Выбор

Юхонька Клава

Он поворачивает корпус на 90 градусов и приглашает меня обратно в опочивальню, без лишних слов. Это фиаско. Не удивлюсь если завтра тут не окажется картин вовсе. Или сигналку поставит, от сумасшедших вандалов, в лице меня.

Оказавшись в одной кровати так близко и так далеко не разговариваем. Каждый погружается так глубоко в свои мысли, что ни один спасатель не полезет вытаскивать. Его появление, реакция, лишь еще одно доказательство причастности к исчезновению. Надо бы устроить обыск, поискать еще улики. Но как его сплавить из комнаты?

Гордей засыпает

первый. Я поворачиваюсь на бок и ловлю луч восходящего солнца на его щеке. Штора так и осталась не задернута. Пусть так, это возможность изучить его.

Он красивый, когда спит зубами к стенке. Прогоняю в голове и хихикаю. Щетина превращается в бороду. А еще… Шрам. Такой глубокий и похабно зашитый. Неужели нельзя было сделать красивее. Очевидно, что свежий. Не последствия штамповки Союза, когда всем без наркоза цыганской иглой.

Грудь вздымается от каждого вздоха. Я слежу за этими плавными движениями и не замечаю как сама проваливаюсь в сон.

Сплю спокойно. Никаких кошмаров. Тело расслабляется, а боль уходит. К утру не остается и следа от пыток прошедшего дня. Только легкая боль в желудке.

— Ты долго спишь, — бросает мне буквально в лицо футболку и шорты, что уже подсохли.

— А мы куда-то торопимся?

— Сегодня зарядка у воды. Поднимайся, — так сухо и безразлично, словно не он меня обжигал своей страстью ночью.

Остаюсь одна и решаю воспользоваться моментом. Прохожусь по ящикам стола, перебирая кипу бумажек. Копошусь в паре шкатулок, что стоят на полочке. Но кроме горы хлама ничего не нахожу. Какие-то пуговки, камушки, словно тайник пятиклассницы.

Так, Ками! Это все слишком логично! Смотри под другим углом. Где?

Окидываю комнату взглядом и замираю на стене с фотографиями. Та самая, что подсвечена прожекторами. Прощупываю каждую рамку с обратной стороны и на одной замечаю выпуклость. Значит кроме фото там еще что-то есть.

Снимаю ее со стены, отгибаю язычки и отчего-то не тороплюсь. Небольшое фото рыжеволосой девушки. Фотограф запечатлел ее душу, она чистата, невинна и невероятно нежна. Кудрявые локоны у лица, белая как мел кожа и глаза. Они зеленые, как два изумруда. На щеках румянец, не естественный, но так хорошо подобран в тон волосам. И стрелочки на глазах, подчеркивают некую дьяволинку. Она похожа на лисичку.

Вглядываюсь в нее, даже любуюсь. Потом переворачиваю снимок и вижу как в левом нижнем углу черной гелевой ручкой написано: Моя Лера.

e94964f1-a235-416f-9f3e-05bde1c16137.jpg

Вставляю фото в рамку, вешаю на предназначавшийся для фоторамки гвоздь и отхожу к столу. Столько вопросов и ни одного ответа. Беру зеркальце, что лежало в сумке, ставлю его перед собой и вглядываюсь. Пытаюсь отрицать, стараюсь, ищу различия… Но сука! Очевидно ведь, что мы похожи! Я не просто его типаж, я ее копия. Ну ладно, не копия, но мы очень похожи, даже слишком.

Антон знал? Он что решил припрятать пару фактов в рукаве? Чего еще я не знаю? Эта Лера его первая жертва? Может он и труп ее нашел?

Сердце как-то болезненно поднывает. Обида переполняет пока

мчусь на всех порах вниз. Меня начинают утомлять эти качели. Я словно между двух огней. И оба причиняют мне боль. Мне нужна свобода. Нейтралитет!

Натыкаюсь на толпу за завтраком. Мерзкая блондиночка уже льнет к Гордею. Касается его плеча, руки. С трудом сдерживаюсь чтобы не вылететь на улицу, но не хочу расспросов и погони. Усаживаюсь на свободный стул, и хоть один был рядом с Антоном, упала я слева от Кира.

Отвлекаюсь на разговоры с Кириллом и Нютой, они планируют на вечер устроить кино-просмотр. Название фильма держат в секрете. Увлекаюсь предложением, но взгляд то и дело падает на звонкий смех Гордея и пристальный, даже пронзающий взгляд Антона.

— Выйдем, — ледяная рука Тохи касается моей талии и вытягивает из-за стола. Я даже возразить ничего не успеваю.

Как только оказываемся на улице, Антон ослабляет хватку и позволяет мне отстраниться. Чем я, конечно, пользуюсь.

— Что произошло? — Пытается поймать мой взгляд протягивая сигарету. Чиркает зажигалкой и подносит к моему лицу. Затягиваюсь… После пары вздохов я кажется готова к диалогу.

— Кто такая Лера? — Без хождений вокруг да около.

— Не знаю, — не секунды не мешкая отвечает Антон. Его выдает лишь палец, что промахивается с кнопки зажигалки. Трижды!

— Начинать со лжи не лучшая идея. Особенно в таком деле.

— Вранье по твоей части! — Выдает Антон, чем загоняет Меня в тупик.

— Что прости?

— Камилла, я не хочу выяснять отношения. Ты здесь не для этого! Зачем усложнять?

— Ты прав, ни к чему!

Кидаю окурок на землю и втаптываю его носком. Сказать мне ему нечего. Наше прошлое будет тащиться непосильным грузом за нами, обременяя. А может я не испытываю к нему никаких чувств кроме вины? Плюс одиночество. Та стадия, когда пойти по второму кругу легче чем найти кого-то нового.

— Ками, детка, прости, — хватает за запястье в тот момент, когда я уже развернулась и устремилась к дому. Я не хочу чтоб он держал. Не сейчас. Возможно отпустит, со временем. Но сейчас обижена. Бог словно слышит мои молитвы, но почему-то отправляет на помощь Сатану.

Гогочущая толпа высыпается на улицу. Мы с Гордеем сталкиваемся взглядом сразу же. Выражение его лица меняется, и мне кажется это ревность. До того момента как не вижу истинную причину.

Блондиночка растелившаяся у крыльца, драматично хныкает и тянет ручки к Гордею. Тот как истинный джентльмен бросается ей на помощь.

— Больно? — Мацает ее лодыжку, так нежно и медленно, словно предварительные ласки блин.

— Да, очень, взвизгивает симулянтка.

Я знаю, что врет. При вывихе и повреждении болят другие точки. Ну серьезно.

— Я принесу лед, — беру инициативу в свои руки и сваливаю лишь бы не видеть этого представления.

Меня так потряхивает от ее поведения. Нет, ну нравится тебе мужик, ну скажи прямо. К чему это все? Неужели Гордей поведется на это? Будет забавно если он купится. А вообще-то нет, ничего забавного.