Выбор

Плен Александра

Мысль кощунственная, но она прочно засела в моем мозгу. Здешние так привыкли их считать Создателями, что не видят нестыковок в действиях и словах… Я же смогла сыграть на их поле и выиграть в двух номинациях – профессии и месте жительства. Оставалоcь одно незаконченное дело – замужество.

Деверь выглядел страшно довольным. Я с подозрительностью смотрела на улыбающееся лицо и видела перед собой совершенно другого человека. Он руководил выгрузкой конвейера, попутно бросая на меня косые взгляды.

– Я думала, что рабoта займет у тебя больше

времени.

– Я торопился, – произнес он, помогая рабочему перенести запчасти на тележку.

Интересно, зачем? Я не хотела, чтобы он мне нравился, не хотела симпатизировать ему. И пусть врагом он не был, но и другом назвать брата своего мужа я не могла.

Сейчас на Рее был обычный рабочий комбинезон, немного пыльный, немного помятый, волосы растрепались, на щеке темнел след от смазки. А главное, вид у него был не суровый и надмeнный, а очень даже добродушный и милый. Черт!

– Займемся установкой? – произнес он, отряхивая руки.

Я согласно кивнула и пошла за тележкой.

Рабочие устанавливали конвейер, Рей давал указания, я же тихонько стояла в стороне, наблюдая за деверем. Как же он переменился. Словно сбросил с себя груз условностей и предрассудков. Слoвно помолодел лет на десять, и я уже не смогла бы с уверенностью утверждать, кто из братьев красивее. Стоп! Что за мысли? Он же женат,и это у них навечно!

Я отлучилась, чтобы попросить принести рабочим напитки с бутербродами. Позвала принять участие в установке конвейера митра,тот отказался. Потом проверила пресс, прошлась по саду, посетила коровник. Там меня и нашел Пит.

– Митр Павн просил передать, что они закончили, - произнес он на одном дыхании, - ждут только тебя.

Делать нечего, необходимо принимать работу. Вздохнув и мысленно попеняв себя за трусость, я потопала в сторону сушилки. Не хотелось надoлго оставаться рядом с деверем, слишком уж oн начинал мне нравиться.

Конвейер производил грандиозное зрелище. Высотой около трех метров,изящный, блестящий, он выглядел как хитроумный агрегат из моего земного прошлого. В центре располагались горизонтальные стеллажи, на которые будут укладываться поддоны с фруктами, по бокам вертикально стояли батареи, сейчас не заряженные.

– В конвейере задействовано четыре пары батарей, - произнес Рей, незаметно подойдя ко мне, пока я любовалась машиной, – две заряжаются наверху, две сушат фрукты внизу.

– Но как они поймут, что они зарядились? Есть таймер?
– задумчиво произнесла я, попутнo вычисляя, сколько хоть приблизительно может стоить эта машина,и нужно ли мне будет платить Павну?

– Нет. Конечно, я рассчитал, сколько времени заряжается и разряжается одна батарея, – радостно ответил тот, – но так как разряжаться повторно оа будет не полностью, то в следующий раз ей нужно будет потратить меньше времени…

Я кивнула.

– Соответственно, зарядка по определенному времени отпадает.

– И как же можно рассчитать время следующей зарядки? И нужную температуру?

Для меня, выросшей на классической

механике, было непонятно, что делать со всеми этими батареями, зарядами, накопителями. У нас было все просто – двигатели работают на бензине, дизеле, газе. Да еще атомная энергия, солнечная. У любой машины, станка и конвейера, короче, у любого механизма есть двигатель, который толкает, крутит, тормозит или разгоняет. А как конвейер будет работать без двигателя? Сие мне было недоступно…

– Смотри, – ей подошел к блестящему корпусу и дотронулся до тонкой пластины, прикрепленной к батарее, я прищурилась, пытаясь разглядеть стык. – Принцип работы конвейера основан на противовесе. Я и раньше делал подобные машины, поэтому вышло так быстро. Я cоединил вмеcте несколько батарей. Одни, как обычно, будут нагреваться на солнце и аккумулировать жар, другие от температуры первых становятся тяжелее.

Я удивленно уставилась на Рея.

– Есть такой минерал – кадний, он добывается на юге. Мне пришлось съездить за ним. Так вот, от температуры он меняет свою кристаллическую структуру. Набирает вес, так сказать. Батареи становятся тяжелее и опускаются вниз. На их место перемещаются остывшие, более легкие.

– То есть, она сама будет решать, когда ей нужно будет менять батареи? – мои круглые глаза округлились ещё больше.
– Опускать их и поднимать наверх? Непрерывно?

– Поднимать сама, но непрерывно – нет, - улыбнулся Рей, – пусть я и поставил самые емкостные батареи, какие смог найти, но на всю ночь их все равно не хватит. Примерный расчет – в три часа ночи все батареи остынут, и конвейер остановится. Плюс ещё же нужно будет убирать готовую продукцию, для этого тоже нужно будет останавливать конвейер.

Я всегда любила умных мужчин. Поэтому первым делом попыталась погасить в глазах искреннее и неподдельное восхищение деверем. Незачем ему об этом знать.

– Значит, сушилка не сможет работать с трех ночи до девяти утра?
– буднично поинтересовалась я.

– Да, это время моно будет потратить на диагностику и смазывание деталей. Все-таки за ней придется следить, как и за любой другой машиной.

– Конечно…

Я уже было открыла рот, чтобы добавить: «Какой ты молодец!», как вовремя спохватилась. Нужно срочно расставаться с деверем, пока я не принялась преклоняться перед его находчивостью и заглядывать в рот. Я развернулась и направилась прочь из склада. Рей, немного потоптавшись, пошел за мной.

Мы молча дошли до авто.

– Я ещё не закончила чертежи перегонного куба, - буркнула холодно, демонстративно сложив руки на груди.

На самом деле я за них ещё и не садилась.

– Ничего страшного, я приеду через неделю и заберу, – добродушно ответил Рей.

– Зачем? Я могу прислать почтой, - не хочу с ним встречаться.

Не хочу симпатизировать. Чем меньше мы будем видеться,тем лучше. Нет ничего более опасного, чем увлечься братом свoего мужа.

– Мне совсем несложно. Я все равно часто бываю в этих краях.