Выборы Принцессы
Шрифт:
Дин Морган.
Декан Уинстон Морган, если быть точным, согласно табличке под ним. Он был деканом почти десять лет.
Изучив изображение, я сразу увидела сходство с Брэндоном. Декан был просто более взрослой, более утонченной версией своего сына с такими же точеными чертами лица и очаровательной улыбкой. Это было трудно определить по изображению, но, возможно, те же самые мертвые глаза.
Отлично.
Я задержалась в холле так долго, как могла, поэтому, сделав последний глубокий вдох, я отвернулась от портрета и поспешила к двойным стеклянным дверям в самом конце.
Дин Морган, вероятно, пытался очистить воздух от — одним моим присутствием. Или ему просто очень понравился аромат поддельного лимона.
— Добро пожаловать, Вайолет.
Теплый, насыщенный голос заставил мою голову дернуться вверх, когда я увидела мужчину за вычурным деревянным столом — столом настолько темным, что сначала я подумала, что он черный, прежде чем заметила отблески красного дерева сквозь резьбу на его ножках.
— Спасибо, сэр, — сказала я, поспешив вперед, чтобы встать перед ним, затем протискиваясь к свободному креслу с откидной спинкой, стоящему напротив его стола. — Я очень рад быть здесь.
Он улыбнулся хорошо отработанной улыбкой, которая была почти идентична его портрету.
— Мы еще больше взволнованы, — продолжил он, кивая мне, чтобы я присела. В тот момент, когда я села, он сделал то же самое, его собственное кресло было гораздо более впечатляющим, с вырезанной вручную сценой, изображенной прямо за его головой. Он закрывал большую его часть, но я могла различить ответвления с замысловатой детализацией.
Между нами на несколько секунд повисло молчание, прежде чем он перегнулся через стол, положив руки ладонями вниз на блестящую крышку. На нем не было ни единой вещи, несмотря на то, каким гигантским он был.
— Как ты, наверное, знаешь, Вайолет, Академия Арбон имеет долгую историю одной из лучших школ в мире.
Он был скромным. Это была лучшая школа с почти нулевой конкуренцией, но я кивнула, подыгрывая игре. К счастью, декан не нуждался в поощрении, чтобы заговорить. — В связи с этим у нас есть некоторые правила, которые мы должны обсудить с вами.
Теперь это… это было то, чего я ожидала от Арбона и их декана. Потому что, не дай бог, благотворительная организация запятнает их драгоценные залы моей бестактностью. Я уже прикидывала в уме, какими будут правила: Не разговаривай с членами королевской семьи. Не прикасайся к членам королевской семьи. Не дыши в сторону членов королевской семьи. Буть увиденной, но не услышанной.
— Во-первых, и это самое важное, вы представляете Арбон, поэтому всегда будете в полной униформе, только на нескольких избранных ночных мероприятиях форма свободна.
— Вообще никаких проблем, сэр. — И это действительно было так. Униформа давала нам равные условия игры, по крайней мере, в одном смысле.
Следующие несколько правил были стандартными. Не напиваться и не позорить школу — упс. Комендантский час в 10 часов вечера — тоже упс. И еще несколько фрагментов об оценках, учебных часах и просьбе о разрешении покинуть кампус.
— И это все, о чем мы просим тебя, Вайолет, — закончил он, и я поняла, что выгляжу немного приоткрытой и с отвисшей челюстью.
— А как насчет сближения с членами королевской
Ухмылка декана стала шире, и у меня внутри закружилось неприятное чувство. Что-то в его улыбке вызывало у меня серьезные мурашки. Каков отец, таков и сын, очевидно.
— Мы активно поощряем интеграцию между нашими студентами, — сказал он, сложив руки перед собой. — На самом деле, я организовал студента, чтобы помочь тебе освоиться, и найти свои сегодняшние занятия.
Его голова повернулась к двери позади меня, и моей первой мыслью было, пожалуйста, не будь Брэндоном. Меня, вероятно, выгнали бы еще до конца дня, если бы мне пришлось проводить продолжительное время с его засранцем сыном.
К счастью, в комнату неторопливо вошел другой студент, тоже одетый в форму, но гораздо более прохладную, менее — идеально накрахмаленную. Алекс выглядел как мечта серфингиста, завернутая в королевскую упаковку. Мое тело напряглось, как от нервов, так и… ну, по другим причинам, потому что он выглядел чертовски хорошо в своем костюме. В отличие от моего, его костюм был сшит на заказ — облегал широкие плечи, а затем подчеркивал его атлетическое телосложение. Его светлые волосы были взъерошены, как будто он провел по ним руками несколько раз, но каким-то образом они все еще идеально падали на его лицо.
— Алекс, — выдавила я, прежде чем повернуться обратно к декану. — Он наследный принц, — прокричала я шепотом, пытаясь понять, что, черт возьми, здесь происходит. Принцы не были студенческими связными. Это была плохая идея по нескольким причинам, но также… он был также чертовски сексуален. Я не была уверена, что мне можно доверять рядом с ним.
Хотя, по-видимому, не существовало правил относительно братания с противоположным полом, даже если они принадлежали к королевской крови.
С низким, рокочущим смехом, от которого у меня по спине пробежали мурашки, Алекс наклонился и поцеловал меня в щеку, его теплые губы коснулись моей разгоряченной кожи.
— Доброе утро, Вайолет, — пробормотал он, задерживаясь дольше, чем было принято в обществе.
Мое внимание переключилось обратно на декана, только чтобы обнаружить, что он все еще улыбается и даже отдаленно не собирается делать кому-либо из нас выговор за неподобающее поведение.
Он встал, широко раскинув руки, и у меня возникло чертовски подозрительное отношение к этому парню. Никто, обладающий властью, не был таким теплым и приглашающим. Дин Морган скрывал что-то важное, и я напомнила себе, что с ним никогда нельзя терять бдительность.
— Я знал, что могу положиться на тебя, Алекс, — сказал он тем же теплым, но жутким голосом. — Хорошо заботься о нашей Вайолет. Я верю, что она впишется сюда лучше, чем мы даже ожидаем.
Мой мозг вздрогнул от этих слов, как будто там был какой-то более глубокий смысл, который я упустила, но я уловила достаточно, чтобы понять, что что-то было не совсем так.
У меня не было времени обдумать это, прежде чем меня вытащили из комнаты. Одной рукой Алекс обнимал меня за плечи, когда кричал — прощай, декану.