументы, и уж точно не рассчитывала на то, что он сумеет их понять. Потрясение, написанное на его лице, казалось ей очень искренним, и это подкупало и вселяло надежду, что с супругом всё же удастся наладить отношения.
Пока Грэхард в недоумении переваривал ту мысль, что набрасываться на женщину после всего двух разговоров с нею наедине — не самая
Неизвестно, кто из них был потрясён больше, но если потрясение Эсны было, определённо, приятного толка, то Грэхард, напротив, увяз в недовольстве собой.
— Нда, солнечная, — резюмировал он. — Кажется, соблазнитель из меня ещё хуже, чем купец или рыцарь.
Эсна задумчиво заглянула под своё покрывало, вытянула за лямку кусок порванного платья и с деланно серьёзным видом кивнула:
— Пожалуй, вынуждена согласиться, мой грозный повелитель.
Он задумчиво потёр щёку, подёргал себя за бороду и признал, что изрядно погорячился.
— Быть может, — с хитринкой в глазах оживился он, — моя солнечная госпожа изволит преподать мне пару уроков в этом сложном искусстве?
Этот уже почти знакомый тон пришёлся Эсне очень по душе; она рассмеялась и незамедлительно включилась в игру:
— Если грозный повелитель желает соблазнить женщину, с которой пока ещё плохо знаком, я бы посоветовала ему пригласить её на свидание.
— Вот как? — приподнял брови Грэхард и принялся озираться в поисках своей рубашки. — Да, звучит весьма толково, солнечная. — Найдя искомый предмет на полу, он встал и принялся одеваться. — Четверти часа на сборы тебе хватит? — обернулся он.
— Вполне! — радостно закивала Эсна, понимая, что её мечта о романтично проведённом дне, кажется, начинает сбываться.
Дождавшись, когда он выйдет, она тут же побежала выбирать платье.
Настроение сразу стало приподнятым и светлым. Ей не нужно было для счастья многого — ей просто хотелось, чтобы супруг относился к ней всерьёз и не был груб.
Что касается Грэхарда, то тот, конечно, вместо пустого ожидания снова занялся какими-то делами. Наотдавал распоряжений, спустился в кухню, обнаружил там отсутствие кухарки — по правде сказать, в такую рань все ещё благополучно спали, — и даже насобирал там какой-то еды на ранний завтрак.
Можно было, конечно, послать кого-то из стражи разбудить кого-то из слуг и организовать всё, что нужно, но ему же требовалось чем-то занять четверть часа! А то хорош бы он был, простаивая под дверями её покоев!
Глава четырнадцатая
Опыт устроения свиданий у грозного владыки Ньона, признаться, отсутствовал напрочь.
Первую супругу ему подобрал отец, период ухаживаний совершенно отсутствовал, а отношения после свадьбы свелись к постельным встречам. Более того, первые годы брака Грэхард и вообще почти не видел супругу: сам он находился в разъездах за границей, она жила в Цитадели, встречались они раз в пару лет. Она была ему совершенно чужим незнакомым человеком, и после воцарения он довольно пренебрежительно относился к супружеским обязанностям, из-за чего наследника в этом браке так и не родилось.