Выбор
Шрифт:
На площадке возились люди, укрепляя основание монастыря, которое не пострадало и, на котором теперь планировалось возвести новое здание. В стороне с телег выгружали «красные камни». Даже солдаты подходили, гладили руками и удивлялись мастерству каменотёса, которому удалось стесать камни такой правильной формы. Бадри, приехавший вместе с телегами, только посмеивался в густые усы, но тайны производства не раскрывал.
В целом всё было готово к началу строительства. Даже местный архитектор, присланный князем Кириллом и, которого все называли Нико, уже вносил последние пометки. Делались
Ирэн нравилось это место. Вроде бы окружённое скалами, но рядом протекала река, и сама долина, в которой располагался монастырь, была довольно зелёной. Вдоль скал росли деревья, часть из них просто росли, как придётся, но часть, и Ирэн это подтвердила настоятельница монастыря, были высажены монахинями. Это были ореховые и плодовые деревья. Рос инжир, грецкий орех и даже хурма.
Здесь Ирэн ещё раз убедилась в том, что ей удалось увековечить фамилию отца. Мимо них с Софьей проходил небольшой отряд солдат, идущих на помывку к реке, и кто-то из солдат обсуждал, что с «лопатинкой» они любой поход переживут. Конечно, им с Софьей слушать грубые солдатские шутки не полагалось, но шутка про то, что «наша злая вша разбежится и нападёт на неприятеля» им понравилась.
Когда закончили обсуждения с Бадри, вместе с Нико посчитали сколько «камней-блоков» понадобится, уже перевалило за полдень и подошедшие офицеры предложили дамам разделить с ними обед, если не побрезгуют походной кухней. Ирэн вспомнила истории про великих русских полководцев, которые не гнушались есть кашу из одного котелка с солдатами, и согласилась.
Ирэн с Софьей усадили вместе с капитаном их охраны и двумя офицерами, которые представляли командование этого временного гарнизона.
Когда выяснилось, что Ирэн и есть та самая Лопатина, офицеры, побросав ложки принялись выражать почтение. На что Ирэн, смеясь отвечала, что она уже и так орден от императора получила.
Ирэн расспрашивала, как проходит служба, что самое сложное, если служишь в такой дикой горной местности. И молодые офицеры, конечно, сказали, что самое сложное это дождаться вестей из дома, но есть одно обстоятельство, которое сильно всем осложняет жизнь в гарнизоне и это стирка вещей.
Смущаясь и извиняясь за некоторые подробности, офицеры рассказали, что генерал Цициани против нахождения на территории гарнизона женщин. А стирать надо, и вот дилемма, то ли каждый день вози форму прачкам, а здесь в Горном княжестве всё не так, как в центральной Стоглавой и просто так сложно нанять женщин, которые будут стирать солдатские портки, то ли сам стирай.
Вот и получается, что каждый стирает по-своему. Хорошо ещё, что поставки «лопатинки» регулярные и на стирку хватает.
Ирэн подумала, что можно было бы внедрить примерно такую же машину, какую сейчас конструирует Кулибин для бумагоделательной фабрики, только ручную.
На глаза Ирэн попались две большие деревянные бочки с водой, стоявшие неподалёку от импровизированной походной кухни. И она вспомнила, что самые первые стиральные машины в её мире именно
Ирэн схватила свой блокнотик и начала записывать, но в процессе ей пришла в голову мысль, что неплохо было бы приспособить под это большой металлический чан, потому что тогда можно ещё обеспечить кипячение, находящегося в чане, белья.
И в голове сразу возник проект прачечной зоны, в которой сначала происходит предварительное замачивание, затем стирка и после кипячение, с последующим полосканием.
Ирэн попросила позвать Бадри, который откуда-то приволок огромный металлический чан доя пропарочной камеры и устроила ему допрос.
Офицеры, словно на восьмое чудо света, смотревшие на Ирэн, вдруг осознали, что вот оно чудо, так и рождаются в голове этой невероятной женщины феноменальные идеи и им очень повезло быть свидетелями этого божественного процесса.
Спустя час уже была предварительно нарисована линия стирки, уточнена возможность привлечения местных мастеров для изготовления требуемых конструкций и даны указания кому и что надо выяснить.
Ирэн и, словно хвостик, следовавшая вслед за ней Софья Обухова уже собирались уезжать, как вдруг со стороны речки раздались крики и выстрел.
Охрана тут же окружила девушек, рабочие кинулись в специально выстроенное укрытие, туда же под прикрытием охраны пошли и Ирэн с Софьей.
Часть солдат побежали к реке.
Спустя буквально полчаса, в небольшой сарай, куда затолкали Ирэн и Софью, зашёл офицер и сообщил, что всё нормально.
Кто-то из солдат заметил на скале человека, нервы у всех напряжены, вот и выстрелил. Часть солдат побежали в лес к скале, чтобы проверить, есть ли там ещё люди, но никого не обнаружили. Так что всё в порядке можно ехать.
По приезду домой, Ирэн с Софьей обнаружили, что их дожидаются князь Кирилл и Якоб Морозов.
Оказалось, что во дворец прибыл старший сын Иракли Леониди, Роман, чтобы напомнить про обещание разведки земель Леониди на предмет нахождения там «чёрного золота» и камней.
Ирэн вздохнула. Обещание действительно было и надо бы его выполнять. Но как же некстати сейчас. У неё на эту неделю совсем другие планы.
— А, если я научу как найти то, что поможет мне определить наличие месторождений, мне смогут от Леониди доставить образцы? — спросила Ирэн князя Кирилла, и уточнила, — Это не будет смотреться, как отлынивание от обязательств?
Конечно, Якоб эту идею поддержал и на следующий день Ирэн подъехала в княжеский дворец, конечно же вместе с Софьей, которую уже на подъезде встречал широко улыбающийся жених.
Роман Леониди, несмотря на свою устрашающую внешность, оказался весьма разумным молодым человеком, тем более что он успел сдружиться с Давидом, который так и продолжал обучать его бою на шестах.
Ирэн удивилась, но Роман, с тех пор как род Леониди покинул княжеский дворец, уже два раза приезжал только для того, чтобы потренироваться. Его мечтой было выиграть бой у Якоба Морозова.